В плену в Донецкой области сейчас содержится 127 человек, уверяют наши источники в силовых структурах. Среди них — много местных, есть журналисты, активисты Майдана, помощники народных депутатов.

«Вестям» удалось разыскать человека, который совместно с СБУ занимается освобождением пленных. Владимир Рубан — отставной офицер, в прошлом — летчик-истребитель, а ныне — переговорщик. Он рассказал нам, чем усложняется общение с «республиканцами», почему на востоке идет именно гражданская война, а не АТО, и кого берут в плен наши военные.

В переговорах есть третья сторона

Встретиться с переговорщиком договариваемся вечером в будний день. Полковник попросил прийти на его территорию. Возле на первый взгляд полузаброшенного здания в центре Киева нас ждет мужчина лет 50. Беседу начинаем в просторной комнате, где, кроме флага ООН и карты областей Украины, лишь большой стол и монитор, транслирующий последние новости страны. Переговорщик уверяет: были на Майдане, обучали военному делу и принимали участие в создании Самообороны. «Наша офицерская организация ушла с Майдана, когда поняла, что офицеров там хотят использовать в качестве пушечного мяса. Это случилось перед тем, как на Институтской произошла массовая бойня людей. От подробностей воздержусь, организация ушла — офицеры остались…» — говорит Рубан.

Тем временем Хроника Бой за донецкие аэропорт и вокзал

По его словам, в переговорный процесс и тесное сотрудничество с СБУ попал волей случая — в начале мая в плен взяли одного из его боевых товарищей. «2 мая в плен попал мой офицер и товарищ, сотник одной из сотен, глава самообороны Донетчины Николай Якубович. Он родом из Макеевки. Я сразу понял, что что-то не так: по телефону Николай был аккуратен в словах, постоянно повторял, что у него все хорошо. Тогда я стал обзванивать его окружение, и опасения подтвердились: он в плену в здании Донецкого облсовета, а говорит несмело, поскольку уверен, что в заложники взяли всю его семью», — рассказывает переговорщик.

Наш собеседник уверяет: использовал все связи, чтобы помочь товарищу, а потом осознал — переговоров об освобождении пленных киевская власть не ведет. «У меня есть своя семья, внук, но я не мог оставить в беде своего офицера. Так я начал сотрудничать с СНБО и СБУ. На освобождение Якубовича мне и моему напарнику, сотнику 28-й сотни Андрею Ермаку, понадобилось 4 дня», — продолжает переговорщик.

По словам офицера, первые переговоры дались нелегко: чтобы расположить к себе вторую сторону и убедить их, что из Киева к ним приедут договариваться, а не воевать, пришлось искать гаранта переговоров. «Третьим лицом выступил нардеп Александр Бобков. Этот человек имеет вес в Донецком регионе, и, по счастливой случайности, мы пересекались с ним раньше. Когда начались переговоры, вторая сторона потребовала за Якубовича освободить шестерых своих, которые содержались на тот момент в Киеве. В итоге договорились, что в обмен на своего офицера и еще троих раненых ребят (донецкие активисты Майдана. — Авт.) я доставлю двоих восточных активистов и одного из основателей ДНР, члена совета обороны и безопасности ДНР Леонида Баранова. Правда, когда после передачи возвращались в Киев, наш поезд остановили вооруженные люди, высадили нас, немного «помяли» и тоже взяли в плен. Но это сделали не те, кто содержал Якубовича, это была другая группировка. Кстати, выйти на свободу нам помогли как раз те, с кем мы изначально вели переговоры, так что не стоит думать, что на востоке не чтят статус переговорщика и не держат слово», — уверяет полковник.

На День Победы спасали немцев от русских

Наш собеседник отказывается в любой форме оценивать действия людей из ДНР. «Моя задача не информационная война, и людей с востока врагами я не считаю. Мое дело — переговоры и их результат: освобождение людей. Я не говорю «наши» и «их» — это вообще недопустимо. В переговорах есть две стороны, тут это — киевская и вторая стороны», — подчеркивает офицер.

Кстати В ОБСЕ посоветовали наблюдателям не ехать на Донбасс

По словам переговорщика, география плена гораздо шире, чем ее описывают в СМИ. На самом деле, узников содержат почти во всех городах Донецкой области, а не только в Славянске. Кроме того, есть свои пленники и у киевской стороны. «В Киеве задержанных содержат в СИЗО СБУ и в Лукьяновском СИЗО. Точное их количество называть не буду, но отмечу: это не меньше, чем у второй стороны. Те, кому нужно знать цифры, знают их. В столице, например, содержатся Мария Коледа, известная по кличке Багира, и народный мэр Тореза Ирина Полторацкая», — уверяет переговорщик.

Полковник говорит, что верит в судьбу, но в процессе переговоров часто приходится сталкиваться с неожиданностями. «9 мая, в День Победы, к нам обратились из посольства Германии в Украине и попросили эвакуировать со Славянска семью — двух женщин и двоих детей. Нас с напарником как раз выпустили из плена, и мы помогли доставить эту семью в Киев», — делится переговорщик.

Говорить о том, кого следующим отпустят на свободу и кто из сторон более жесткий/мягкий в переговорах, наш собеседник отказывается, но намекает: «Мы, военные, то, что происходит на востоке, не называем АТО. Это война, гражданская война, хотя бы потому, что большинство тех, кто воюет в Донбассе, — это граждане Украины. На счет переговоров скажу так: это смертельно опасная дипломатия, но она продолжается. Сейчас в Грозный улетели журналисты LifeNews — Олег Сидякин и Марат Сайченко, а в Донецке тем временем захватили прокурора и активистов, в Горловке в плену раненые, которым требуется медицинская помощь. И, конечно же, Славянск… Но, если есть шанс спасти жизнь без единого выстрела и предотвратить гибель хоть одного человека, переговоры будут продолжаться», — говорит Рубан.

Родные и друзья пленников собираются на митинг

«Вести» неоднократно писали о 22-летнем фитнес-тренере Виталии Ковальчуке, которого с 20 апреля содержат в Славянске в здании СБУ, и его маме Галине Куприй, которая самостоятельно вела переговоры об освобождении сына и 8 мая тоже стала узницей — женщину заточили в главке милиции в Горловке. «Я надеюсь на освобождение жены и сына. У Галины рак: нет желудка, селезенки, части печени и поджелудочной, ей никак нельзя находиться в тех условиях», — сокрушается супруг Галины Куприй Александр Ковальчук. С 25 апреля в плену в Славянске также находятся известный театральный режиссер, 34-летний Павел Юров, и его помощник, 29-летний Денис Грищук. Близкие пленников говорят: парни живут в столице, но родом они из Донбасса и приехали на восток, чтобы «увидеть все своими глазами». «Ребята приехали в Славянск утром в пятницу, 25 апреля. В этот же день, в 18:30, они должны были сесть на поезд «Донецк – Киев» и вернуться в столицу. После обеда того дня связь с ними пропала. Как позже выяснилось, в Славянске их поймали сепаратисты, нашли билеты до Киева и взяли в плен», — говорит подруга пленников, киевлянка Анна Войтенко.

В тему МИД Украины призвал Кремль поспособствовать освобождению миссии ОБСЕ

Близкие Юрова и Грищука уверяют: силовики бездействуют, освобождением театрального режиссера и его помощника никто толком не занимается. «Все формальные процедуры, вроде подачи ребят в розыск, мы выполнили. Тем не менее прошло больше месяца, а результатов их поисков нет. Мы осознаем, что на востоке сейчас непростая ситуация, но нам, близким и родным Паши и Дениса, нужно знать, что переговорами об их освобождении занимаются», — рассказывает подруга Павла Юрова, координатор по поиску пропавших парней Анастасия Касилова. Чтобы напомнить силовым структурам о мирных людях, которые до сих пор находятся в плену в Донецкой обл., близкие Павла Юрова и Дениса Грищука в среду, в 9:00, собирают митинг под Администрацией президента.