Евромайдан постепенно сбавляет обороты. Кроме освобождения задержанных и отстранения троих подозреваемых в разгоне Майдана чиновников, никаких видимых успехов у революции нет. Президент на месте, правительство не в отставке, даже выборы в проблемных округах оппозиция проиграла. Соглашения с Россией о снятии торговых ограничений, о кредитах и о скидке на газ сняли, как минимум до выборов, вопрос об экономическом кризисе и дефолте. Во власти теперь многие лелеют надежду, что Майдан исчезнет после последнего удара курантов в новогоднюю ночь. И в 2014 году украинцы проснутся в прежней стране. Той, которая была до декабря. Но этого уже не случится. Украина прежней не будет. Процесс больших перемен уже запущен

Перемена 1. Олигархи и корзины

До Евромайдана олигархи строили свой бизнес, политику и вообще жизнь согласно линии партии и правительства. Поэтому их телеканалы были более чем лояльны к власти, а их депутаты и прикормленные чиновники вели себя максимально покорно.

События декабря 2013 года сложившуюся в стране систему власти не сокрушили, но веру в ее устойчивость заметно подорвали. Поэтому до президентских выборов крупный бизнес, а также связанные с ним политики и СМИ начнут игру, хорошо знакомую по временам «оранжевой пятилетки» 2005–2010 годов — раскладывание яиц по разным корзинам.

С президентом и его командой никто ссориться не будет. Но и выполнять все команды по борьбе с оппозицией также много желающих не наберется. Политическая среда станет намного более конкурентной. А значит, следующий год будет состоять из серии больших и малых кризисов и постоянных интриг. При этом оппозиция будет использовать каждый повод, каждую новую Врадиевку для организации акций протеста. А постоянно действующий (пусть и сильно сокращенный в размерах) Майдан в центре Киева станет удобной базой для быстрого развертывания митинговой активности.

В этой ситуации будет велик соблазн начать эксперименты с Конституцией. Например, договориться о возвращении Основного закона 2004 года с урезанными полномочиями президента сразу после выборов гаранта. То есть чтобы сделать относительно не важной фигуру главы государства, сбить накал борьбы за этот пост. Одновременно можно будет провести и парламентские выборы, получив новую Раду с новыми полномочиями. Однако в условиях потери управляемости политической системой столь сложные эксперименты проводить проблематично. Стоит вспомнить, чем аналогичная попытка закончилась в апреле 2004 года, когда для изменений в Конституцию не хватило семи голосов.

В то же время у президента остаются шансы победить и в открытой борьбе. Соглашения с Россией открывают дорогу к нормализации экономической ситуации в стране. Скидка на газ в 30% сбалансирует бюджет (не нужно будет тратить миллиарды гривен на дотации «Нефтегазу» и коммунальщикам) и даст вздохнуть свободнее промышленности. 15 млрд в покупку ценных бумаг правительства закроют все вопросы по покрытию дефицита бюджета и создадут солидную подушку безопасности для финансовой системы. Расширение кооперации в космической сфере и возобновление производства знаменитых «Русланов» может стать хорошим имиджевым проектом для власти. Снятие всех торговых ограничений увеличит наш экспорт. Все вместе это может уже в начале года вывести украинскую экономику в плюс. В бюджете появятся деньги для крупного повышения пенсий, зарплат и прочих соцвыплат. То есть к выборам власть подойдет с достаточно прочным багажом. При умелом использовании пиар-инструментов она может это конвертировать в хороший результат на выборах президента.

В плюс для Януковича работает и разобщенность оппозиции. Майдан не только не помог выделить ее единого лидера, но и породил новых, а заодно и вызвал определенное разочарование в старых. Это создает для власти удобный предвыборный расклад, а для олигархов, наоборот, возникает проблема — на кого поставить, чтобы точно не проиграть. Велик шанс, что на выборы пойдет и вся главная оппозиционная тройка, и Петр Порошенко, и Николай Катеринчук, и мэр Львова Садовой, и какой-нибудь представитель «гражданского крыла» Майдана. Это распыляет силы и, к тому же, повышает вероятность выхода во второй тур Олега Тягнибока как наиболее удобного на данный момент для власти соперника. Хотя, после Евромайдана, успех в первом туре лидера «Свободы» может обернуться большими потрясениями и новой революцией после тура второго. Тем более что есть еще и вторая перемена.

Перемена 2. Искусство готовить москалей

Акции в центре столицы разбередили прежнее противостояние по линии «восток — запад». Причем потенциально последствия могут быть более глубокие, чем в 2004 году.

Во время Оранжевой революции Майдан в Киеве вызвал ответную реакцию на юго-востоке. Тогда много говорилось, что на главной площади страны формируется «новая украинская нация». Что, наверное, было правдой. Но люди, которые тогда голосовали за иного кандидата в президенты, смотрели на происходящее со смешанным чувством страха и ненависти. Они считали, что Майдан украл у их кандидата победу. И они никак не чувствовали себя частью нации, которая там создавалась.

Именно тогда начался разлом на запад и юго-восток, был заложен потенциал для формирования двух «разнозарядных» политических наций в стране. В последующие годы, стараниями Виктора Ющенко с его украинизацией, этот процесс углублялся, однако в 2010 году, с победой Виктора Януковича, был приостановлен.

Новый президент, вопреки многим прогнозам, отнюдь не стал «наместником Москвы». Он начал выстраивать самостоятельную внешнюю политику и пресекал вмешательство России в политику внутреннюю. Это не привело в лагерь его сторонников запад страны, но заметно снизило накал напряжения. Успокоился и юго-восток. Поставив «своего» президента, он как бы удовлетворил жажду реванша и потерял стимул к фронде в отношении украинской государственности. Более того, в последний год, когда евроинтеграция была объявлена стратегическим курсом, власть немало постаралась, чтобы превратить людей на юго-востоке в сторонников «европейской идеи».

Однако события на Майдане поставили на этом процессе жирный крест. Протест хотя и был официально «проевропейским», но националистический элемент в нем был заметен намного больше, чем в 2004 году.

Люди, которые весело прыгали под речевку «Кто не скачет — тот москаль», вряд ли задумывались, что для противников Евромайдана (а таковых в стране, по опросам, почти половина населения) это может звучать совсем по-иному: «Кто не с нами — тот москаль». Юго-востоку, который уже было перестал смотреть в сторону России, вновь четко и понятно напомнили, кто он и откуда.

Важную роль сыграла и сама повестка дня протестов. Впервые главным вопросом в стране стал вопрос геополитического выбора между Западом и Россией (в 2004 году все-таки на первом плане было противостояние двух конкретных кандидатов в президенты). Причем если власть еще пытается как-то говорить о том, что «нельзя ставить вопрос или-или», то в риторике Майдана третьего пути не существует: или ты за Европу — или за «таежный союз», или ты украинец — или москаль/предатель. Вот народ на юго-востоке и начал определяться. Тем более что 15-миллиардный кредит от России
и скидка на газ создают для такого «самоопределения» жителей Донецка, Одессы, Харькова и Крыма очень понятный фон.

Этот процесс будет идти параллельно перманентному политическому кризису, и где он остановится — сказать пока трудно.

Перемена 3. Европейский разлом

События в Украине сказываются и на всем геополитическом раскладе в Восточной Европе. С 1991 года, когда распался Советский Союз и был создан Союз Европейский, процессы здесь шли только в одном направлении — ЕС как магнит притягивал к себе страны бывшего советского блока. Украина находилась в русле этого движения и хоть шла не так быстро, как Прибалтика, но вектор был неизменный.

Не многое изменилось даже после начала кризиса, когда Европа столкнулась с серией экономических катаклизмов и целые государства оказались на грани дефолта. Но для Украины Евросоюз по-прежнему светил как путеводная звезда, которая указывает дорогу к светлому будущему (раз уж своим умом его найти не можем).

Но осень-зима 2013 года оказалась переломной. Тяжелейшая экономическая ситуация в стране и угроза ухудшения отношений с Россией заставили украинское правительство внимательно проанализировать все плюсы и минусы Соглашения, а не подписывать его «не глядя», исходя из веры, что «Европа плохого не посоветует».

Проанализировав, в Киеве пришли к выводу, что договор об ассоциации в его нынешнем виде означает экономический крах для страны и политический — для ее руководства, и попросили Европу о компенсациях. Разговор получился не очень предметным. Европа делала вид, что не понимает, о каких компенсациях вообще идет речь, а МВФ выставил очень жесткие условия кредитования. Торги ни к чему не привели, только вызвав раздражение у обеих сторон, что и вылилось в отказ Украины подписывать Соглашение в Вильнюсе. Уже через пару дней в Киеве началась революция, как бы наглядно показывая, что бывает с теми, кто отворачивается от Европы. Впереди маячил экономический крах с последующей сменой власти — ведь теперь-то уж точно МВФ денег не даст.

Но власть удержалась. А деньги на спасение экономики дала Россия. Дала конкретно. Много. Без долгих речей и экивоков. Теперь кредиты от МВФ не нужны. И помощь Евросоюза тоже. Жить можно и без Брюсселя.

Получилась очень убедительная картинка для всего восточноевропейского региона и многих стран СНГ, которые так или иначе, но все еще смотрят в сторону ЕС. И вряд ли этот геополитический урок останется без последствий.

Последствия могут проявиться в двух вариантах. Во-первых, Запад может нанести ответный удар и показать России, что ее миллиарды в Украине ничего не решают. Есть еще Евромайдан, который стоит за европейские ценности, а они стоят дороже. Это означает новый виток внутриукраинского противостояния, и ближайшие президентские выборы будут, пожалуй, самыми горячими за всю историю страны. Последствия же могут оказаться для Украины крайне тяжелыми, учитывая пункт 2.

Второй вариант более интересен: ЕС и Россия не будут идти на принцип и прекратят бессмысленную борьбу. В таком случае все проблемы могут быть решены при трехстороннем участии и наша страна из поля битвы превратится в мост, который соединит Восток и Запад Евразии, заложив основы для нового большого союза. Хотелось бы верить именно в это.