На территории одной только Донецкой области 3809 потенциально опасных предприятий. Каждое десятое имеет повышенный 1-й или 2-й класс опасности. 149 заводов связаны с химией. В Луганской области таковых чуть меньше. Но риск все равно велик.

«Обе области буквально напичканы опасными предприятиями, причем наибольшая угроза — от химпрома, — считает экс-министр экологии Сергей Курыкин. — Таким заводам для ЧП не нужен даже теракт: банальное прерывание технологического цикла из-за потери подачи электроэнергии или газа уже создает внештатную ситуацию. Я слышал, что в этом и заключается смысл некоторых атак на подстанции».

ОТРАВЛЕНИЯ И РАК

Так произошло на Авдеевском коксохимическом заводе под Донецком. Обстрелы дважды перебивали линии ЛЭП, питающие завод. Тогда коксовые батареи начали переводить в режим аварийной остановки. «Залповый сброс неочищенных вод — это серьезно. Но в первые часы после обесточивания специалисты придумали варианты, чтобы этого не допустить», — рассказали в Метинвесте.

В зоне АТО находятся еще два коксохимзавода — Ясиновский и Мариупольский. Насколько опасно ЧП на них для людей?

«Кокс получают в специальных батареях, где без доступа воздуха нагревают уголь. Образуется очень много летучих продуктов, бензопиренов. Они дают острое отравление, в перспективе — раковые заболевания», — рассказала «Вестям» Ольга Цигулева, кандидат химических наук, координатор по химбезопасности организации «Мама-86».

Кликните по изображению для увеличения

А с Горловского химзавода, где еще недавно хранился «кровяной яд» мононитрохлорбензол, все вещества успели вывезти. «Также относительно безопасны производства Никитовского ртутного комбината: при взрыве химических выбросов быть не должно», — рассказал горловский эколог Владимир Ющенко.

ОБЛАКА СМЕРТИ В ГОРЛОВКЕ

Пожалуй, главный очаг опасности — «Стирол» в Горловке. Город находится под обстрелом, два снаряда уже попали в цеха. При этом владелец завода Дмитрий Фирташ заявил о заминировании завода «людьми в камуфляже». Они якобы пригрозили взорвать резервуары аммиака в случае штурма города войсками (в ДНР это отрицают). Представители компании сказали «Вестям», что продукцию со складов вывезли, а аммиак и прочие «расходники», вроде селитры и карбамида, выработали два месяца назад. Однако, по словам источников, остался технический аммиак в спецтрубопроводе, авария на котором не менее опасна.

«Аммиак и концентрированная серная кислота (также есть на заводе) образуют газовое облако — и «летят», как говорят химики. Тот, кто попадет под облако, получит ожоги дыхательных путей», — пояснила Цигулева.

На Константиновском химзаводе работает цех по производству убийственной азотной кислоты. Рядом — Фенольный завод, на складах которого вреднейшие химикаты. В Артемовске «коптит» завод по переработке цветных металлов. В случае ЧП может до смерти «задышать» население парами чистой меди. Опасны и Северский, и Докучаевский доломитные комбинаты.

«ЧТО ПРОИСХОДИТ НА ЗАВОДЕ, НЕ ЗНАЕМ!»

«Везде, где есть хоть малейшая опасность, есть планы реагирования. Созданы аварийно-спасательные службы. Кроме того, все заводы оснащены системами оповещения о ЧП, которые связаны с городскими», — заверила главный техногенный инспектор Донецкой области Ирина Подашевская. — При этом остановить многие заводы нельзя. Заглушишь печь — придется строить новую».

Тем временем ЧП на опасном производстве уже случаются. Пять дней назад после обстрела загорелся Донецкий химзавод, а также казенный завод химизделий по изготовлению взрывчатки. К счастью, пожары потушили. Если химзавод, производящий лаки и краски, мог лишь «удобрить» почву опасными химреагентами, то казенный взорвал бы близлежащий район целиком. «Взрывчатые вещества остались на заводе, их никто не вывозил. Ни я, ни мои коллеги не были на территории с тех пор, как ее захватили. ДНР никого туда не пускает. Что там реально происходит, сказать сложно», — сказал «Вестям» замдиректора завода Вадим Мальцев.

РАДИОАКТИВНЫЙ ДОНЕЦК

Отдельная категория опасности — предприятия, связанные с радиацией. «В Донецке находится спецкомбинат «Радон», где хранятся радиоактивные отходы — остатки от медоборудования и т. п., все, кроме отработанного топлива от АЭС. Гипотетически из этого можно сделать даже «грязную бомбу», — считает Сергей Курыкин.

Впрочем, в юго-восточной Госинспекции ядерного регулирования «Вести» успокоили: донецкий комбинат занимается лишь перевозкой источников излучения в Днепропетровскую и Харьковскую области, где их захоранивают. «Так что материал у них (в Донецке. — Авт.) не лежит. Но в нынешних обстоятельствах никто ничего не вывозит — транспортировка всегда опаснее, чем просто хранение, они это понимают. Что есть на предприятии, сказать сложно», — отметил наш собеседник.