Под самым центром Куйбышевского района устроено огромное подземное убежище, в котором советская элита Донбасса должна была спасаться в случае ядерной войны. Обрывки этой легенды ходят в городе давно. «Вести» узнали ее подробности.

Золотые часы за секретный проект

Эту историю нашему читателю Александру Болотину рассказал бывший руководитель Куйбышевского района, фамилию которого мы не упоминаем по просьбе его родственников. По словам этого партийного чиновника — очень известной фигуры в своем районе, в начале 70-х годов он руководил сооружением колоссального бомбоубежища, от которого шли ответвления в направлении центра города и поселка Ветка, где начиналось сооружение оборонного завода «Топаз» и только что был построен НИИКА — «секретный» институт всесоюзного значения. За реализацию этого проекта чиновник получил золотые часы с дарственной надписью.

«Для обустройства убежища решили использовать шахту №11 на Смолянке — она как бы в центре, рядом вокзал и важные производства. Помимо непосредственно убежища, там были «камеры» с практически точным расположением цехов для оборудования завода «Топаз», НИИКА. В общем, все, что в городе работало на военную промышленность, плюс руководство города, должно было компактно разместиться под землей. Сечение туннелей — приблизительно как в шахтном штреке, только все было капитально забетонировано, с рельсовым покрытием и первоклассными линиями связи», — вспоминает Александр подробности рассказа.

«Секретный план был...»

Подземелья Донецка — предмет бесконечных мифов и легенд. «Вести» решили проверить рассказ Александра Болотина, побеседовав с двумя специалистами, имевшими отношение к связанным с супербомбоубежищем оборонным предприятиям.

Бывший руководитель одного из подразделений «Топаза» Евгений К. отнесся к рассказу скептически: «На моих глазах строился завод, и смею заверить, что на территории предприятия никаких секретных ходов не было и нет. Есть центральное заводское бомбоубежище вместимостью до трех-четырех тысяч человек. Это все! Дело в том, что ни «Топаз», ни НИИКА не являлись стратегическими объектами для стопроцентного сохранения ввиду их специфики производства. Имелась инструкция для личного состава на случай военных действий, которая предусматривала эвакуацию только личного состава аж в... Красноармейск».

У Юрия В., работавшего в НИИКА на рубеже 80–90-х годов, другая позиция: «Прекрасно осведомлен о всех нюансах уровней секретности советского времени. Информацию о таком сооружении могли знать только первые руководители нашего института. Даже для заместителей директора она могла быть закрыта. Такая же ситуация, кстати, была и на «Топазе». Но довольно много людей знали, что существует секретный план эвакуации. Вполне вероятно, он и был связан с бомбоубежищем на Смолянке».

Целый город под землей

Официального подтверждения этой информации в МЧС мы не получили, поэтому обратились к человеку, который имеет многолетний опыт работы в этой системе, хотя сейчас ее и покинул. Андрей Кирьян, работавший начальником управления ГУМЧС в Донецкой области, прокомментировал информацию так: «Скорее всего, речь идет о так называемом «загородном пункте управления» Куйбышевского района. Такие пункты были устроены в каждом районе города и вообще в каждом городе области. В них было все необходимое для управления жизнедеятельностью территории в военное время. Туда же, кроме управленцев, могли быть эвакуированы специалисты и какая-то часть населения».

Таким образом, история об отдельно взятом «спасательном городке» для партэлиты, этом «подземном Баден-Бадене», оборачивается более масштабной картиной. В случае войны под землю мог уйти и продолжать жить там целый город и даже целая область, а в общем-то — и вся страна.

И этот подземный город, уже мертвый и никому не нужный, продолжает существовать у нас под ногами...

Подземная двенадцатиэтажка или миф?

Еще один секретный подземный объект времен «холодной войны», о котором много говорят в Донецке, — бомбоубежище под зданием облгосадминистрации. Существует легенда о том, что его совокупная площадь поистине циклопична и равна всей площади самого двенадцатиэтажного здания (мол, таковы были нормы ГО). Кто-то ссылается на рассказы строителей, сооружавших это укрытие, — мол, там все скромнее и кроме двух явных подземных этажей есть еще три, отведенных под собственно бомбоубежище. С другой стороны, много лет работавший в обладминистрации Александр Панарин свидетельствует, что лично обследовал все подвалы здания и не обнаружил никакого «супер-убежища».