Родственники украинского военнослужащего, погибшего от рук собственных командиров в одной из частей Харьковской области, наняли адвоката и готовятся к суду.

Но даже пожизненный срок, который теперь светит убийцам 32-летнего Станислава Прохорова, считают близкие, не искупит их вины за смерть любимого мужа, отца и сына.

Как уже писали «Вести», ЧП в одном из подразделений 92-й башкировской бригады, которое дислоцировалось недалеко от границы с РФ в Волчанском районе Харьковской области, произошло 14 ноября.

Тогда подвыпившие командир подразделения (недавно назначенный майор) и еще двое сержантов от скуки решили попридираться к солдатам. Получив отпор от двух военнослужащих, они вывели их в поле и расстреляли из автомата. Одному из солдат чудом удалось спастись: сослуживец Станислав Прохоров заслонил его собой при падении, а сам погиб. Выжившему парню удалось сбежать и сообщить об инциденте в милицию. Спустя 10 часов убийц задержали (военнослужащие пытались сбежать в Россию). При этом в части обнаружили еще одного полуживого солдата с перебитыми ребрами, которого военные начальники «воспитывали» ранее.

Долгожданный сын

Погибший 32-летний Станислав ушел служить 6 августа (был мобилизован). В родном Кременчуге у него остались пожилые родители, любящая жена, дети. «Вестям» удалось связаться с его супругой.

«Он был младшим ребенком в семье, долгожданным сыночком (у Станислава три старших сестры – Авт.). Папиным любимцем», - рассказывает жена погибшего Наталья Кирилова. Именно отец, по ее словам, сейчас занимается оформлением бумаг по делу сына. «Это огромная потеря для всех нас, но отцу было особенно тяжело. Он первое время вообще ничего делать не мог, приходилось бегать за него, а потом заставлять его подписывать», - говорит Наталья.

Говоря о муже, она до сих пор не может сдерживать слез: «Со Стасом мы прожили более девяти лет. Он был хорошим мужем и лучшим другом, и опорой для моих детей (Стас воспитывал двоих детей Натальи, - Авт.). Моя дочь похудела уже на семь кг, так переживает из-за его смерти».

Любимчиком погибшего в семье был трехлетний Никита (сын старшей дочери Натальи). «Это наш внук, - улыбается Наталья. – Он очень любил с ним нянчиться, относился к нему, как к родному ребенку. Малыш сразу понял, что Стаса больше нет. Во время похорон он подошел к могиле и сказал: «Пока, Стас».

Похоронили Станислава Прохорова на третий день после трагедии. Наталья вспоминает, что решение о том, отдавать тело родственникам или нет, было принято не сразу.

«Непонятно было, то отдают, то не отдают. Но когда Стаса привезли, мы сразу поняли, в чем дело», - говорит Наталья. По ее словам, тело мужа было сплошным синяком. «Его, наверное, очень сильно били, голова была просто раздавлена, ножевое ранение под сердцем. Но если бы в него не стреляли, его еще можно было спасти», - плачет Наталья.

Незадолго до смерти Стас рассказывал о том, что происходило в части. «Он говорил, что командиры беспредельничают, но подробности не рассказывал. Говорил, ты все равно мне не поможешь, только расстроишься, и держал все в себе», - рассказывает женщина.

Наталья надеется наказать обидчиков своего мужа. Для этого уже наняла адвоката, которые сейчас собирает все документы. «Даже если им дадут пожизненное, я считаю для таких людей – это мало. Я бы хотела, чтобы они почувствовали то, что чувствовал мой муж перед смертью. Всю ту боль, на которую они его обрекли».

Трагедии можно было избежать

Расследованием трагедии в части занимается военная прокуратура. Сейчас командир подразделения и двое сержантов находятся в СИЗО. Им объявлено о подозрении в умышленном убийстве и дезертирстве. Убийцам грозит от 15 лет до пожизненного.

В Харьковском областном военкомате уверяют: до момента ЧП нареканий на руководство от военнослужащих не поступало. При этом отмечают, что с такой жестокостью столкнулись впервые.

«За 34 года моей работы я сталкиваюсь с таким впервые. Было всякое — и неосторожное обращение с оружием, но чтобы такое», — говорит заместитель военкома Юрий Калгушкин. Он также отмечает, что трагедии можно было бы и избежать.

«Не работали командиры разных уровней, не работали командиры по воспитательной работе. Все надо было докладывать, неужели никто не видел их жестокости? Все молчали, поэтому такие последствия», — считает Калгушкин.

Минобороны должно выплатить семье погибшего при исполнении военного 609 тысяч гривен.