Сочинские Паралимпийские игры с точки зрения мирового телевизионного эффекта значительно уступают Олимпиаде, но точно не менее важны и интересны. Настоящего гуманизма, человеческого подвига и искренних эмоций здесь даже больше. Корреспондент «Репортера» с гордостью стала факелоносцем Паралимпиады

Предыстория

О спортсменах с ограниченными возможностями у нас вспоминают раз в два года, когда они завоевывают медали на очередной Паралимпиаде. Но разве кто-то узнает их на улице, просит автограф? Да и улицы наши не особо приспособлены для этих людей. Поэтому Паралимпиада в Сочи — единственный шанс рассказать всем об этих героях, привлечь к ним внимание и приучить людей смотреть на них без смущения и чувства вины, а с восхищением — как на чемпионов.

И я вернулась туда, где меньше двух недель назад олимпийский мишка пустил слезу и задул олимпийский огонь. По инструкции мне нужно было явиться по адресу: «Роза Хутор», площадь Роза, дом 1, пункт сбора факелоносцев.

— Быстро как все закончилось, — посетовал встречавший меня адлерец Эмзари. — Промелькнуло как один день. У меня дочка участвовала в церемонии закрытия. Видели? Там дети с мимозой в конце выходили, вот она среди них была. Замерзла, правда, пока ждали выхода. Приболела слегка. Но говорит: «Папа, я ни о чем не жалею».

Площадь уже заполнена людьми, хотя до старта эстафеты еще два часа. Играет музыка. В пункте сбора факелоносцев идет регистрация. Девушка находит меня в списке и выдает пачку документов — расписаться.

— Я хоть не почку вам только что отдала? — спрашиваю я где-то на втором десятке листов.

— Нет, это — за получение формы, это — за факел, — показывает она и выдает мне комплект белой одежды.

Знакомство

— Здравствуйте, меня зовут Олеся, я сегодня буду вашим координатором, — девушка с поставленным звонким голосом пионер­вожа-той приветствует всех факелоносцев. То, что она координатор, видно без слов: натренированная улыбка в 32 зуба — простые волонтеры не овладели таким мастерством даже
к концу Олимпиады. У Олеси же точно был «черный пояс» по улыбчивости и «степень просветленного» по распространению корпоративного духа.

— А теперь давайте похлопаем нашим спонсорам. — Переодевшись в белую форму, все факелоносцы собрались в зале для инструктажа.

На столе лежат девять факелов — по числу участников. Олеся берет со стола крайний:

— Итак, передаем огонь, держа факел в правой руке, принимаем с левой! Поднимаем выше головы и несем желательно на вытянутой руке, если тяжело — весит он больше двух килограммов, — можно держать двумя руками. Если перекладываете из одной руки в другую, делайте это быстро, чтобы не загораживать лицо, — вас будут все время снимать. Факел не переворачиваем, не трясем, держим за ручку или широкую часть. За тонкую не беритесь: она хрупкая, в ней находится газовый баллон.

С этими словами Олеся возвращает факел на место. Она кладет его так медленно и аккуратно, словно он стеклянный.

С этого момента я уже плохо слушала, в голове замелькали картины: вот мой факел не зажигается, или я его роняю, или несу слишком низко, и помпон на шапке вспыхивает… На фоне этих ужасов такая мелочь, как многократно высмеянное в соцсетях затухание или самовозгорание огня, мне даже не вспомнилась.

— Давайте попробуем! — бодрый голос Олеси отрывает меня от мрачных мыслей. Молодой мужчина выбегает вперед, к нему присоединяется дама — типичная энтузиастка, участница олимпийской эстафеты. Вместе они разыгрывают сценку передачи огня.

— А как мне принять огонь у девушки? — спрашивает факелоносец № 9, имея в виду кореянку-колясочницу, представляющую Паралимпиаду-2018 в Пхенчхане.

— Вам нужно встать на одно колено, — советует Олеся. — Это обычная практика паралимпийской эстафеты.

Инструктаж закончен. Кто-то фотографируется, кто-то дает интервью, а я решаю поближе познакомиться с техникой. Подхожу к столу, беру свой факел. Он не особо прочный, во всяком случае отмахиваться от гопников я бы им не рискнула — не выдержит, но для эстафеты вполне подойдет. Повторив движения Олеси, бережно кладу факел — будь это спящий младенец, он бы, наверное, даже не проснулся.

Свидание

— Вот видите, на том столбе скотч наклеен? Это и есть ваш старт, — волонтер Татьяна приводит нас на набережную Мзымты. На противоположной стороне реки я вижу факелоносца № 5 Варвару. Когда придет ее очередь, она побежит вдоль реки до моста, окажется на моей стороне, еще пятьдесят метров — и передаст мне огонь. Потом примерно то же самое сделаю я: побегу вперед по набережной Лаванда на второй мост, где у символа Паралимпиады встречу факелоносца № 7.

Мы с Татьяной шли сюда пешком, осматривая мою будущую дистанцию. Никогда еще 169 метров не казались мне таким большим расстоянием.

К счастью, времени снова воображать все ужасы, которые могут случиться со мной в пути, уже не было: выйдя на улицу в белой форме с факелами, участники эстафеты стали привлекать к себе внимание.

В числе первых призеров Паралимпиады оказалась украинка Людмила Павленко, завоевавшая золото в лыжных гонках

— Кирилл, подойди поближе! Еще ближе! Возьмись за факел! Ну, протяни руку, потрогай его! Так, снимаю… — Похожий на грустного гнома пятилетний Кирилл неуверенно тянется к рукоятке факела, но в последний момент так и не решается дотронуться. Мы замираем, щелкает камера — готово. Довольная мама утягивает мальчика в сторону, и на пятачок передо мной влетают девчонки. Длинные волосы растрепаны, дыхание от быстрого бега сбивается:

— Слава богу, успели! Увидели вас издалека, боялись, что не добежим!

Снова фото, и еще, и еще. Волонтеры, учителя лучшей сочинской гимназии, таксист из Адлера, менеджер из Владивостока, слегка поддатые тетки из Краснодара, близнецы и их отец из Воронежа — всего человек пятьдесят. Надев белые одежды участника эстафеты, я словно причастилась Паралимпиаде, а взяв в руки факел, и вовсе стала неотразима. Передо мной полукругом выстроились желающие сфотографироваться. Стою, улыбаюсь, никому не отказываю: если спортс­мены терпят, то я тем более. Участник эстафеты — калиф на час, но концентрация событий и эмоций в этот час превышает все допустимые нормы.

Роман

Наконец служба безопасности решила, что мне пора готовиться. Зрителей оттесняют за ограничительную ленту, и все начинают всматриваться вдаль — не показалось ли пламя эстафеты. Темнеет. Впереди на площади Роза запускают фейерверк в форме факела.

— Пора бы уже, — волнуется Татьяна. — Начать должны были в семь. Когда я встречала эстафету олимпийского огня, там все было минута в минуту.

— Вон они, бегут, бегут! — кричат рядом зрители. На другом берегу огонек доби­рается до Вари и начинает стремительно приближаться. Перед факелоносцем едет квадроцикл с оператором, по бокам бегут помощники — хранители огня: если в пути что-то случится, они справятся с любым форс-мажором.

Наконец огонь добирается до меня. «С какой там руки его надо принимать? — проносится в голове. — Ладно, с той, что ближе!»

— Открывай, открывай, — кричит один из хранителей другому. Поворот ключа — и газ пошел. Высоко на вытянутых руках мы скрещиваем факелы, и мой сразу подхватывает огонь. Люди за ограничительной лентой подбадривают, кричат «ура», пока я, как и тысячи факелоносцев до меня, пробегаю свой отрезок эстафеты.

Японский спортсмен Такеши Сузуки во время соревнований по скоростному спуску в категории «сидя», в которых он выиграл бронзовую медаль

Конечно, я не Усэйн Болт, но свои 169 мет­ров преодолеваю довольно быстро. По крайней мере за это время у меня успевают мелькнуть только две мысли: не забывать махать зрителям и как красиво смотрится огонь на фоне темного неба!

Расставание

Я передаю огонь, и следующий факелоносец в сопровождении кортежа убегает в ночь. Газ в моем факеле перекрывают, но огонь еще минуты две продолжает гореть. Кто-то берет его у меня из рук, переворачивает, и происходит то, что бывает, если горящую спичку опустить пламенем вниз, — долю секунды кажется, что факел объят огнем. К счастью, газа в нем уже не осталось. В любом случае каждый факел, который хоть раз побывал в деле, должен быть немного обгоревшим, в этом его особенная ценность. И мой не исключение. На пункте сбора из него достают топливную часть, запаковывают в коробку и вручают мне.

Став обладательницей ценного артефакта, я даю слово смотреть Паралимпиаду. Эстафета, в которой я приняла участие, пусть и не была такой же масштабной, как олимпийская, зато объединила и спортсменов, и тех, кто далек от спорта, людей с ограниченными возможностями и без них. И это лишь малая часть тех социальных задач, которые должна решить Паралимпиада. Не зря главная цель паралимпийского движения — создать для паралимпийцев все условия, позволяющие им достичь спортивного мастерства, вдохновлять и восхищать мир. И если Паралимпийские игры хотя бы напомнят нам о существовании инвалидов — это уже будет хорошим результатом. Надеюсь, так и будет. По крайней мере я, шагнув на обычный тротуар по возвращении из Сочи, впервые в жизни подумала: а не слишком ли он высок для инвалидной коляски?