Интервенция российских войск в Крым резко повысила ставки в геополитической игре вокруг Украины. И без того, впрочем, высокие. Владимир Путин после неудачи с Виктором Януковичем решил пойти ва-банк. Он надеется повернуть вспять политический процесс в Украине и вернуть ее в орбиту влияния России. Если не всю страну, то хотя бы часть. В случае успеха этого плана (который, кстати, может осуществляться длительное время — месяцами, а то и годами) ЕС и США будут отброшены от СНГ, а Россия закрепит лидерские позиции в северной части Евразии, сформировав свой геополитический блок. В случае же поражения пойдет прахом идея Евразийского союза, а сам режим Владимира Путина в Москве окажется перед угрозой свержения. Так же как после поражения в Крымской войне 1854–1856 годов, Россия на несколько десятилетий выпадет из числа великих держав и погрузится либо в новое смутное время (как при Ельцине), либо, если найдется новый сильный лидер, встанет на путь кардинальных реформ (как во времена Александра II). Впрочем, Украину в данном случае заботит совсем иное: высокие ставки в геополитической игре могут привести к очень тяжелым последствиям для нашей страны, которая волею судеб оказалась на передовой противостояния великих держав

Путинский удар

Информация из разных источников позволяет сказать, что Кремль крайне раздосадовала неожиданно быстрая победа Майдана 22 февраля. Путин почувствовал себя в дураках. Именно он (что подтверждает и министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский) уговорил Виктора Януковича пойти на уступки оппозиции (возвращение к Конституции 2004 года, коалиционное правительство и досрочные выборы осенью 2014-го), которые и легли в основу соглашения от 21 февраля.

План Путина, по данным «Репортера», выглядел следующим образом: при помощи кредитной линии в 15 млрд и скидки на газ удержать лояльность парламентского большинства, сформировать нейтральное (но не враждебное России) правительство, выдвинуть своего кандидата в президенты и раскрутить его до осени. Янукович в такой ситуации должен был просто мирно передать власть.

Однако уже на следующий день, 22 февраля, все договоренности были забыты, а Янукович отправлен в отставку. Естественно, в России никто не поверил, что это было сделано без ведома западных стран, представители которых визировали соглашение от 21 февраля.

23 февраля Путин закрыл Олимпиаду и в тот же вечер отозвал посла РФ в Украине для консультаций в Москву. Стало понятно, что Россия так просто пощечину не стерпит.

Впрочем, тогда еще не было понятно, каким образом будет оказано воздействие. Почти вся украинская элита смирилась со сменой режима, Янукович и его ближайшее окружение ударились в бега.

Единственным исключением на карте Украины стал город Севастополь. Тут собрался свой Майдан, на котором был избран «народный мэр», сразу объявивший, что не подчиняется распоряжениям новой киевской власти. Поначалу это воспринималось как курьез, тем более что в столице Автономии Симферополе никакой политической активности в первые дни после смены режима не было. Вроде как все ему присягнули.

Однако вскоре ситуация начала быстро меняться. Сначала появились слухи, что 26 февраля на сессии крымского парламента должен быть поднят вопрос о статусе Автономии и чуть ли не присоединении ее к России. Сессия была сорвана крымскими татарами, которые заблокировали Верховный Совет. Однако уже на следующий день, 27 февраля, здание парламента и Совмина захватили вооруженные лица. Дело сразу пошло быстрее. В тот же день вновь собрался парламент Крыма (правда, как утверждали некоторые, там не было кворума). Он принял постановление о проведении референдума по статусу Крыма 25 мая и назначил нового премьера — лидера «Русского единства» Сергея Аксенова. Последний тут же заявил, что не признает новую власть и считает легитимным президентом Виктора Януковича. В воздухе запахло грозой…

Она и разразилась буквально на следующий день.

С 28 февраля по 2 марта российские войска (уже никто не сомневался, что это они) без единого выстрела взяли под контроль практически все стратегические объекты полуострова. Почти все украинские части были заблокированы. Большая часть местной милиции перешла на сторону Крыма, Киев фактически перестал контролировать полуостров. Но главная новость прозвучала как гром среди ясного неба: в субботу, 1 марта, Совет Федерации дал разрешение Владимиру Путину на использование вооруженных сил России на территории Украины. Как позже выяснилось, формальным поводом стало обращение с такой просьбой Виктора Януковича.

В тот же день в ряде городов Юго-Востока прошла серия митингов: штурмовали ОГА, вывешивали на них российские флаги. Все вместе это привело к ожиданию, что российские войска вот-вот пойдут маршем по территории Украины и остановятся чуть ли не на Збруче.

Но к моменту верстки номера этого не случилось. Внешне все выглядит скорее как попытка Путина стимулировать пророссийские выступления на юго-востоке страны, побудить местные облсоветы принять решение о непризнании новой власти и объявить референдумы об особом статусе регионов. В случае же попыток Киева силой подавить протест появляется повод ввести войска. Впрочем, пока этот план выглядит не очень успешным: митинги собирают не очень много народа, у них нет явных лидеров, а Киев нашел более изящный, чем дубинки «Беркута», способ усмирения бунтов — привлечение на свою сторону местных олигархов (Игоря Коломойского, Рината Ахметова и других). Последние, по идее, должны сами навести порядок в своих вотчинах.

Кроме того, новая власть сумела обратить себе на пользу и оккупацию Крыма. Военная угроза со стороны России вызвала небывалый рост патриотизма в центре, на западе и частично на юго-востоке страны, что, в свою очередь, легитимизирует победивший режим в Киеве и отвлекает внимание общественности от социально-экономических проблем и многих сомнительных кадровых решений. Наконец, в самой России мало кто понимает необходимость этой «войны имперского престижа». В случае первых же человеческих жертв имиджевые потери Путина могут быть крайне высоки. Не говоря уже о катастрофическом ухудшении отношений России с Западом.

В общем, пока тактика России не приносит успеха, но это не означает, что Москва от нее откажется. Из Крыма сделают витрину процветания (пока остальная страна будет затягивать пояса, там будут повышаться пенсии и зарплаты), тяжелая экономическая ситуация (усугубленная неизбежными экономическими санкциями России) не даст стабилизировать обстановку на Юго-Востоке, даже несмотря на все усилия олигархов, да и бизнес последних тоже сильно пострадает. Постепенно пророссийские движения будут крепнуть организационно. Развернется и медиаподдержка, которая сейчас практически полностью отсутствует.

Через какое-то время нарастание протестного движения может привести к мощным бунтам, чреватым расколом страны либо даже сменой режима в Киеве. В случае же кровопролития в страну будут введены российские войска, которые смогут остановить лишь войска НАТО (если альянс захочет, конечно, вмешаться, что пока выглядит как фантастика). Украина окажется разделенной с перспективой стать линией фронта затяжной войны.

Что надо делать

Прежде всего попытаться сесть за стол переговоров с Россией и Западом, заключив новый компромисс. Естественно, о возвращении Виктора Януковича речи идти не может. Но о какой-то новой договоренности (уже при участии Москвы) еще можно, наверное, говорить.

Впрочем, шансы на то, что стороны придут к взаимопониманию, увы, минимальны. Слишком далеко зашли все противоречия. Да и вряд ли кто-то заставит сейчас новую власть отдать рычаги управления государством, только-только завоеванные в тяжелой борьбе. Тем более что многие в правительстве и в правящей коалиции не видят ничего ужасного в нынешней потере Крыма (считают, что Запад надавит на Россию, и та сама все отдаст), а пророссийское движение на Юго-Востоке выглядит совершенно неопасным и маргинальным.

В то же время недооценка последнего фактора может стоить очень дорого. Новое оппозиционное движение в русскоязычных регионах действительно пока находится в зачаточном состоянии. Примерно таком же, как движение «Украина без Кучмы» в конце 2000 года. Однако, как уже говорилось выше, оно имеет шансы стать весьма мощным в достаточно короткие сроки, вызвав внутриполитическое цунами, которое полностью разрушит украинскую государственность.

Чтобы это предотвратить, революционерам в Киеве нужно наступить на горло своей песне. И возврат в том или ином виде закона о региональных языках (с чем сейчас согласилось уже большинство лидеров новой власти, хотя и непонятно, насколько искренне) — это лишь одно действие, пусть и весьма важное. Второе действие — прекратить прививать Юго-Востоку комплекс побежденной стороны, побочным следствием которого является жажда реванша. Необходимо четко и однозначно сказать, что и те украинцы, которые были за Майдан, и те, которые были против, являются гражданами одной страны, у каждого из которых была своя правда в то сложное время, и поэтому их нельзя делить на «правильных» и «неправильных». Точка в этом вопросе должна быть поставлена жирная и категорическая. Что, конечно же, не отменяет необходимость расследования преступлений, совершенных во время событий на Майдане.

И, наконец, третий момент: согласие между двумя частями страны должно быть институализировано.

Прежде всего, это гарантирование честных президентских выборов 25 мая или в любую другую согласованную дату (возможно, проведение одновременно выборов и в парламент). Но для этого обе стороны должны иметь возможность контролировать ход выборов. Это означает, что представители власти и оппозиции (Партия регионов, коммунисты и представители вновь возникших организаций на Юго-Вос-токе) должны быть пропорционально представлены в ЦИКе, а также в других органах, от которых прямо или косвенно зависит честность избирательной кампании. Например, в Нацсовете по телевидению и радиовещанию. Кроме того, к руководству всех силовых и контролирующих ведомств (МВД, Генпрокуратура, Минобороны, СБУ, а также налоговая, таможня и КРУ) должны на время до выборов прийти внепартийные и нейтральные люди по взаимному согласию власти и оппозиции. Также совершенно нейтрального человека имеет смысл поставить и. о. президента. Паритетным образом необходимо распределить и посты губернаторов. При этом должны быть расширены права регионов, даже не употребляя ставшее ругательным слово «федерализация» — достаточно просто передать власть от губернаторов к главам исполкомов областных советов.

Также важно: до момента выборов Украина не подписывает Соглашение об ассоциации с ЕС (вопрос об этом решается на референдуме). России и Западу (МВФ) можно предложить паритетное предоставление кредитов в период до выборов (глядишь, на этой основе и будет достигнуто соглашение с Москвой «о ненападении»). Естественно, безусловным требованием запуска этого компромисса является отказ от проведения референдумов в областях и в Крыму о статусе автономии и (в случае участия в договоренностях России) вывод войск РФ из Крыма. Также необходим роспуск военизированных отрядов Майдана и жесткое пресечение махновщины, которую они (и маскирующиеся под них мародеры) разводят в стране, что само по себе является опасным фактором дестабилизации государства.

Это мог бы быть стратегический компромисс, который как раз и позволил бы перезапустить страну и сделать ее максимально устойчивой к внешнему давлению. Он бы вывел нас за скобки противостояния великих держав, не позволив им использовать противоречия между регионами и элитами в своих интересах. Он бы уберег Украину.

Препятствиями на пути к нему является стремление новых вождей как можно быстрее подмять под себя всю вертикаль власти (с последующей ее монетизацией и инкассацией), а также их страх перед Майданом и его активистами, которые могут не понять, с какой стати идти на такие уступки. Почему нельзя просто перекроить Украину по своим лекалам? Впрочем, такая постановка вопроса сама по себе провоцирует недовольных властью на Юго-Востоке на все более радикальные действия. Чтобы просто объяснить, «с какой стати». Тем более что успешный пример революционного перехвата власти в Киеве указывает эффективный путь решения этой задачи, а призрак танковых колонн Путина придает восточным радикалам уверенность не меньшую, чем сторонникам Майдана в свое время звонки вице-президента США Джо Байдена Виктору Януковичу.