Десять лет у руля сложнейшей зоосистемы под названием «Харьковский зоопарк» — Алексей Григорьев. Он знает все о проблемах и потребностях 7000 подопечных, ведь каждый день директора начинается с обхода всех экспозиций.

— Вы десять лет в должности директора зоопарка, что удалось достичь и какие планы на будущее?

— Первое, что мы сделали, это поставили цель — «От зверинца к зоопарку». По каждой экспозиционной группе животных мы подготовили отдельную программу по удовлетворению их биологических особенностей. У нас 400 видов, а это 400 экспозиций, в которых должны быть учтены проблемы каждого. За эти десять лет мы сделали огромное количество новых вольеров: для экспозиции «Южная Америка» (гуанако, ошейниковые пекари и тапиры), для гривистых баранов и диких кабанов. Полностью реконструировали большой пруд и каскад малых прудов, с которых теперь после установки специальной системы очистки можно пить воду. Также были построены огромные вольеры для рыси и мелких млекопитающих, для птиц, мангустов, вольер и дом для фламинго, пруд для черных лебедей и огромный дом с бассейном для пеликанов. Помимо этого нужно было менять условия для рабочих в зоопарке и для посетителей. К примеру, в 2003 году на территории было 26 туалетов с выгребными ямами, сейчас вместо них два современных.

В Киеве Подросший слон Хорас научился делать педикюр болгаркой

Что касается планов на будущие десять лет, то сейчас у нас добавилась еще одна цель. Мы хотим сделать наш зоопарк лучшим в Европе. Такие возможности у нас есть, коллекция животных у нас — одна из лучших в Европе. Для чего это нужно? Любой человек, который живет в мегаполисе, должен чем-то гордиться. Не только тем, что в Харькове есть ночной клуб и стриптиз, а должен гордиться чем-то фундаментальным, притом теми вещами, которые он знает с детства. Пусть это будет наш зоопарк.

На будущие десять лет мы подготовили проект реконструкции зоопарка, который утвержден горсоветом, и теперь нужно найти источник финансирования. В первую очередь мы планируем достроить дом для жирафов, дом для гепардов и провести реконструкцию экспозиции толстокожих животных. Дальше по плану у нас реконструкция инфраструктуры. Мы хотим капитально отремонтировать дорожное покрытие — это десятки тысяч квадратных метров — и почти все оно разрушено. Также мы построили топочную, и половина помещений уже работает на мини-котельных, и мы планируем полностью перейти на эту систему.

— Когда было сложнее руководить зоопарком — десять лет назад или сейчас?

— Зоопарк переживает те же трудности, что и харьковчане. Ведь наши животные — тоже горожане, и у нас такие же проблемы. Когда кризис и харьковчане не знают что купить, чтобы накормить детей, точно также и у нас. Очень дорогие коммунальные услуги как для харьковчан, так и для нас. А когда горожане живут лучше, тогда и наши животные живут лучше.

— Зоопарк всегда славился хорошей рождаемостью...

— У нас и сейчас хорошая рождаемость. В частности, сейчас мы ждем потомство в семье слонов (Тенди и Аун). Где-то через годик у нас появится слоненок.

Слониха Тенди ждет малыша. фото Ольги Адаменко

— Когда можно ждать новых жителей для вольера жирафа и гепардов?

— Об этом мы будем говорить, когда будут готовы вольеры. Без специального жилья животные просто умрут, как было у нас с жирафами. Когда закончится строительство, зависит только от наших властей. На счет гепардов, мы планируем, что у нас их будет два. Один гепард стоит 60 тыс. евро. Насколько я знаю, есть желающие подарить мэру двух гепардов (ник Геннадия Кернеса в инстаграме-гепард). В принципе в этом месяце комплекс будет готов принять этих животных.

— Сейчас в зоопарке живет более 7 тысяч животных, сколько необходимо еды, чтобы их прокормить?

— В год у нас уходит около 250 тонн овощей, около 100 тонн фруктов, около 150 тонн сена, около 150 тонн зеленой массы, 50 тонн веточного корма, ну, и остального конечно в меньших количествах. Всего около 1000 тонн продуктов в год.

— Как вы обычно пополняете коллекции и куда деваете детенышей?

—Зоопарки обычно обмениваются или просто передают на содержание своих животных в другие зоопарки. Когда в зоопарке появляется потомство, это, конечно, радость для нас, но и очень большие расходы. За четыре месяца практически по каждому виду содержание начинает превышать стоимость самого животного. Поэтому когда у зоопарка появляется лишнее животное, то мы значительно сэкономим, если его отдадим. При этом животное, переданное другому зоопарку, может оставаться нашим, мы просто заключаем договор о передержке. Зачастую так животные и доживают свою жизнь в другом зоопарке.

— Как вы относитесь к частным зоопаркам?

— Очень положительно. Мы очень дружим с экопарком (за окружной, под Харьковом. — Авт.), там совершенно другая логика посещения и другие программы. А насчет посещения, у нас сегодня очень сложно живут люди и могут себе позволить посетить зоопарк только раз в четыре года (в советское время — три раза в год). Поэтому о какой конкуренции может идти речь, когда у человека просто нет денег на посещение зоопарка? Сейчас зоопарк в год посещает около 400 тыс. человек, и но десять лет назад эта цифра была вдвое меньше.

— Раньше планировалось территорию зоопарка вынести за город…

— Это было бы прекрасно, но нереально. На это нужно около 70 млрд долларов. Той территории, которая у нас есть, нам хватает для показа экспозиций. Если бы у нас была дополнительная территория, мы ее использовали бы для организации семейного отдыха харьковчан, детского досуга и многих других программ.