Арест Дмитрия Фирташа в Австрии 12 марта ненадолго затмил даже новости с крымского фронта. Ценность украинского олигарха для ФБР, по запросу которого он и был задержан, пока до конца не ясна. Ясно одно: украинские бизнес-элиты ждет раскол и тяжелый выбор между безусловной лояльностью киевской власти и спокойной жизнью на условиях Москвы. Но есть и третий вариант

Олигарха, владельца активов общим «весом» в $3,32 млрд задержали прямо у венского офиса его компании Centragas Holding GmbH. О том, что арест не был связан с событиями на Майдане, сообщил представитель уголовной полиции Австрии Марио Хейль — непосредственным основанием для задержания стал ордер, выданный американским судом по санкции ФБР. В Федеральным бюро пояснили: их агенты еще с 2006 года расследовали обстоятельства реализации сомнительного инвестиционного проекта в Индии, в котором принимал участие Дмитрий Фирташ. Несколько участников проекта, которых назвали «преступной группой», были арестованы в США и дали показания о причастности украинца к афере, что и стало формальным поводом для ареста. Обвинения, которые готовится выдвинуть американская прокуратура, касаются коррупции — дачи взяток, а также связей с ОПГ.

14 марта Земельный суд Вены по уголовным делам постановил освободить его под залог в 125 млн евро (кстати, абсолютный рекорд для страны). Интересы Фирташа представляет Дитер Бомдорфер — министр юстиции Австрии в 2000–2004 годах. По некоторым данным, в начале прошлой недели он находился в США — узнавал, что именно инкриминируют его подзащитному.

В отношении причин ареста Фирташа есть несколько версий. По одной из них, его арестовали случайно — просто он давно проходит по делу о группировке Севы Могилевича, которое расследуют американцы. Вот и попал… По второй, американцы (и дружественная им новая власть в Киеве) хотят через Фирташа выйти на информацию о финансовых операциях «Газпрома» (вспомним «РосУкрЭнерго») и ближайшего окружения Путина (Аркадий Ротенберг, представитель этого окружения, в последние годы был партнером Фирташа по химической отрасли). Согласно третьей, арест — месть новой власти и все тех же американцев за поддержку Фирташем Януковича, а также предостережение ему от ведения активной политической деятельности в будущем (Фирташа называли основным спонсором Виталия Кличко и Сергея Тигипко — потенциальных конкурентов Юлии Тимошенко на выборах президента).

Наконец, по четвертой версии, новая власть и близкие к ней бизнесмены хотят руками США деморализовать Фирташа и затем «отжать» у него бизнес. Уже, например, звучат заявления о необходимости национализации телеканала «Интер», ходят слухи о подготовке его рейдерского захвата.

Оставляем эти версии на суд читателя, но хотим отметить еще одну глобальную тенденцию, о которой заставил задуматься арест Дмитрия Фирташа. Бизнес украинских олигархов, с момента их возникновения как класса в конце 1990-х годов, строился на трех китах. Первый — безусловный суверенитет Украины. Грубо говоря, чужие (и западные, и российские капиталы) здесь не ходят, а если и ходят, то с разрешения местной буржуазии. Именно в пользу последней прежде всего перераспределяется украинская собственность. Олигархат имеет и определяющее влияние на политическую жизнь страны. Второй кит — лояльные отношения с Западом, которые позволяли держать там свои средства в сохранности и постепенно легализоваться в среде мировой элиты. Третий кит — тесные экономические связи и относительная политическая лояльность северного соседа, которая позволяла получать от России энергетические и финансовые ресурсы и доступ на рынок. Только при наличии этих трех китов украинский крупный национальный капитал мог жить и развиваться.

Майдан и последовавшие за его победой события уничтожили первый элемент этой конструкции — безусловный суверенитет Украины. Сейчас наша страна, столкнувшаяся с угрозой внутреннего раскола, с растущей политической нестабильностью и жестоким экономическим кризисом, стала полностью зависимой от внешних сил. Российские войска стоят в Крыму, фактически осуществив аннексию полуострова, и не факт, что на этом они остановятся. Украина сейчас полностью зависима от внешней финансовой поддержки. И если, допустим, МВФ выдвинет условием кредитования реприватизацию всех энергоактивов страны, то у правительства не будет шансов отказаться. Играть же на противоречиях Запада и России, сохраняя с обоими хорошие отношения, уже не получится по совершенно понятным причинам. Придется выбирать какую-то одну сторону.

В итоге крупный украинский бизнес оказывается в крайне уязвимом положении. Выбор Украины в пользу Запада означает как моментальные проблемы для отечественного бизнеса в отношениях с Россией (причем, повторимся, неизвестно, остановится ли она на Крыме, не войдут ли ее войска в вотчины олигархов), так и постепенную потерю политического влияния внутри страны. Командные высоты быстро займут транснациональные корпорации. Олигархов ждут уголовные дела (Фирташ — только первая ласточка) и тотальная реприватизация.

С Россией у нашего крупного капитала больше шансов сохранить бизнес (хотя и на совсем иных условиях, чем те, в которых он жил в Украине). Но, во-первых, в нынешних обстоятельствах переход на сторону Москвы означает автоматическую войну на уничтожение с киевским правительством. Во-вторых, придется распрощаться с активами на Западе, к чему наш бизнес не готов.

Скорее всего, олигархат расколется на несколько групп. Ряд влиятельных предпринимателей юга и востока примут сторону России (уже сейчас они активно помогают пророссийским движениям). Часть (такие как Игорь Коломойский) попытаются укрепить свои позиции, оказав максимум содействия новой власти. Но основные игроки — Ахметов, Фирташ и, возможно, Пинчук — скорее всего, вновь выберут «третий путь»: надавить на новую власть, чтобы она переформатировалась с учетом интересов юго-востока, закрепила нейтральный статус государства и объявила о начале процесса федерализации. При одновременном заключении мира с Россией. Но проблема в том, что политическая сила, которая могла бы давить на власть с этими требованиями и выставить своего кандидата в президенты, чтобы составить конкуренцию «кандидатам Майдана», отсутствует. Партия регионов до сих пор не пришла в себя после бегства Януковича. Сергея Тигипко поддерживают далеко не все «регионалы». Грубо говоря, у олигархов больше нет «шпаги», которой бы они сражались в политике. Они попытаются ее создать. Но если не получится — придется делать выбор между Россией и Западом с крайне высокими рисками для своего бизнеса.

ПРОТОКОЛЫ WIKILEAKS: ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ФИРТАША С ПОСЛОМ США О ТИМОШЕНКО И МОГИЛЕВИЧЕ

Украинский миллиардер Дмитрий Фирташ, известный как совладелец газового посредника «РосУкрЭнерго», попросил встречи с послом США 8 декабря 2008 года. Вместе с Фирташем на встречу пришли политический консультант и гражданин США Зев Фёрст и Андраш Кнопп, венгр, который является второй по значимости фигурой в РУЭ. Фирташ так и не пояснил, зачем конкретно ему нужна встреча, он также не высказал каких-либо просьб к послу, но в ходе разговора стало понятно, что он пытается использовать встречу, чтобы создать позитивный имидж для себя. Фёрст отметил, что он участвует в беседе в роли «друга и советчика» Фирташа, и в ходе встречи высказался в духе, что у правительства США в отношении Фирташа сложилось ошибочное мнение. Впрочем, в течение встречи Фирташ начал говорить об «ошибках, которые он мог допустить», но сменил тему после отмашки Фёрста.

Поддержка президента Ющенко…

В ходе встречи, которая продолжалась два с половиной часа, Фирташ сказал послу, что не был публичной персоной, но недавно погрузился в украинскую политику. Он признал, что «верно служил» в качестве неофициального советника президенту Ющенко в ходе напряженных газовых переговоров с Россией и политического кризиса, который разразился во время Оранжевой революции 2004 года. Он доложил, что встречался с Ющенко на его даче (в резиденции-коттедже. — прим. посла) трижды в течение последней недели по просьбе президента. Себя он описал как близкого друга и конфидента президента — человека, которому тот может доверять полностью. По его мнению, Ющенко допустил, вероятно, фатальную политическую ошибку в течение Оранжевой революции, которая заключается в том, что он и Тимошенко пропагандировали концепцию двух Украин: «оранжевой», более демократической, и «голубой», представленной Партией регионов, — и призвал сфокусироваться на достижении статус-кво. Он добавил, что подобную разобщенность как раз и стремилась культивировать Россия для контроля над Украиной. По мнению Фирташа, единственным способом объединить страну в течение текущего политического и экономического кризиса было создание коалиции между сторонниками президента и Партией регионов, чтобы остановить то, что он назвал «планами Тимошенко предложить России страну на серебряной тарелочке».

Примечание: вечером 9 декабря БЮТ, «Наша Украина — Народная самооборона» и Блок Литвина сформировали коалицию, сохранив Тимошенко при власти и сведя на нет надежды Фирташа на коалицию между сторонниками президента и Партией регионов.

…и презрение к Тимошенко

Фирташ описал Тимошенко как опытного олигарха, заключившего соглашения с Москвой, которые сделают Украину уязвимой для российских олигархов в будущем. Уточнив, что к этим действиям ни он, ни украинский миллиардер, сторонник Партии регионов Ринат Ахметов не могут оставаться безучастными. Прозвище Тимошенко «Газовая принцесса» Фирташ считает неправильным: он пояснил, что Тимошенко заработала большие деньги благодаря коррумпированной схеме взаиморасчетов за газ в 1990-е, но в газовом бизнесе она совсем не разбиралась. Он добавил, что Тимошенко скрыла свое состояние, инвестируя в недвижимость и деловую сферу Великобритании, чтобы создать ложное впечатление того, что она не задействована в бизнесе. Он был убежден, что ее ненависть к нему связана с упущенной возможностью создать свою собственную РУЭ в 2005 году — тогда Тимошенко в первый раз стала премьер-министром.

Фирташ утверждал, что, по его мнению, Россия всячески поддерживала коалицию БЮТ и Партии регионов и что таковая должна была возникнуть 7 декабря — оставалось только лидеру Партии регионов Виктору Януковичу подписать ее. Он заявил, что в последний момент нанес удар по коалиции, убедив Януковича в том, что альянс с Тимошенко не будет крепким. Фирташ напомнил, что 6 декабря Юлия Владимировна выступила с экрана почти каждого украинского телеканала и во многих газетах с рогнозом: коалиция будет подписана вечером 7 декабря. Фирташ выглядел удовлетворенным, когда рассказал об использовании своего телеканала «Интер» с целью показать интервью, в котором Янукович опроверг утверждение Тимошенко о реальности коалиции между Партией регионов и БЮТ. Отвечая на вопрос посла, работал ли он над срывом коалиции совместно с Ахметовым, Фирташ сказал, что они трудились отдельно, несмотря на одинаковые цели. Он заявил также, что он и Ахметов выступали за коалицию между сторонниками президента и Партией регионов. Фирташ утверждал, что при его посредничестве вечером 8 декабря должна была состояться встреча Януковича и Ющенко. Он не был уверен в том, что последние могли бы сформировать новую коалицию, но видел в ней единственный выход из продолжительного политического кризиса.

От скромных начинаний…

Фирташ описал себя как простого человека, который рос в городке Синьков Тернопольской области в Западной Украине. Он пояснил, что его начинания были очень скромными — отец был инструктором по вождению, а мать работала на сахарной фабрике. Добавил, что, поскольку оба родителя ненавидели коммунизм, они не пожелали воспользоваться ценными связями, которые помогли бы их сыну поступить в университет, что было мечтой его детства. Фирташ сказал, что разделял презрение родителей к Коммунистической партии, а присоединиться к молодежному движению комсомол он согласился лишь после того, как его заперли в парткоме на два дня без еды и воды. Фирташ рассказал послу, что участвовал в «оккупационных институтах» перед тем, как был призван в армию в 1986 году, и учился на пожарного после завершения службы. В 1991 году, когда распался Советский Союз, его родители опасались конца известного им мира, а сам он был озабочен выживанием в совершенно непредсказуемых условиях. Олигарх добавил, что, по собственным ощущениям, «жил между двух стран: одной — которая прекратилась, и другой — которая только начиналась». Он описал свое будущее как полную неизвестность, утверждая, что «существовал в стране без законов и налогов». Фирташ также охарактеризовал себя как «естественного бизнесмена» без университетского образования, у которого было чутье на бизнес-возможности и который мог извлечь выгоду из неопределенности.

Примечание: издание «Украинская правда» провело свое исследование жизни Фирташа и сообщило, что он был не особо образованным солдатом, но имел деловую хватку и использовал свои контакты, чтобы построить бизнес на поставках консервов и сухого молока в Узбекистан. По сообщениям прессы, первая супруга и деловой партнер Фирташа, Мария Калиновская, дала ему кредит после первой же крупной успешной операции. Впоследствии этот бизнес превратился в прибыльную консервную фабрику и транспортную компанию, зарегистрированную в Германии. Фирташ и Калиновская были женаты в 2002–2005 годах, после чего Калиновская, по некоторым данным, получила крупные отступные при разводе, несмотря на попытки экс-министра топлива и энергетики Юрия Бойко исказить истинные масштабы богатства Фирташа.

…к могущественному олигарху

Фирташ дал подробный отчет о том, как попал в газовый бизнес. Он объяснил, что его продовольственный и товарный бизнес в западноукраинских Черновцах, основанный вместе с женой Марией, носил название KMIL. Позже он был расширен до масштабов компании High Rock Holdings. Благодаря товарному бизнесу он встретился с некоторыми влиятельными бизнесменами из бывшего Советского Союза. Фирташ рассказал, что познакомился с украинским бизнесменом Игорем Бакаем в Туркменистане. Тот продавал автомобили в Ашхабад, но имел большие планы. По словам Фирташа, Бакай убедил его, что украинский президент Кравчук дал ему эксклюзивное разрешение приобретать туркменский газ для украинского рынка. Фирташ отметил, что успех Бакая подогрел его собственный интерес в газовом бизнесе.

Примечание: в 1993 году Бакай создал компанию «Республика», которую позже назвали «Интер-газом». Эта компания создала прецедент выгодной газовой торговли между Туркмениста-ном и Украиной. А в 1998–2001 годах Бакай станет первым председателем национальной компании «Нафтогаз».

Фирташ также описал газовый бизнес в середине 1990-х как особенно опасный. Он заявил, что тогдашний премьер-министр Павел Лазаренко нанял уголовников на государственные посты и использовал свою должность в коррупционных целях. Он добавил, что Тимошенко в то время возглавляла «Единые энергосистемы Украины», где и заработала свое состояние. Фирташ также отметил, что Лазаренко, его помощник Игорь Фишерман и Юлия Тимошенко завоевали и разделили газовый рынок Украины. Он утверждает, что Лазаренко заказал убийства донецкого губернатора Евгения Щербаня в 1996 году и главы компании «Итера» в Киеве — за то, что те не разделяли газовых мировоззрений Лазаренко.

Примечание: Игорь Фишерман был известен украинской прессе как правая рука Могилевича, который также был финансовым директором High Rock Holdings в конце 1990-х.

Другим подобным бизнесменом был Игорь Макаров, который основал газотранспортную компанию «Итера» в 1992 году и оставлял туркменский газ в бывшие советские республики. Фирташ утверждал, что Макаров нанял бывшего руководителя КГБ главой собственной службы безопасности, чтобы продвигать свою газотранспортную империю в Центральной Азии. Фирташ припомнил, что передал «Итере» продуктовые поставки через High Rock Holdings для натурального обмена на туркменский газ. Тогда Макаров заплатил Фирташу наличными с доходов, полученных от продажи газа. Но, по словам последнего, в 2001 году Макаров отказался заплатить ему $50 млн, что подвигло Фирташа к развитию собственного газотранспортного бизнеса и одновременному вытеснению Макарова с рынка. По его утверждению, он нанял венгерского бизнесмена Андраша Кноппа, чтобы вести переговоры по новым газовым сделкам с Казахстаном, Туркменией и Узбекистаном. А поскольку в этих центральноазиатских странах Фирташ имел хорошую репутацию, они согласились подписать контракты с его компанией EuroTransGas, разрушив тем самым бизнес Макарова. Он также вспомнил, как Макаров пригласил его на обед в январе 2002 года, вскоре после того как Фирташ подписал газовые договора в Центральной Азии. Он добавил, что на обед ехал, не зная, будет ли избит или даже убит за то, что отобрал бизнес Макарова. По словам Фирташа, на встрече присутствовали также глава службы безопасности Макарова Семен Могилевич, Сергей Михась из Солнцевской группировки и мистер Оверин. Макаров сказал Фирташу, что вернет себе газовый бизнес так же просто, как тот его отнял. Фирташ ушел с этой встречи живым, доказав тем самым, что способен сохранить свой газовый бизнес и репутацию. По его словам, в 2002 году ETG была единственной компанией-поставщиком туркменского газа в Украину.

Будущее «РосУкрЭнерго»

В ответ на вопрос об обещании Тимошенко избавиться от РУЭ Фирташ провел связь между Тимошенко и Россией. Он утверждал, что премьер-министр искала российской поддержки в процессе устранения РУЭ и пошла на уступки России, чтобы добиться этой цели. Он особо подчеркнул молчание Юлии Владимировны во время августовских событий в Грузии (война в Осетии. — «Репортер»), явный уход от темы голодомора и перспектив Черноморского флота РФ в Крыму — как примеры политических уступок, на которые она шла ради Москвы.

Фирташ отметил, что россияне простили ей $600 млн долга, оставшегося от предыдущего газового бизнеса, которые можно было использовать для давления, чтобы добиться от нее уступок. Если бы Москва действительно хотела избавиться от РУЭ, добавил он, Тимошенко могла бы легко добиться этого, будучи у руля. Отвечая на вопрос посла, Фирташ заявил, что текущий газовый долг Украины перед РУЭ достигал $3 млрд, добавив, что это — прямой долг перед РУЭ, а не перед «Газпромом». По его мнению, Украина могла бы отдать долг газом, поскольку у нее не было достаточной суммы для немедленной выплаты. Он добавил, что, согласно договору РУЭ с «Газпромом», любые поставки газа РУЭ должны быть подтверждены двумя подписями на документе о передаче газа: одной — со стороны «Газпрома», другой — от РУЭ (Фирташа). Он считал, что неподписанный документ о передаче газа означает и отсутствие документального свидетельства передачи газа РУЭ или Украине. Тем самым «Газпром» теряет возможность требовать оплаты со стороны РУЭ, сохраняя посредника в газовых схемах на некоторое время. Он подсчитал, что для выплаты газового долга Украина должна была бы передать РУЭ 12 млрд кубометров газа. Это можно было бы сделать путем перемещения украинского газа в хранилища РУЭ, доведя количество газа, принадлежащего компании, до 23,5 млрд кубометров, — в хранилищах уже находилось 11,5 млрд кубометров (максимальная возможность хранилищ — 34 млрд кубометров газа). Газ нормально транспортировался бы в Европу по рыночным ценам, что, несмотря на мировую тенденцию к снижению цен на газ, было бы весьма прибыльным делом. Фирташ намекнул, что, если бы РУЭ удалось устранить с одобрения России, Украина, скорее всего, попыталась бы захватить или украсть весь газ РУЭ, который находился в хранилищах.

Связи с российской организованной преступностью

Посол попросил Фирташа рассказать о его предполагаемых связях с боссами российской оргпреступности, в частности Семеном Могилевичем. Фирташ ответил, что Запад не понимает, на что была похожа Украина после распада Советского Союза, прибавив, что, когда правительство не может управлять эффективно, страной правят «законы улицы». Он отметил, что в то время невозможно было любое общение с правительственными чиновниками без одновременной встречи с представителями преступных группировок. Фирташ признал, что он нуждался в разрешении от Могилевича, когда начинал работу по различным предприятиям, и получил его. Но опроверг наличие крепких связей. Суть заявления Фирташа в том, что он не отрицал связей с людьми, втянутыми в преступную деятельность, скорее наоборот: утверждал, что вынужден был связаться с людьми вроде Семена Могилевича, иначе никогда не смог бы выстроить свой бизнес. Если ему необходимо было разрешение от правительства например, то непременно потребовалось бы разрешение от соответствующего «бизнесмена», который работал с чиновником, выдающим документ. Он также заявил, что хоть и знает некоторых бизнесменов, связанных с оргпреступностью, включая членов бандформирования «Солнцевское», но не был причастен к их незаконным сделкам. Фирташ поддержал тезис о том, что эра «законов улицы» прошла и теперь украинский бизнес может работать легально. Он подчеркнул важность политического объединения Украины с целью уменьшения влияния российских преступных элементов на украинский бизнес.