Всякий, кто изучал историю Украины в период ее независимости, должен был обратить внимание, как много разделов в учебниках, освещающих события ХХ века, содержат в заголовках словосочетание «украинский вопрос»: «Украинский вопрос в период Первой мировой войны», «Украинский вопрос на Парижской мирной конференции», «Украинский вопрос в межвоенный период» и т. д. Необходимо признать, что события последних трех месяцев историки будущего, вероятно, будут описывать как «украинский вопрос в европейской и мировой политике 2013–2015 годов»

Очевидно, что, не справившись с задачей обеспечить своей стране статус самостоятельного игрока, не потянув спасительную игру в балансирование и многовекторность, украинская элита (как властная, так и оппозиционная) сделала ситуацию в государстве предметом головной боли, борьбы и договоренностей великих держав, как это было на протяжении большей части национальной истории.

Опубликованная запись прослушки разговора помощника госсекретаря США Виктории Нуланд с американским послом в Киеве Джеффри Пайеттом, при всей ее скудности, для желающих разобраться в путях развития внутриполитического кризиса очень наглядно показала внешнеполитическую картину: в решении украинского вопроса сегодня принимают участие и Соединенные Штаты, и Россия, и ЕС. Причем участие это не просто значительное, а во многом определяющее для процесса. Тем более интересно хотя бы в общих чертах разобраться с подходами игроков к ситуации и их ожиданиями от того или иного способа разрешения наиболее острого общественно-политического и экономического кризиса в новейшей истории Украины.

Разделенный Запад

Как показала опубликованная российским интернет-ресурсом запись, у Вашингтона и Брюсселя вовсе нет единого подхода к украинскому кризису. Разговоры между американцами и европейцами на эту тему происходят постоянно. Та же Нуланд присутствовала даже на слушаниях в Европейском парламенте, однако пока, кроме общих пожеланий видеть Украину мирной, демократической и сближающейся с ЕС, согласованности в действиях и целях двух частей политического Запада мало.

Американцы активно взялись за украинский вопрос. В течение предыдущих трех лет в Вашингтоне полностью доминировала точка зрения, что лидирующая роль в выработке политики по отношению к официальному Киеву принадлежит ЕС. Соединенные Штаты тоже высказывались по «делу Тимошенко», сенат принял тематическую резолюцию, Барак Обама несколько раз общался с Виктором Януковичем на полях международных форумов, но в целом Украины, как любят говорить сами американцы, «не было на их внешнеполитическом радаре». Провал подписания в Вильнюсе Соглашения об ассоциации с ЕС, резкий поворот Киева в сторону сближения с Россией и сопровождавшее все это начало острого внутриполитического кризиса показали Вашингтону, что надежда на расторопность, активность и эффективность Евросоюза совершенно себя не оправдала. Эмоциональная фраза Нуланд, сказанная Пайетту, лучше всего отразила доминирующее в Вашингтоне отношение к европейской дипломатии. Под ней, если отбросить политкорректность, подписались бы все, кто занимается Украиной в США.

Это не означает, что американцы имеют свой четкий план в отношении Киева. Все делается с колес. Ясны только общие параметры задачи. Вашингтону необходимо не допустить начала в Украине гражданской войны, предотвратить риск распада страны (хотя в провластном лагере многие уверены, что именно американцы стоят за ростом радикальных настроений на Майдане, за попытками оппозиции установить свой контроль над западноукраинскими областями и ввергнуть Украину в «управляемый конфликт» с расколом страны, в который была бы втянута и Россия), не позволить Москве включить Киев в свой евразийский интеграционный проект в качестве полноправного участника и не дать Украине превратиться в Белоруссию с ее авторитарным режимом.

В целом все те же цели разделяют и европейцы. Разница в том, что для их достижения США готовы идти на риск большой ссоры с Москвой, серьезные траты и активное давление на всех участников украинского политического процесса, а европейцы — нет. Более того, в ЕС даже есть те, кто считает, что поворот Украины на Восток не только не станет трагедией для Европы, но даже избавит ее от головной боли. Эти политики (особенно много их в Германии, Франции, странах Бенилюкса, на Пиренейском полуострове) полагают, что если бы Путин убедил еще и Турцию интегрироваться в Евразийский союз, а не злиться на отказывающих Анкаре в членстве европейцев, то ему можно было бы памятник поставить в Страсбурге или Брюсселе.

Америка: на стыке геополитики и психологии

Американцы мыслят более масштабными геополитическими категориями (из европейцев с ними в этом солидарны лишь британцы). Для Вашингтона основным вызовом является растущая мощь Китая. Сдерживать Поднебесную при помощи России было бы сподручнее. Но окрепший за счет создания собственного блока сателлитов в виде Евразийского союза Кремль станет в этом вопросе еще менее сговорчивым, как и по другим волнующим США темам: Ирану, Сирии, Афганистану и т. д. Плюс американцам с психологической точки зрения просто хочется прекратить череду дипломатических побед Путина (от смены власти в Грузии до предотвращения свержения режима Башара Асада в Сирии), которые оппонентами администрации Обамы преподносятся как унижение Соединенных Штатов.

С учетом того колоссального международного резонанса, который события в Украине приобрели в мировых СМИ, и распространения убеждения, что действиями украинской власти руководит Кремль, полная победа Януковича будет однозначно интерпретирована как разгромное поражение Америки.

Все это не означает, что в Вашингтоне уже сделали ставку на свержение украинского президента. В такую сложную игру Америка пока втянуться не готова. К тому же в Белом доме не возлагают больших надежд ни на кого из лидеров оппозиции, да и просто боятся раскола Украины в случае полного триумфа оппонентов Януковича. Гораздо более привлекательным для американцев представляется вариант включения оппозиции во власть с последующим принуждением президента вновь вернуться к прозападному внешнеполитическому курсу.

Тем более, что Москва сама максимально повысила ставки и создала для себя ситуацию, когда возврат Украины к подписанию Соглашения об ассоциации с ЕС станет для нее равносильным провалу.

Российский сценарий

Пока все указывает на то, что в данный момент в России рассматривают только два варианта развития событий у соседей: присоединение Украины к евразийскому интеграционному проекту либо сохранение нейтрального статуса страны (то есть невступление в ЕС, отказ от подписания Соглашения об ассоциации, не говоря уже обо всем другом) при постепенной привязке украинской экономики к России благодаря механизму кредитования и совместным проектам с перспективой, опять же, евразийской интеграции (но в более отдаленном будущем). Для обоих сценариев на данном этапе критическим является сохранение Януковича у власти. Может, россиян устроило бы и президентство Юлии Тимошенко. Но пока этот вариант видится слишком гипотетическим.

Возможность договориться с Виталием Кличко или кем-либо еще из лидеров Майдана по поводу защиты российских интересов в случае возврата к проекту евроинтеграции никто всерьез не рассматривает.

В оппозиции считают, что Москву устроил бы и распад Украины с формированием ориентированной на Кремль «Республики Новороссия» из южных и восточных областей. Но в России это отрицают и говорят, что им распад страны невыгоден, так как основные издержки (особенно экономические — проблемы с транзитом газа, например) лягут в первую очередь на РФ. В то же время нельзя исключать, что если кризис в Украине зайдет настолько далеко, что образуется два правительства, контролирующих разные части страны, то россияне в конечном итоге активно поддержат «своих».

Большой компромисс

Есть еще и третий путь, о котором в последнее время говорят все чаще, — масштабное соглашение между Москвой и ЕС по поводу Украины и региона в целом.

Так, европейцы уже начали гораздо позитивнее относиться к ранее отвергаемой ими идее трехсторонних переговоров (с участием России) по поводу создания зоны свободной торговли с Украиной. Эту же позицию давно отстаивает и украинская власть.

Вероятно, примирение великих держав на почве большой договоренности о внешнеэкономической и — что даже важнее — энергетической политике Киева поддержали бы и Соединенные Штаты. Политика перезагрузки в отношениях с Москвой свернута, но и новой холодной войны Белый дом хотел бы избежать. Таким образом, платформа для компромисса существует.

Согласятся ли на такой вариант Кремль, Штаты и ЕС, зависит от развития событий в Киеве. Если в ближайшее время наметится коренной перелом в пользу одной из сторон, то об этом сценарии вряд ли можно будет говорить. Если же кризис затянется и, более того, усугубится, то увеличится вероятность большого геополитического компромисса. В результате которого и Западу, и России придется смириться с сохранением Украины на стыке, а не внутри сфер влияния каждого из них.