Мировая наука возлагает большие надежды на использование стволовых клеток человека в лечении самых серьезных заболеваний. Футурологи от медицины в далеком будущем обещают человечеству едва ли не бессмертие. На Украине это призрачное будущее уже научились коммерциализировать, делая бизнес на семейных банках пуповинной крови. Пока этот бизнес сродни автомобильной страховке без гарантий возмещения

– Сейчас почти нет областей медицины, в которых стволовые клетки не нашли бы применения. Например, еще три года назад считалось, что аллергические реакции стволовыми клетками не лечатся. Но сейчас есть заболевания, которые имеют аллергическую этиологию и тем не менее они лечатся», — у Яны Вербы, начальника отдела по работе с клиентами компании «Гемафонд», очень убедительный вид.

В «Гемафонд» — компанию, делающую бизнес на стволовых клетках, я пришел как потенциальный отец, который хочет узнать обо всех преимуществах такой перспективной услуги, как сохранение пуповинной крови — богатого источника стволовых клеток.

В нашей стране хранением стволовых клеток пуповинной, или кордовой, крови занимаются четыре медицинских учреждения.

В Киеве кроме «Гемафонда» есть еще коммерческая организация Институт стволовых клеток, в Харькове — Институт проблем крио-биологии и криомедицины НАН Украины, а в Донецке — копания «Биостэм» при Институте неотложной и восстановительной хирургии им. В. К. Гусака.

Суть предлагаемой услуги — сбор крови из пуповины сразу после рождения ребенка. Сейчас отрезанную пуповину новорожденного в большинстве случаев просто выбрасывают. В банках же крови после всех анализов и проверок кровь помещают в криохранилище, где при температуре почти 200 градусов ниже нуля она будет храниться долгие десятилетия. Вклад в банк крови обойдется вам от 5 до 12 тысяч грн. Еще около $150 будет стоить каждый следующий год сохранения.

Перед счастливым вкладчиком маячит перспектива использования собственной пуповинной крови для лечения самых разных тяжелых заболеваний. На лекции в «Гемафонде» мне рассказали, что их перечень включает 200 пунктов. «На сегодняшний день есть три человека, которых вылечили от ВИЧ», — серьезно утверждает Яна Верба.

На что способны стволовые клетки

В 1988 году стволовые клетки кордовой крови впервые успешно применили во Франции для лечения анемии Фанкони. Сегодня пуповинная кровь обеспечивает до 10% всех пересадок стволовых клеток, и с каждым годом ее доля растет. В развитых странах, например США, доля пуповинной крови в операциях по трансплантации стволовых клеток достигает или даже превышает 50%. Такие операции на Западе давно являются рутинными. Трансплантация стволовых клеток в мире широко применяется при лечении заболеваний кровеносной системы онкологического характера.

У нас с пуповинной кровью вообще никто не работает, даже трансплантация костного мозга практикуется в единичных случаях. Ежегодно пересадка костного мозга необходима для спасения двух тысяч жизней. Но в прошлом году два действующих центра трансплантации в стране провели всего 85 операций. Практически во всех случаях использовался костный мозг самого пациента. Между тем в очень многих медицинских случаях необходимы внешние доноры стволовых клеток, а их реестра в нашей стране нет. В этом случае украинская медицина бессильна — пациент может найти спасение только за рубежом, где такие банки крови существуют.

«Сегодня трансплантация пуповинной крови на Украине не является стандартной медицинской процедурой», — говорит директор Киевского центра трансплантации костного мозга Виктор Хоменко. Использовать кордовую кровь для лечения онкогематологических заболеваний можно только в рамках клинических испытаний. Но такие испытания у нас не проводятся, и никто никогда в нашей стране еще не применял кордовую кровь вместо костного мозга.

В инкубаторе для культивирования клеток создаются специальные «климатические» условия

Чужая кровь ближе к телу

Банки кордовой крови бывают двух видов — персональные и донорские. В первом случае воспользоваться кровью может только ее владелец или его ближайшие родственники (если кровь подходит). Во втором — любой человек, который нуждается в стволовых клетках и которому они подойдут. Все отечественные банки пуповинной крови относятся к первому типу. То есть Украина не прошла еще и первого этапа создания реестра доноров костного мозга. В 2010 году наше правительство создало такой реестр. Но вести его невозможно без надлежащего финансирования, которого, как всегда, нет. Поэтому на данный момент в отечественном реестре содержится около 100 потенциальных доноров. Другими словами, он попросту отсутствует.

Зато коммерческие и полугосударственные учреждения давно освоили и поставили на поток другой бизнес — личные банки пуповинной крови. В «Гемафонде» и других подобных организациях умалчивают о том, что лечить заболевания крови собственными клетками пуповинной крови возможно лишь в 4–6 случаях на 100 тысяч населения. Гораздо больше ситуаций, когда необходимы стволовые клетки другого человека. Поэтому с точки зрения общества донорский или общественный банк пуповинной крови гораздо полезнее.

Подобные банки успешно работают во многих странах. Один из самых больших создан в рамках американской национальной программы кордовой крови. По состоянию на 2010 год в нем хранилось 53 тысячи образцов донорской крови, из которых 3,5 тысячи были использованы для лечения.

Изучение клеточной культуры под микроскопом

Протянуть 50 лет

– Банки заполнили брешь между возможностью сохранить сейчас и необходимостью применить завтра, — считает учредитель «Гемафонда» Ярослав Исаков. — По истечении 5-10 лет все изменится, и человек получит гораздо более широкие возможности применения своего биологического материала.

Ярослав Исаков убежден, что за стволовыми клетками будущее медицины. Для него это не только бизнес, но и надежда вылечить своего сына, который родился с пороком сердца. Мальчику делают одну операцию за другой, пока сердце не вырастет и ему смогут имплантировать искусственный клапан. В мире проводятся исследования по выращиванию сердечного клапана из стволовых клеток, но до его создания остается минимум десять лет, прогнозируют ученые.

– А за прошедшее десятилетие Калифорнийский институт регенеративной медицины — одно из крупнейших в мире учреждений по изучению стволовых клеток — истратил на исследования $6 млрд, — говорит Геннадий Бутенко, возглавляющий украинский Институт генетической и регенеративной медицины. —Там, безусловно, большая перспектива, но сказать, что предложенные методы лечения стали общедоступными, пока нельзя.

Впрочем, это не мешает прибыльной работе банков пуповинной крови на Украине.

Это новая ниша, и она пользуется популярностью у зажиточных людей. Несколько организаций жестко конкурируют между собой: здесь есть свои интриги и скандалы. Но это бизнес на зыбкой почве — до тех пор пока клиенты не поймут, что их собственная пуповинная кровь или кровь их детей в абсолютном большинстве случаев может спасти жизнь или вылечить болезнь кому-то другому, но не им самим. Да и то, соответствующая операция может быть проведена только за рубежом — у нас нет соответствующих специалистов, технологий и оборудования.

– Каждый метод проходит в своем развитии три этапа, — говорит Руслан Салютин, директор Координационного центра трансплантации органов, тканей и клеток. — Первый — это радость, восторг. Второй — «это все ерунда, давайте его прикроем». Третий — осознание того, где этот метод можно использовать. Мы сейчас совмещаем все три этапа одновременно.

Специальная питательная среда для культивирования стволовых клеток готовится в стерильных условиях

Пока американцы пытаются понять, как работают стволовые клетки, на Украине создается радужный бренд, который якобы помогает бороться со старостью и может вылечить синдром хронической усталости. Зарабатывать деньги, торгуя призрачной перспективой, гораздо легче. Можно, например, замораживать молочные зубы клиентов, даря им надежду, что ученые когда-то придумают и продадут нам технологию выращивания печени из таких клеток. Отработанные печень, почки и сердце можно будет менять сколько угодно и жить вечно — ведь этот так просто и понятно. Реклама — двигатель всего.

Мыши и люди

Институт генетической и регенеративной медицины был создан в 1997 году, и одной из его основных задач является изучение стволовых клеток на фундаментальном уровне. Среди наиболее многообещающих проектов —изучение потенциала стволовых клеток для лечения заболеваний центральной нервной системы.

Заведующий лабораторией клеточных и тканевых культур Виталий Кирик показывает мне сделанные под микроскопом фотографии мозговой ткани мыши. Чтобы смоделировать ишемическое повреждение мозга, животным на короткое время пережимают сонные артерии. Без крови нервные клетки отмирают. Фактически нечто подобное происходит при инсульте. После этого лабораторным животным вводят стволовые клетки, взятые из мышиных эмбрионов. На микрофотографиях хорошо видно, как в ультрафиолетовых лучах они светятся зеленым светом благодаря искусственно «вмонтированному» гену медузы.

Перед тем как заняться наукой, Виталий Кирик полтора года проработал кардиологом в одном из райцентров Хмельницкой области

Результаты исследований показывают, что стволовые клетки успешно мигрируют в пораженную часть мозга, превращаются в нервные клетки и устанавливают связи со старыми нейронами, которым удалось пережить инсульт. Более того, после лечения стволовыми клетками мыши показывают хорошие результаты в тестах на память и на ориентацию в пространстве. Это означает, что функции мозга после ишемического повреждения восстановились.

Перед тем как заняться фундаментальной наукой, Виталий Кирик полтора года проработал кардиологом в одной из больниц Хмельницкой области, поэтому о реалиях отечественной медицины он знает не понаслышке. Он надеется, что его исследования на мышах однажды помогут лечить людей. Но путь от фундаментальных исследований до клинической практики занимает не один год. Испытания на мышах в будущем могут дать ключ к лечению болезни Альцгеймера, Паркинсона, рассеянного склероза, инсульта и травм центральной нервной системы. А могут и ничего не дать. Часто эксперименты по лечению стволовыми клетками заканчиваются ничем. Это происходит во всех странах, но поражения обычно не афишируют — в отличие от успехов и надежд.

Возможно, по этой причине фундаментальные исследования на Украине почти не финансируются государством. Институт регенеративной медицины до сих пор не имеет собственного помещения, и рабочие места сотрудников разбросаны между Институтом геронтологии, Институтом молекулярной биологии и еще несколькими исследовательскими учреждениями. Доклады о его исследованиях вызывают интерес в Германии, Швеции и Швейцарии. Но в нашей стране такого интереса нет, как нет пока и веры в собственную фундаментальную науку.