Сожженной Юлии Ирниденко кровь нашли за час до смерти

Сожженной Юлии Ирниденко кровь нашли за час до смерти Покойная Юлия Ирниденко. Фото из соцсетей

21 мая около полудня перестало биться сердце 17-летней Юлии Ирниденко, за судьбой которой следила вся Украина. Врачи боролись десять дней и надеялись на чудо, хотя и понимали,  что при 90% ожогов тела шансы почти равны нулю.  Юля оставалась в сознании до последнего момента своей жизни, а родные писали в соцсетях: «Родная, только живи!»

СНАЧАЛА МОЛЧАЛИ

Напомним, что Юлю сразу окрестили харьковской «Оксаной Макар» — в обоих случаях выпивка в компаниях малознакомых парней закончилась сожжением. Однако есть существенные отличия — Оксану Макар пытались убить и сжечь, чтобы скрыть следи изнасилования. Юлию Ирниденко, согласно выводам медиков, никто не насиловал. В сводках милиции трагедия прошла двумя предложениями, не акцентировали внимание правоохранители ни на тяжести ожогов, ни на масштабе трагедии, а потому изначально об облитой самогоном и подожженной девушке говорили неохотно.  Обстоятельства убеждали, что это не обычная бытовуха.

Знакомую девушку, 17-летнюю Юлию (одна из четырех детей в небогатой семье), пригласил в гости, воспользовавшись отсутствием родителей, 22-летний Сергей Синсиневич. Его ровесник и сосед по дому Павел Губин был здесь же. По словам соседей, компания была гораздо больше — до восьми человек, но в милиции это не подтверждают. Уже под утро, когда в квартире было распито немало алкоголя, произошла трагедия.

По непонятным причинам Павел, впервые видевший девочку, завел ее в ванную и со словами «сейчас буду убивать» облил самогоном, который сам же и принес, а после чиркнул зажигалкой. Есть и другая точка зрения — родных Губина, которые винят друга Павла: будто бы он обливал и поджигал, а Губин лишь вызывал «скорую помощь». Как и в случае с Оксаной Макар, парни не сразу вызвали врачей — видимо, решали, что делать, и когда все-таки набрали «103», не заикнулись о характере травм девушки — медикам пришлось присылать спецмашину позднее. И хотя, в отличие от николаевской истории, в Харькове вину признал Павел Губин, соседи говорят и о причастности Сергея Синсиневича. Родители последнего увезли сына за город еще в середине прошлой недели, а Губин находится в СИЗО.

«КРОВЬ НАШЛИ!»

Всю неделю медики ожогового центра гордились успехами своей пациентки и даже перевели ее из реанимации в палату,  когда Юле стало немного легче. Весь город сдавал в «неотложке» кровь, а вчера в 11:00 мама девушки, надежда Ирниденко, прислала «Вестям» СМС по телефону, где радостно сообщала, что «кровь нашли!». Но спустя полчаса сердце девушки остановилось. Вице-мэр по гуманитарным вопросам Светлана Горбунова-Рубан сообщила «Вестям», что организм не выдержал интоксикации.

«Юля умерла от ожоговой болезни», — сказала Горбунова-Рубан, хотя еще накануне харьковские медики вели переговоры с лучшим ожоговым хирургом страны Эмилем Фисталем. Как и у Оксаны Макар, у Юли началась сумасшедшая интоксикация из-за некротических тканей. Несмотря на страшные мучения, девушка до последнего оставалась в сознании, терпела адские муки, но подбадривала родных. Вчера однокурсники Юли (она готовилась сдавать выпускные экзамены) рассказали, что ее маме (она одна воспитывала четырех детей) очень тяжело, и сейчас с ней рядом постоянно кто-то находится. Как оказалось, помогает и семья Синсиневичей.

«Я была в больнице до последнего. Сейчас не время разговаривать, как вам всем это объяснить. Стоим возле ритуальных услуг. Мы все эмоционально подорваны», — рассказала «Вестям» Елена Синсиневич, мать Сергея.  Завтра девушку похоронят.

НЕ ПУСКАЮТ АДВОКАТА

Павел Губин, который признался в содеянном, с воскресенья — в СИЗО. По словам родных, они до сих пор его не видели, не пускают к парню и адвоката. «Когда Юле вызывали «скорую помощь», Павел сказал нам , что это был несчастный случай», — говорит дядя Павла Максим Губин.

Тем временем прокуратура области переквалифицировала статью из «покушения на убийство» на «умышленное убийство с особой жестокостью». Если вину Павла докажут, ему грозит пожизненное заключение. По словам главного прокурора Харькова Евгения Поповича, «подозреваемый неискренне сотрудничает со следствием. Он не дает четких показаний, они расплывчаты», — сказал Попович.

С признанием вины Павлом тоже пока не все понятно: сходу милиция сообщила о признании Губина, эта информация до сих пор на их официальном сайте. Но, как сообщил «Вестям» Попович,  письменного подтверждения этому нет: «Он рассказывает об обстоятельствах трагедии. Признание вины — это или явка с повинной, или протокол допроса, где он признает вину и раскаивается. О признании им вины я говорить не могу».

УСПЕЛА ДАТЬ ПОКАЗАНИЯ

Еще несколько дней назад Юлия Ирниденко успела пообщаться со следователями. И, как сказал Евгений Попович, называла своего поджигателя однознчно - Павел Губин. О Сергее Синсиневиче девушка говорила исключительно положительно.

Подписывайтесь на наши аккаунты в Telegram, Viber, Twitter, Facebook, Instagram и YouTube, чтобы первыми получать информацию обо всех важных событиях страны и мира.

Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...