Например, сейчас по всей стране начали строиться современные свиноводческие комплексы. И немудрено — в 2012 году прибыль «Даноши» достигла 207 млн грн при выручке в 432 млн грн. Баснословная рентабельность! Правда, пока никто показатели Тома Аксельгаарда, основателя «Даноши», не повторил.

Украинские свиноводы в целом балансируют на грани рентабельности, ежегодно закрывается несколько сотен ферм. И неудивительно. Ведь «Даноша» — это филиал крупнейшего датского свиноводческого кооператива. Она имеет доступ не только к 4%-ным европейским кредитам, но и к передовым технологиям. Аналогичная ситуация и в производстве молока. «Украинская молочная компания» Эдуарда Прутника владеет современнейшей молочной фермой, рентабельность под 50%. Компания выставлена на продажу: коровы, как и свиньи, требуют ежедневного внимания со стороны собственника. Иначе — нарушение технологии, снижение надоев и падеж молодняка.

Не могут не воровать

Ключевая ошибка непрофильных инвесторов — подбор партнеров и менеджмента. Даже очень хорошие зарплаты, бонусы и доля в бизнесе не спасают от банального и тотального воровства на всех этапах сельхозпроизводства, начиная от закупки топлива и удобрений и заканчивая продажей налево готового урожая. Самая яркая история — уход с рынка в 2012 году агрохолдинга Landkom International. В свое время он обрабатывал 74,2 тысячи га земли, в 2007 году вышел на биржу AIM. Однако большая часть средств, привлеченных от инвесторов, исчезла в неизвестном направлении. В результате Landkom International был вынужден распродавать свои хозяйства для погашения долгов. Остатки компании были поглощены шведским агрохолдингом Alpcot Agro. Почти все агрохолдинги, которые вышли на европейские биржи в конце 2000-х, привлеченные средства потратили не на инвестиции, а на проедание. Итог — стремительное падение котировок и близкое банкротство.

У инвесторов наступило похмелье, и нынешнее падение цен на продовольствие только ускорит процесс.

Кто выживет после падения цен

Конечно, проблемы затронули сектор неравномерно.

Лучше всех перенесли падение цен на зерно животноводческие компании, такие как «Мироновский хлебопродукт». Этот холдинг выращивает зерно на 220 тысяч га и перерабатывает в комбикорма для собственных птицефабрик. Вдвое подешевела кукуруза, значит, вдвое подешевели комбикорма при стабильных ценах на мясо птицы. Как итог, почти в три раза выросли объемы экспорта. От падения цен на зерновые выигрывают производители яиц и свинины. Крупнейшие вертикально интегрированные компании сохраняют положительную рентабельность за счет собственной логистики, переработки и доступа к дешевым европейским кредитам.

Остальные будут в проигрыше. Селяне вынуждены брать кредиты в банках под 20% годовых. Чтобы выплатить проценты по кредиту, без учета расходов на покупку техники и уплату тела кредита, селянину нужно собрать 50 центнеров кукурузы. Чтобы минимально заработать, надо получить минимум 65 центнеров с гектара. Применяющие передовую технику и технологии крупные агрохолдинги собирают по 100-150 центнеров кукурузы с гектара, малые и средние хозяйства выше 50-60 центнеров не поднимутся. А это неминуемые убытки. С пшеницей, рапсом, соей и подсолнечником аналогичная ситуация. Значит, более половины сельхозпроизводителей по итогам сезона станут убыточны, агрохолдинги средней руки либо обанкротятся, либо будут скуплены за долги.

Инвесторы с Востока

Впрочем, уже сейчас продаются десятки крупных и средних сельхозкомпаний. В основном — непрофильными инвесторами. Финансисты и юристы, вложившие сотни миллионов долларов в село, начали понимать, что заработок на зерне и мясе — это бизнес очень рисковый, требующий пристального, чуть ли не ежедневного внимания.

Ситуацию может в корне изменить приход азиатских и арабских инвесторов. Саудиты, корейцы, китайцы и даже малайцы сейчас активно присматриваются к украинским сельскохозяйственным предприятиям. Первые сделки уже заключены, в ближайшие пару месяцев мы увидим настоящий бум слияний и поглощений с участием инвесторов из этих стран. Правда, пока иностранных инвесторов отпугивает запутанность нашего законодательства и коррупция. Продажа земли иностранцам запрещена, а арендовать ее ни китайцы, ни арабы пока не рискуют. Ведь для заключения договора аренды земельного пая мало, его нужно еще зарегистрировать в Регистрационной палате. А там перманентные очереди. Владельцы отечественных агрохолдингов решают эти вопросы через дружественные отношения с главами сельсоветов — они мобилизуют селян на подписание договоров аренды, и связи в госадминистрации, которые помогают без проволочек зарегистрировать уже заключенный договор аренды. Стоимость подобных услуг — от $50 за пай. Работать на таких условиях иностранцы пока не готовы. Поэтому они заходят на украинский рынок с помощью отечественных партнеров, покупая долю в существующем холдинге, или создавая новые на паях с отечественными инвесторами.

Но со временем они освоятся на нашем рынке и начнут самостоятельно выстраивать отношения с властями. И если отечественный производитель — крупный агрохолдинг или фермерский кооператив — покажет неспособность к эффективному бизнесу, то расклад сил на аграрном рынке кардинально изменится. Украина вскоре может превратиться в европейский Судан — там инвесторам из Кувейта, Катара, Саудовской Аравии, Южной Кореи, ОАЭ и КНР куплено или арендовано свыше 4 млн га.