ШЕФ-ПОВАР

Николай Новотарский, 44 года, из Винницы, юрист

Густой белый пар вздымается поверх огромных котлов, подвешенных над бочками с полыхающим внутри огнем. В одном из них греется вода. Как только она закипит, в нее бросят пшено, овощи и мясо — будет кулеш. Рядом бурлит борщ, распространяя по свежему воздуху аппетитный запах. Огромный черпак кружит в котле кусочки сала, капусту, картошку… И очень умелой кажется рука мужика, который ворочает этим черпаком.

— Що там лучок? — выныривает он из клубов дыма и, ловко опустив черпак на крышку котла, подбегает к сколоченным из желтых досок столикам, где женщина дорезает лук. Мелкие кубики лука уже заполнили ведерко литров в пять, но повар указывает пальцем еще на две крупные луковицы. — Ці поріж, і досить, будем доварювать, а то он у хлопців слина вже тече.

Вся картина в кольце сероватых палаток напоминает казачий стан. Шеф-повар Николай Новотарский — крепкий и коренастый, в каракулевой шапке со свисающим красным шлыком, с черным чубом, тонкими усиками — еще тот казак! Однако вместо глади степей впереди столичный Дом профсоюзов, а вместо казаков вдоль полевой кухни уже выстроились голодные майдановцы.

— Сколько же литров борща вы наварили за эти дни? — спрашиваю у Николая.

— Каждый казан — по 100 литров, а мы в день варим по восемь казанов то борща, то кулеша, то еще всяко-разного… С котла получается примерно по 300 порций. Под 40 тыщ наварили!

Полевую кухню, где куховарит Новотарский, организовал владелец сети книжных магазинов Константин Климашенко, который и сам здесь работает поваром.

— Я приехал в столицу сразу после избиения студентов, у меня же самого сын студент, и уже на Майдане встретил Климашенко. С Костей мы служили в одном полку в Германии. Как говорится, десантник десантника видит издалека! Он, когда все это дело с кормежкой затевал, мне и предложил: будешь варить евроборщ? Я прикинул: а че, не сумею, что ли? Теперь варю, а люди хвалят.

По образованию Николай юрист и прежде большого опыта на кухне не имел.

— Да, я консультирую людей по частным юридическим вопросам, халтурю, так сказать. А на кухне разве что жене помогал: картошку почистить, лук порезать. Но в основном готовит она, а я супчик какой иногда могу сообразить. Еще мы на природу с семьей очень любим выезжать, так я рыбачу, а потом уху варю или шашлык жарю. А здесь рецепты в интернете читаю и потом высчитываю пропорции, как сварить на всех.

Из-за выедающего глаза дыма мы отходим за столы, к палаткам. Там виднеется маленький столик с остатками торта, из которого торчат две свечки в виде числа 44. Оказывается, мой собеседник отмечал сегодня день рождения в кругу новых друзей. На вопрос, что ему подарили, Николай смущается:

— Та какие там подарунки? Вот если б Майдан наш добился отставки правительства — ото был бы подарок. Обычно я всегда с сыном, с женой Светочкой праздную. Она мой самый большой подарок в жизни. 24 года назад, как раз на Новый год, я нашел ее на бале-маскараде в нашем местном училище. Тогда ей было 19 лет, но она до сих пор для меня такая же молодая красавица!

Николай с гордостью рассказывает о сыне Викторе, который учится на программиста, хвалит жену, которая подарила ему сына. Но он благодарен Светлане не только за это:

— Я на работе получил двойной компрессионный перелом позвоночника и около девяти месяцев не ходил вообще. Спасибо Богу и супруге, которая выходила, подняла с постели. Думали — все, черная полоса закончилась, но вскоре я попал в страшную аварию в автотранспорте и чудом остался жив. Выкарабкался в очередной раз только благодаря жене и церкви, где нашел ответы, как жить дальше. Света мне каждый день звонит, спрашивает — когда уже домой ехать будешь? Да разве ж я знаю, как и когда это все закончится?! Мы-то все хотим отставки Януковича, а он уходить не хочет. Но не с пустыми же руками назад ехать!

Николаю надо бежать доваривать кулеш.

— А где Новый год будете встречать?

За него отвечает Константин:

— Думаю, на Майдане. Вот уже и елочки наряжаем.

Совмещаем полезное и красивое.

Другие лица протеста

Священник: «Мы живем в период воскресения страны»

Строитель баррикад: «У меня теперь друзья по всей Украине»

Врач: «Мне спасибо в долг говорят. На времена после Майдана»

Охранник-афганец: «Мы будто снова оказались в Афгане»

Волонтер: «У меня не будет разочарования, потому что я здесь не ради политиков»