1. Каковы настроения среди сторонников Асада после того, как появилась угроза вторжения войск НАТО?

– Сообщения о возможной западной интервенции в Сирию здесь воспринимают как пропагандистские. Во-первых, потому что они звучат не первый раз. Во-вторых, вторгнуться в Сирию не так-то просто. Это — не Ливия, которая находится под боком у Европы и куда истребители НАТО добирались без дозаправки. Кроме того, на каких основаниях может быть совершено вторжение?

2. Причиной возможного вмешательства НАТО называют использование химического оружия правительственными войсками.

– Обратите внимание на то, что в качестве доказательства оппозиция предоставила только одну видеосъемку, но и та была сделана в одном помещении. Для Сирии, где мобильные телефоны есть у всех и на них снимают все и вся, это более чем странно. К тому же съемка была выложена на YouTube 20 августа, а химудар произошел на следующий день.

3. Почему допуск инспекторов в район химудара затягивается? Тем самым официальный Дамаск сам дает повод говорить о своей причастности.

– Смерть инспекторов ООН официальному Дамаску не нужна. Поэтому пока правительство не сможет обеспечить их безопасность в районе, по которому был нанесен химический удар, его никто никому показывать не будет. Кстати, инспекторы и сами не жаждут попадать в те районы, где им не могут гарантировать полную безопасность. Об этом они сами мне не раз говорили.

4. Химический удар во время работы миссии инспекторов ООН — не случайность?

– Обвинение правительственных войск в использовании химического оружия — провокация. И уже не первая. Как только правительственные войска начинают успешные операции по освобождению страны от бандитов, сразу появляется «новость», которая дискредитирует действующую власть в глазах мировой общественности. За два года мы к этому привыкли.

5. Что даст Западу вторжение в Сирию?

– Запад устраивает сложившаяся ситуация. Когда не получилось поменять власть в стране за месяц при помощи так называемой оппозиции, запустили план «Б»: уничтожить страну и ее инфраструктуру. Это планомерно и происходит. Но, к разочарованию Запада, не так быстро, как хотелось бы. Кроме того, ситуация в любой момент может измениться. Поэтому страны НАТО и волнуются. Сейчас они не учитывают того, что страна Башара Асада — это не страна его отца. За последние годы Сирия сильно изменилась. Произошли изменения в сознании большинства людей, которые, несмотря на различие в политических взглядах, готовы дать отпор тем, кто хочет разорвать государство на части. При этом США продолжают пропаганду с посылами 10–15-летней давности, которые уже неактуальны. То же самое делает и так называемая оппозиция, большинство лидеров которой не проживали в Сирии последние 20 лет.

6. Если вторжение произойдет, правительство готово противостоять более сильному противнику?

– За два года противостояния армия получила бесценный боевой опыт. Более того, война мобилизовала население. Думаю, в США знают, что Сирия их не боится, и не рискнут нападать. Бряцанье оружием направлено прежде всего на то, чтобы деморализовать и разобщить страну. Непонятно только, зачем это делается. Тех, кого можно было испугать или купить, уже испугали и купили. А результата до сих пор так и не получили. Страна показала свою живучесть.

7. Как изменилась жизнь простых сирийцев за два года войны?

– Сейчас я нахожусь в христианском анклаве города Хомса. Недавно здесь убили 16 бандитов, а вчера задержали 11 боевиков из Ливана. Так что к боевым действиям здесь привыкли. К сожалению, это стало частью жизни. Что касается бытовых условий, то у меня есть опыт жизни в Москве 90-х. Поверьте, по сравнению с ним в Сирии сегодня очень даже неплохо. Да, немного выросли цены. Однако проблем со снабжением нет вообще. Фрукты, овощи, мясо… Они доступны каждому.