– В январе резко активизировались боевые действия в зоне АТО. Как, в связи с обострением ситуации, изменилась работа контактной группы?

– Работа контактной группы Совместного центра контроля и координации прекращения огня и стабилизации линии разграничения сторон, к большому сожалению, сейчас стала очень и очень напряженной. Это обусловлено тем, что сейчас действительно участились случаи обстрелов, растет напряженность на линии огня, на линии соприкосновения, как называем ее мы, в последнее время только увеличивается. Связано это с тем, что градус, который существует между противоборствующими сторонами, с каждым днем растет. Самое проблемное – это недоверие. Оно и порождает огневые контакты, артиллерийские дуэли, которые мы видим сейчас.

– Где, по данным Общего центра, сейчас горячее всего? Назовите, пожалуйста, количество обстрелов, которые произошли за сегодня (21.01.).

– Позавчера было 140 обстрелов, сейчас – 82. Есть, как видите, спад. Мы работаем пятый месяц. Был и остается до сих пор самой горячей точкой – Донецкий аэропорт. В лучшие времена, когда мы выходили на десять нарушений прекращения огня за сутки, даже тогда большинство из них было в Донецком аэропорту. Также у нас появились горячие точки на Луганщине. Раньше мы фиксировали ситуации, когда в Луганской области более 72 часов не было нарушений, связанных с прекращением огня. Мы почти достигли того, чтобы полностью выполнить первый этап Минских договоренностей. Но потом стороны нарушили режим тишины, и перейти ко второму этапу так и не удалось (отвод тяжелой техники на определенные расстояния с обеих сторон. – Авт.). Я только что прибыл из г. Луганска. Там было принято решение, что, если хотя бы с одной из сторон мы подпишем договоренность о выполнении мирного плана, то тогда мы будем работать только с одной территорией: если это первой удастся подписать с Луганской территорией, то с ними, если с Донецкой, то тоже, соответственно. Как показывают события, ближе к этому, все-таки Луганская сторона. Там больше понимания. Хотя прошлые сутки напряженная ситуация была и в том направлении тоже.

– Кто из сторон, по данным Центра, чаще нарушает режим тишины?

– В разные дни больше нарушает то одна, то друга сторона. Сегодня с Луганской и Донецкой стороны был 41 обстрел. А со стороны ВСУ их было 40. То есть, разница всего в один обстрел.

– Вы сказали, что сейчас легче договориться с Луганской стороной. А какова проблема в переговорах со стороной Донецка?

– Проблема в аэропорту. Это краеугольный камень, который не дает потухнуть этому конфликту. Он мешает, потому что Донецкая сторона делает все, чтобы тот конфликт (в аэропорту. – Авт.) был продолжен – они не согласны с тем, что на территории аэропорта находятся вооруженные силы Украины. Но ведь это все – наша земля. Донецк – это ведь тоже Украина. Чтобы кто не говорил, я сейчас, как военный дипломат, осознаю, что лучше всего было бы, все-таки, найти какое-то общее понимание. Но его в ближайшее время, судя по всему, не будет. Поэтому мы работаем над тем, чтобы обуздать ситуацию, и сделать так, чтобы в зоне АТО стало безопаснее, чем сейчас. Мы также понимаем, что среди местного населения очень много негатива по отношению к военным. Они ненавидят не какую-то сторону, а просто людей в военной форме и с оружием. Это очень плохо, и тоже играет роль в конфликте.

– На днях было наступление на 31-й блокпост, которых находится в районе населенного пункта Крымское. Кто первым начал бой? Была информация, что наш блокпост обстреляли танки РФ, это правда?

– Об этом говорят. Вот, Вы слышали. И мне такое говорили. Я обращался с этим вопросом к официальной стороне (к представителям РФ в контактной группе. – Авт.), они отрицают данную информацию. Для того, чтобы это подтвердить официально, все должно быть зафиксировано. Должны быть люди, которых, скажем, задержали с соответствующими документами на поле боя и т.д. То, что произошло под Крымским, - это наступление танков. Я не буду привязываться, но скажу, что личный состав тех, кто наступал, был очень хорошо подготовлен. Единственное, что можно утверждать, - наступали со стороны Луганской области. А кто конкретно пошел в наступление – нужно доказывать. Мы знаем, что представители контактной группы присутствовали на позорных ротациях в Донецком аэропорту, когда наших ребят перед въездом досматривали на блокпостах сепаратисты. Сейчас крайне сложно разобраться, под чьим контролем находится аэропорт, потому что боевики заявляют, что они взяли его полностью – новый терминал, где находились наши военные, тоже якобы взят.

– Что Вам известно об этом? Кто контролирует новый терминал? И есть ли силы АТО в других зданиях аэропорта?

– Ротация военнослужащих в Донецком аэропорту не проводится уже две недели. После того, как донецкая сторона заявила, что они заняли аэропорт, мы (представители Совместного центра – Авт.) там были вместе с миссией ОБСЕ – тогда они его не занимали. Я понимаю, что и сейчас противоборствующая сторона не могла его полностью занять. Подразделения наших вооруженных сил находятся на территории Донецкого аэропорта...