«Я не служил в армии, до этого работал финансистом в строительном магазине в Полтаве, — рассказывает «Вестям» освобожденный солдат «Айдара» Юрий Крыжберский. — Хотел попасть или в Крым в разведку, или в десант, ведь там служит мой брат. Но не вышло — на первую срочную службу меня не взяли вовсе. Потом я узнал, что в Полтаве новая волна мобилизации, первыми комплектовали военкомат, и я пошел добровольцем. О том, что буду служить именно в батальоне «Айдар», я узнал уже на востоке.

Мы попросили руководство военкомата провести хоть какую-то подготовку, но вместо этого нас разок вывезли пострелять на полигон, и все. И тогда мы нашли в Полтаве военно-спортивный центр. Я всю жизнь буду помнить человека, который вместо военкомата готовил нас к войне. Мы учились рукопашному бою, с каких высот можно стрелять и т. д. В общем, это была полноценная военная подготовка.

В тему В районе "Должанского" погибли четыре военнослужащих

Наших парней потихоньку стали отправлять на восток. В так называемую ЛНР я поехал вместе со своими друзьями из Полтавы. Бронежилеты и прочую амуницию нам подарили местные меценаты, которых я, кстати, тоже не устану благодарить: в бою броник спас мне жизнь.

На базе под Луганском, где мы находились, я познакомился с Надеждой Савченко. Старший лейтенант оказалась вовсе не похожей на тех девушек, которых я знал раньше: все парни воспринимали ее как равную. Под Луганском, вне работы на территории части, мы довольно спокойно охраняли блок-посты. Но однажды нас подняли по боевой тревоге. Всех, кто был из Полтавы, отправили в бой. Я тоже попросил комбата поехать, он дал добро.

Оказалось, что боевики ЛНР напали на один из наших блок-постов, мы ехали на место в качестве подмоги. Первую атаку на посту нам удалось отбить. Мы пошли на зеленку (лесополосу. — Авт.): часть налево, часть — направо. Тогда с нами была и Савченко — она, как и мы все, ехала на «броне». После первой атаки и мы, и та сторона отступили. Казалось, что блок-пост отбит, сейчас вернемся в часть. Но не успели мы немного отойти, выпить по глотку воды, как все снова началось. Наши подъехали на танках и сказали, что напали на еще один блок-пост.

Мы стали двигаться вперед. Я сел сзади «брони», а парни сели впереди. Нас этому не учили, но оказалось, что моя позиция, возле постоянно греющегося бака, — одна из самых выгодных. Сзади можно было прикрывать всех – оттуда открывается хороший обзор. Кстати, многие спрашивают о страхе во время боя. Так вот. Его нет. Страха нет вообще: когда по тебе начинают стрелять, все вокруг свистит и звенит, ты забываешь обо всем, голова буквально начинает по-другому работать.

Мы подбирались к месту второго боя, и тут по нам начали сильно палить. Мой танк шел как разведка боя, сзади ехала еще колонна. Проехали буквально 200 м, и в нас попали из гранатомета. На «броне» рядом сидел мой друг Толик, и я увидел, как он замертво упал. Пацанов остальных тоже нормально покрошило: у них все лица были в крови. Первый выстрел задел нашу «броню» — она горела спереди. Командира экипажа контузило, и вместо того, чтобы разворачиваться, он врубил танк на полную скорость вперед.

Подробнее Активная фаза АТО переместилась в город Северск

По дороге нас встретил шквальный огонь. По танку барабанило, как дождь по подоконнику. Еще через 100 м был второй выстрел из РПГ. И тут уже все разлетелись. Когда я ехал на восток, то очень переживал на счет каски — молился, чтобы она выдержала пули. И она выдержала. Сильно звенела во время обстрелов, но, хвала Богу, выдержала.

Тогда я не понимал, но сейчас осознаю: мне спасла жизнь амуниция. Бронежилет, тот, который еще в Полтаве подарили меценаты, смог уберечь меня дважды. Во-первых, он банально задержал в себе пули, а, во-вторых, когда по нам стреляли, я зацепился за крюк сзади танка и на какое-то время повис на бронежилете. Пацаны все разлетелись, а танкист дальше жал. Из-за обстрела наша «броня» загорелась, связь была потеряна, наше оцепление отстало, все происходило очень быстро.

Мы подкатились к поселку Металлист. Командир не знал, что село контролируется ЛНР, и завернул туда. Танк в это время продолжал серьезно гореть. Возле привала оказалось трехэтажное здание. Мы все еще надеялись, что за нами приедет подкрепление, и заняли оборону в доме. Когда к нам подошли первые боевики, я стал кричать: «Стой! Бросай оружие!» В ответ услышал маты и сразу же открыл огонь на поражение. Началась ожесточенная перестрелка. Нас стали окружать. После первого же обстрела нашего укрепления меня ранило — осколки от окон залетели в глаза, и я почти перестал что-либо видеть. У меня был с собой мобильный телефон, я набрал одну из девочек, которые остались на базе. Она сказала: «Держитесь, к вам идет подмога! Будут через 40 минут».

Стреляли в нас из подствольных гранатометов, стены шатались. Мы в ответ пускали автоматные очереди. Я пересчитал патроны. У меня их осталось всего 6. Стало ясно, что нас возьмут, и тогда у меня появилась мысль взорваться на гранате: как-то заманить их внутрь и оторвать чеку. Но на это не хватило смелости. Нас стали окружать, они подошли совсем близко.

В тему За время АТО среди гражданского населения погибли 478 человек

И тут из-за стены прозвучал голос: «Мужики, вас накрыли. Сдавайтесь. Слово офицера — мы сохраним вам жизни». У нас не было выбора. И мы сдались. Когда нас вывели из здания, то сразу же разоружили, сняли всю разгрузку. Потом стали бить. И тут произошло то, на что у меня так и не хватило смелости. Наш командир танка подорвался на гранате. С собой он унес жизни нескольких боевиков».

Тем временем, в районе населенного пункта Изварино силами АТО по скоплению сил ДНР был нанесен авиаудар, в результате которого уничтожено более 50 «республиканцев». По словам пресс-секретаря АТО Владислава Селезнева в рамках активной фазы АТО украинская авиация наносит прицельные удары по базам противника. Подробнее…

В то же время Донецк готовится к штурму. Город уже окружен кольцом армии украинских военных. Взрывы слышны в Киевском и Ворошиловском районе. Некоторые местные жители в соцсетях сообщали о том, что слышали гул самолета. Продолжение…