В 1997 году Донецк получил нового губернатора, и это оказался самый долговечный губернатор в современной истории. Эпоха кровавых войн за сферы влияния закончилась, началась эпоха стабильности. Финальные аккорды донецких криминальных войн прозвучали в предыдущем году. То, что происходило в 1997-м, можно называть уже постскриптумом. Хотя в то время еще мало кто мог сказать, что это — последние залпы. Казалось, это не кончится никогда…

Убийство Абрамзона и Романа

24 февраля был убит Юлий Абрамзон. Известный в Донецке человек, торговец по образованию и призванию, имевший связи с первыми лицами Украины, а также, что важно — тесный контакт с руководством ДМЗ, ОРСом которого руководил некоторое время. В день смерти Абрамзон утром приехал в свой офис на улице Ивана Ткаченко. Там, на лестничной площадке, его поджидал киллер. Получив ранение в грудь, Абрамзон попытался бежать, но был настигнут и получил пулю в голову. Убийца сел в заведенную машину и скрылся с глаз. Прошло время — и наблюдатели отметили, с какой быстротой стал решаться вопрос приватизации металлургического завода, которому Абрамзон якобы препятствовал.

Дом, в котором убили Юлия Абрамзона.

А 23 мая у дома по бульвару Пушкина, 29 была расстреляно «вольво» Сергея Романа, главы фирмы «Юг», специализировавшейся на поставках экзотических фруктов. Около его машины нашли около 30 стреляных гильз. Говорили, что Роман собирался заняться угольно-металлургическим бизнесом, и его решили «упредить». Вспомнили, что он был одноклассником недавно убитого Ахатя Брагина — мол, одна компания. Говорили, гадали. Официальные лица давали пресс-конференции. Убийство Романа, как и Абрамзона, раскрыто не было.

Возвращение Звягильского

В марте грянула политическая сенсация. В Украину вернулся Ефим Звягильский, «изгнанник режима Кучмы». Прилетел он не в Донецк, а в Симферополь, откуда добирался в родной город на машине («Боялся, что в донецком аэропорту его пристрелят, как Щербаня?» — задавали риторический вопрос «Известия»).

Конечно, его возвращение случилось не просто так. Через несколько недель после реинкарнации Ефим Леонидович дал интервью корреспонденту «Зеркала недели» Сергею Кораблеву, в котором сказал, как отрезал: «Лично я реформы, которые проводит Президент, поддерживал, поддерживаю и буду поддерживать, так как считаю их правильными». То есть — отказ от какого-то либо противостояния всему, что сделал, делает и захочет делать Кучма. Такова была фабула «прощения» Звягильского тогдашней властью вместе с возвращенным депутатским иммунитетом. Много говорили также о том, что его вернули для установления контроля над забастовочным движением. Все помнили 1993-й год, мощнейшую акцию протеста шахтеров, сделавшую Звягильского главой правительства. Считалось, что он всегда может договориться со стачкомовцами, заставить их работать на себя. Разумеется, Звягильский с негодованием отверг и такую версию. По его словам, он приехал, чтобы работать. И немедленно погрузился в дела своей шахты им. Засядько.

Вскоре после возвращения Звягильский возглавил областную организацию Межрегиональной ассоциации промышленников и предпринимателей. Это была загадочная организация, в которой видели зачаток будущей тайной силы, которую используют на ближайших выборах, а Звягильский выйдет из тени и еще скажет политическое слово. Ничего подобного не случилось. «Я сыт этими играми по горло!» — не уставал повторять вернувшийся изгнанник. А еще облетела СМИ другая его крылатая фраза: «В их тюрьму я не пойду даже на пять минут, так как этих пяти минут окажется достаточно, чтобы я умер от сердечного приступа». В итоге мудрый Ефим Леонидович живет и здравствует по сей день.

Янукович — губернатор

Как и предполагали тонко чувствующие эксперты, пребывание на посту главы облгосадминистрации Сергея Полякова оказалось недолгим. В мае 1997 года под его покровителем Павлом Лазаренко земля уже сотрясалась вовсю. Защищать Полякова стало некому. И Полякова сняли.

Назначить вместо него теоретически могли кого угодно. Это при советской номенклатуре назначенец вычислялся автоматически — все знали системные правила и данные на людей. В постсоветском Донецке административная логика была утрачена. Безусловно, одним из главных кандидатов на губернаторское кресло числился первый зам Полякова Виктор Янукович. Но его могли убрать вместе со всей командой — так, как поступили при увольнении предыдущего главы госадминистрации Владимира Щербаня. Могли. Но не убрали. Наоборот, президент Кучма тут же подписал указ о назначении Януковича губернатором.

Первое совместное публичное появление Януковича и Ахметова - куюковый триумф "Шахтера" в 1997 году

Журналисты старались узнать о новом губернаторе хоть что-то сверх официальной сводки. Один старый, очень старый советский аппаратчик, посидевший во многих высоких кабинетах, начиная с середины 70-х годов, на мою просьбу обрисовать Януковича сказал сдержанно: «Витя простой, но молодец. Он со всеми дружит и всех уважает».

Так или иначе, но Донбасс получил нового губернатора. Мало кто предполагал, что это надолго: все уже привыкли к резким сменам наверху. Мало кто ожидал, что Янукович встанет во главе области на пять с половиной ближайших лет.

Начало Партии регионов

Осенью 1997 года возникла сила, которую — по-плохому ли, по-хорошему — знает сейчас всякий украинец. 26 октября состоялся учредительный съезд Партии регионального возрождения Украины, которая впоследствии эволюционирует в Партию регионов.

Рассказывая об истории ее основания, мариупольский писатель Юрий Фролов приводит слова тогдашнего мэра Владимира Рыбака: «Мы в 1992 году буквально за час обговорили то, что нужно. А потом бутылка водки и кусок сала…» «Мы» — это сам Рыбак, вышеупомянутый Ефим Звягильский и не слишком еще распиаренный Николай Азаров. Эта троица и сгенерировала великую идею, на реализацию которой ушло пять лет. Никто не хотел торопиться, потому что все трое прекрасно понимали цену спешки в современной Украине. Время пришло только пять лет спустя — и один из трех, Владимир Рыбак, был закономерно избран первым главой партии по согласию представителей 16 областей. Так начиналась новая попытка юго-востока Украины создать свою политическую структуру, которая позволила бы им «играть по-взрослому».

Попытки прорваться наверх Донецк предпринимал постоянно. Это были чисто аппаратные интриги. Это были яркие проекты вроде Либеральной партии Игоря Маркулова, подкрепленные личными связями с президентом. Это были заговоры вроде альянса Евгения Щербаня и Евгения Марчука (правда, в случае его реализации неизвестно, что реально получил бы Донецк). ПРВУ не стала чем-то новым. По сути, она повторяла идею ЛПУ, только без лишних эффектов. Настойчивая, но не агрессивная работа, отсутствие громких фраз, большие, невидимые миру вложения, сеть организаций по всей стране… Все это задумывалось тогда, хотя и дало первые плоды только спустя изрядное время.

Первые «Обжоры»

В середине 90-х годов розничная торговля в Донецке все еще оставалась на доисторическом уровне. Гастрономическая сеть эпохи социализма отмирала, ее место оставалось пусто. Альтернативу ей население привыкло находить на многочисленных рынках, которые невероятно оживились и разрослись, как только народу разрешили торговать свободно. И тут — супермаркеты…

Вячеслав Соболев

Первые «Обжоры» были скромны по размеру, но предлагали совершенно новый подход. Там было чисто, культурно, там была иллюзия высшего качества. Организовал это молодой парень Вячеслав Соболев, о котором говорили как о самом способном ученике Яноша Кранца. Вроде бы Кранц вытащил его из Енакиево незадолго до своей смерти. Позже Соболев еще отметится в истории Донецка своей попыткой взять власть в недолгий «оранжевый» период в донецкой истории. А пока он просто скромно делал свое дело…

Кроме того, в 1997 году...

В дар от города-побратима Бохума Донецк получил колокол, символизирующий свободу и народовластие, а также высокое качество металлургического производства — оригинал, с которого сделали донецкую копию, установлен в Бохуме и в свое время своей сталью привел в восторг самого Круппа

Произведена реконструкция старого стадиона «Металлург» в связи с выходом команды в высшую лигу. Донецк впервые в своей истории получил две команды в главном футбольном дивизионе

«Шахтер», между тем, завоевал первый трофей при президенте Ахметове — Кубок Украины

После 25-летнего отсутствия в родной город приехал Натан Щаранский, известный советский диссидент, выпускник школы №17, в то время — министр израильского правительства

27 июня в помещении бывшего кинотеатра «Красная шапочка» состоялась одна из самых грандиозных рок-акций в истории Донецка — концерт «От заката до рассвета» с участием множества местных групп, а также Юрия Шевчука

С сентября в новом формате начала выходить популярная газета «Салон Дона и Баса», ставшая на ближайшее десятилетие стандартом журналистики в Донецке

В октябре состоялся первый «Деловой прием» — предтеча фестивалей «Золотой скиф» с раздачей премий Благотворительного фонда содействия развитию и популяризации Донбасса

Комментарий года

Сергей Богачев, секретарь Донецкого горсовета:

- Год ознаменовался созданием Партии регионального возрождения Украины, которой в дальнейшем суждено было стать наиболее влиятельной политической силой в стране. Председателем партии был избран Владимир Васильевич Рыбак, мэр Донецка, заместителем — Владимир Юльевич Пехота. Идея создания ПРВУ в большей степени принадлежала Николаю Яновичу Азарову и Ефиму Леонидовичу Звягильскому, они в то время занимались большой политикой в Киеве, однако лидером такой партии мог быть только представитель местного или регионального самоуправления. Наиболее авторитетным в тот момент человеком такого ранга был Рыбак, который поддержал те идеи, которые тогда носились в воздухе — идеи регионализма, децентрализации государства и бюджетного федерализма.

На тот момент ПРВУ была одной из многих партий, и образование ее тогда было не особенно заметным событием. И еще не была вполне понятна ее перспектива. Да и первые выборы в 1998 году не дали ей ощутимых результатов — только мажоритарщики-члены этой партии прошли в народные депутаты (сам Рыбак и банкир Игорь Юшко). Опиралась она прежде всего на донецкий актив. Хотя, конечно, были представители и других регионов — например, одессит Станкевич или харьковчанин Петросов. Но утверждение о том, что это была донецкая партия, на тот момент было более обоснованным, чем позже — по поводу ее преемницы Партии регионов.

Вообще, этот год еще не стал годом «большой политики» для Донецка — он только создавал предпосылки для дальнейшего рывка представителей региона в этом направлении. Перспективы были еще весьма размыты. Только что закончилась опала Звягильского, Виктор Федорович Янукович только стал губернатором, позиции Донецка в Украине были ослаблены. Но уже этот период был характерен тем, что Донецк стал демонстрировать рост экономических показателей. А по всей Украине в это время наблюдался спад.