Концессию на производство рельсов в наших краях Джон Юз переполучил, как известно, от князя Сергея Кочубея. Принято думать, что это произошло по причине "недбалости" князя. Но возможно, все было не так просто, и передача концессии была тонкой стратегической игрой.

Имя Князя Сергея Викторовича Кочубея мало известно в Донбассе. Разве что знатокам истории, да и то не в самом выгодном для него свете –дескать был такой недалекого ума аристократишка, которому не хватило ума и способностей построить по концессии завод, из которого потом вырос Донецк. Вот и сбыл он свою концессию с рук подальше некоему Юзу, англичанину. А тот – хват оказался, все наилучшим образом устроил!

Но так ли это было на самом деле? Ведь Кочубеи были известны в России не только тем пушкинским персонажем из "Полтавы", который был "богат и горд". Отец Сергея Кочубея и его двух старших братьев, граф Виктор Кочубей был канцлером Российской империи, по-нынешнему – министром иностранных дел, и личным другом царя Александра Первого . Один из братьев князя Сергея, Михаил, человек незаурядных математических способностей, занимался концессиями в золотодобывающей промышленности, второй, Василий, слыл нумизматом с мировым именем – его коллекция монет причерноморских государств по сей день жемчужина Эрмитажа. Еще один Кочубей, двоюродный брат вышеупомянутых, Петр, много лет был председателем Русского императорского технического общества и известным в Европе минерологом, собирателем коллекции, ставшей эталоном для всей науки минералогии.

И в такой семье – простенький простофиля-неудачник? Как-то не верится. И правильно, что не верится. Князь Сергей Кочубей был младшим сыном канцлера империи и получил домашнее образование. Потом был Императорский Санкт-Петербургский университет, физико-математический факультет.

Служить молодой князь, приписанный к тому времени к Департаменту уделов (министерство управлявшее делами царской фамилии) и отправили служить в Кавказское наместничество, которое в ту пору переживало период экономического подъема. Молодого чиновника определили заниматься изыскательскими работами. Математический ум, широкие знания, природная инженерная хватка, умение прислушиваться к советам специалистов — все эти качества сделали из молодого Кочубея отменного руководителя многочисленными поисковыми работами. И хотя специального горного образования он не получил, у него была редкая возможность учиться у корифеев практической геологии. На Кавказе судьба свела его с известным горным инженером Александром Иваницким, которому принадлежит честь составления наиболее подробной геологической карты бассейнов Кальмиуса и Миуса, приложенной к его «Геогностическому описание Мариупольского округа», опубликованному в «Горном журнале». Можно предположить, что Иваницкий делился с Кочубеем и сведениями, которые не вошли в официальные труды исследователя.

За службу на Кавказе Александр Иваницкий был пожалован орденом Св. Владимира I степени, а князь Сергей Кочубей — отличием II степени.

После семилетней кочевой жизни на Кавказе Сергей Викторович возвращается в столицу, где становится чиновником особых поручений при Министерстве внутренних дел. Здесь хочется привести еще одну деталь, выпукло рисующую характер князя — в 1849 году он становится членом Императорского Санкт-Петербургского яхт-клуба. Приобретает яхту, ходит под парусом по Балтике, а уже через год одним из первых русских спортсменов (первым был лейтенант флота Атрыганьев) совершает одиночное плавание вокруг Европы из Санкт-Петербурга в Николаев.

Итак, образ разнеженного аристократа, князя «хохлацких кровей», лениво перебирающего жирными пальцами дармовые червонцы, бездельника, получающего жизненные блага едино лишь по преимуществу высокого рождения и титула, испаряется. Мы видим в конце 50-х, начале 60-х годов 19 века зрелого государственного человека, прилежного труженика, пусть и не большого, но самобытного ученого горных наук, прирожденного управленца, недюжинного спортсмена. Как-то, знаете ли, не верится, что такая персона просто бездарно профукала концессию. Тем более, что именно Сергею Кочубею Донбасс обязан промышленной разработке соляных месторождений Славянска и созданию здесь курорта.

Отдельные донецкие историки и публицисты давно пришли к выводу, что Кочубей "играл" с Юзом, давая через него британскому промышленному истеблишменту повод думать, что они самостоятельно выбрали и концессию, и место богатое углями для ее реализации. Играл, естественно, по плану русского правительства, нуждавшегося в быстрой, эффективной и легальной экспансии новейших европейских технологий в отечественную экономику.

Образ же Сергея Кочубея потускнел, возможно, стараниями британцев, ставших хозяевами в Юзовки гораздо в большей степени, чем планировало царского правительство поначалу. А большевики работу эту докончили – аристократы, они ж через одного недоумки. Особенно, если князь…