Все военные журналисты знают: когда приезжаешь в страну, где гремит капель «арабской весны», на тебя мгновенно обрушивается шквал невероятно страшных слухов об убийствах и похищениях людей, иностранных наемниках и неуловимых снайперах. Поскольку инструмент любого корреспондента — информация, а следственные органы в воюющих странах, как правило, не работают, нам приходится в силу своих возможностей проверять ее самостоятельно. В результате выясняется: лишь сотая доля сплетен имеет что-то общее с правдой. А дрова в костер подбрасывают те, кто заинтересован в разжигании огня войны и ненависти жителей друг к другу. И преследуют они совершенно конкретные цели. Например, желают получить доступ к энергоресурсам (именно так, например, было в Ливии). Или стремятся контролировать территорию, по которой можно транспортировать нефть или газ (в данном случае речь идет о Сирии и Сомали).

Еще две недели назад я горячо спорила с коллегой из России. Убеждала его в том, что Украина — не Сирия, и рассказывала ему о нашем мирном Майдане. Майдане, который сердцем и рукой поддержала немалая часть страны: интеллигенция, средний класс и простые работяги. Майдане, где была невероятно доброжелательная и светлая атмосфера взаимопонимания и поддержки. Майдане, где пели и молились даже перед лицом страшной опасности — вооруженного разгона. А еще говорила о том, что украинцы — народ с многовековой историей, богатым опытом, народ с гордым сердцем, но холодной (в отличие от арабской) кровью. А значит, нам хватит мудрости изменить свою жизнь к лучшему мирным путем. Не прибегая к насилию, не разрушая свои города и дома, не повергая страну в ад.

Но сегодня, как военный корреспондент, я не могу не констатировать: то, что происходит в нашей стране, действительно напоминает начало кровавых конфликтов в Ливии, Сирии и Египте.

Так же, как и в арабских государствах, наша власть проявляла преступную слепоту. В течение нескольких месяцев игнорировала протесты уставшего от низкого уровня жизни и разочарованного неподписанием договора об ассоциации с ЕС народа. А затем в Украине образовалась уже описанная мной воронка информационного шума. И произошла цепь загадочных событий.

Во-первых, появился так называемый «Правый сектор». В то, что 18–20 летние мальчишки,
готовые драться просто ради драки, организовались сами (да еще и так быстро!), я не верю. Тем более что в спецструктурах утверждают: в течение последнего года ребята со всей страны собирались в летние лагеря для военно-патриотических игр.

«Мы выезжали в эти лагеря, проводили проверки, но кроме литературы о правилах уличного боя ничего там не обнаружили и не стали „копать“, — говорят теперь силовики. — Кто же мог тогда подумать, чем это закончится?»

Подтверждают сказанное и молодые боевики Майдана. «Я пришел из армии, очень хотелось пострелять, а сделать это было негде, — говорит 25-летний Андрей из Харькова. — Потом случайно встретил старого знакомого, и он позвал меня в летний лагерь. Там я вступил в ряды УНСО. А позже приехал на Майдан».

Во-вторых, именно радикалы 19 января на пути в Верховную Раду (словно другой дороги к парламенту и не существует!) спровоцировали бойню с милицией на улице Грушевского. И, скорее всего, среди них был тот, кто первым кинул камень в милицию (не исключено, что по чьему-то наущению). Тем самым заявив: акции мирного протеста в Украине закончены, началось вооруженное противостояние.

В-третьих, чуть позже на той же улице были убиты два активиста Майдана: армянин Сергей Нигоян и белорус Михаил Жизневский. После чего поползли слухи о том, что на Майдане работают неуловимые иностранные снайперы.

Ясно, что полноценное расследование этих убийств будет проведено еще не скоро. Ведь, как я уже говорила, во время гражданского конфликта правоохранительные органы парализованы.

«Активисты Майдана стояли над операми из следственно-опера-тивной группы с битами и не дали им даже изучить место преступления! — подтверждает мое мнение источник в милиции. — По слухам, они даже свидетелей не нашли и не опросили…»

Соответственно, в ближайшее время мы вряд ли узнаем имена убийц. А также не сможем выяснить, кто и зачем собирал молодых парней в военно-патриотические лагеря и принимал в националистические организации.

Но уже сейчас можно предположить, что за всеми событиями на Грушевского стоят одни и те же люди. Если их цель — раскол страны, они могли воспользоваться уже и без того обострившейся ситуацией в государстве и реализовать свой сценарий. Проще говоря, «подтасовали карты» так, чтобы стравить жителей Востока и Запада Украины.

Судите сами. Чего еще со времен Советского Союза больше всего боятся жители Крыма и Донбасса? Националистов и бандеровцев. А именно они (да еще и на Крещение!) атаковали бойцов «Беркута». Та же история и с погибшими. Этих несчастных ребят легко представлять в регионах как чужаков и наемников. Нигоян еще при жизни сфотографировался с автоматом на фоне армянского флага. А Жизневский был активистом УНСО.

Тем же «почерком», судя по всему, написана и сплетня о снайперах. Для того чтобы в нее поверили, на крышу Украинского дома даже подбросили патроны. Над чем, кстати, впоследствии от души повеселились мои знакомые — бывшие силовики: «Это что же за снайпер такой? Разрядил магазин — и пошел обедать?!»

Между тем на Востоке страны людям уже не до смеха. Все, что случилось, убедило их в мысли, что на Майдане собрались радикалы, националисты и иностранные наемники. Что будут делать в такой ситуации крымчане и жители Донбасса? Рано или поздно выплеснут свое раздражение на поддержавшие протестные акции Запад и Центр.

Стоит ли говорить о том, что после кровавого Крещения между милицией и активистами Майдана идет настоящая война, в ходе которой уже пострадали десятки граждан нашей страны — как с одной, так и с другой стороны. А также вспоминать о выступлениях некоторых активистов Майдана, которые «объясняют» протестующим, какие СМИ являются их друзьями, а какие врагами. Тем самым подталкивая людей к сведению счетов с журналистами, которые виновны лишь в том, что имеют свое мнение о происходящем и, рискуя жизнью, выполняют свой профессиональный долг.

Думаю, что сейчас не имеет смысла строить версии о том, кому и для чего понадобился раскол Украины. Влиятельным лицам нашей страны? США? России? Как говорится, слухов хватает.

Сказать могу лишь одно. Во всех странах, где произошла «арабская весна», ее могло бы не быть. Но для этого гражданам этих государств надо было понимать, что где-то неподалеку находится ловкий кукловод, который манипулирует их сознанием. Не «вестись» на провокации. Не поддаваться слепой ненависти и желанию проявить агрессию. Тогда бы они не потеряли родственников и близких. Не остались бы без своих домов. Не стали бы беженцами и не искали приюта на чужбине.

Но у нас с вами еще есть время для критического анализа любой информации (даже если это информация о смерти) и верных выводов. А также возможность не дать Украине скатиться в пропасть. Ведь, будучи военным журналистом, я знаю: нет ничего страшнее, чем потерять свою страну. В других государствах нас с вами никто не ждет.