На вопрос, готовы ли идти на фронт, мужики отшучиваются: мол, «баба моя пойдет — добровольцем». В возможность войны никто в стране всерьез не верит, но военкоматы работают круглосуточно и семь дней в неделю

В пятницу днем у военкомата на Командарма Каменева в Киеве людей практически нет. Только у входа переминается с ноги на ногу невысокий худощавый сержант в штатском. Его сюда вызвали на три дня, и вот уже четвертые сутки он на посту.

— Куда? — останавливает дежурный патлатого мужика в косухе.

— В армию.

— Служили?

— Откосил, — улыбается. — Вы же знаете, в каком состоянии была наша армия.

— А сейчас она другая? — сухо уточняет сержант.

— Сейчас ситуация другая.

Доброволец представляется Богданом. Внешне похожий на байкера, тем более приехал сюда на мотоцикле, но на поверку он оказывается мирным создателем сайта о еде и коктейлях.

— Не терпится воевать? — говорю.

— А что делать? — разводит руками.

— Но вы же не знаете, что такое война.

— После 18-го я знаю, что такое смерть, — огрызается.

Аэромобильная бригада

Когда доброволец скрывается за дверью, сержант продолжает настаивать, что отпор врагу надо было давать с ходу, ибо не было в истории случая, чтобы без единого выстрела захватывали такие территории. Признается, что «москалей никогда не любил».

— Какие они нам братья, если всю жизнь не давали подняться с колен? Одна цена на газ чего стоит!

И, наконец, смутно намекает на какую-то опасность.

— Вы не представляете, что было сегодня ночью. Ситуация очень изменилась.

— Но войны-то быть не может.

— Поверьте, — раздражается, — она уже очень близко.

Военкоматы, и правда, засуетились. Работают круглосуточно и без выходных.

— Мне вот в пятницу вечером позвонили. Так и так, говорят, в субботу к 7 утра прибыть в военкомат, — рассказывает офицер запаса Александр П. — Ну, пришел. Объяснили, что формируется где-то на базе под Черниговом часть. «Вы, говорят, включены в команду». — «В какую?» — «Аэромобильная бригада». — «Ну, здрасьте. Это ж десантники. А я штурман». — «Как же быть?» В общем, дали мне мобилизационное предписание. Смысл такой: если что-то начнется, в течение шести часов прибыть на определенную точку. Зачем — они и сами толком не знают. Но если я правильно понял, есть вроде идея привлечь офицеров, которые еще что-то могут, к патрулированию и фильтрации. На случай если казачков засылать будут. При мне, кстати, двоих офицеров туда отправили.

По 150 раз меняют команды

Беглый опрос призывников показал, что серьезно в угрозу войны никто не верит. Только матери и жены переживают.

— Куда их везут? — переговариваются между собой несколько женщин у стен военкомата.

— Да никто не знает!

— А в военкомате что?

— Да ничего, — отмахивается. — Начальство по 150 раз в день меняет команды.

— В Белую Церковь везут, на учения, — выходит к ним молодой русый парень, из тех, кого уже «забрили». — Говорят, если ситуация не усугубится, через 45 дней отпустят.

Впрочем, она, видимо, усугубляется: еще недавно учения длились всего 10 дней.

Если все будут по баням прятаться

Мобилизация добралась и до села. На вопрос, готовы ли идти в армию, мужики с присущим нашему народу хитрованством отвечают: «Баба моя піде. Добровольцем». Шутят, что в Национальную гвардию «поназбирали шоблу, якій би тільки від жінки збіжать». И даже иронизируют, мол, раз война — значит, того и гляди, генералов с адмиралами разведется, дач себе понастроят…

Владимир Андрианов может и из «макарова» стрелять, и из карабина. Но его на учения не позвали

Хотя в действительности селянам не до смеху. Небольшая Лычанка неподалеку от столицы, кажется, поникла от известия о мобилизации. Заслышав о повестках, местные мнутся и отводят глаза. 10-го числа, говорят, 40 мужиков из села забрали.

— А нам что делать? — серчают жены. — Вы видели, что в стране творится? Повсюду люди с автоматами ходят и что-то захватывают! Нас кто защитит?

Впрочем, всех «призывников» вскоре отправили по домам, кроме одного. Только нервы местным потрепали: некоторых мужиков по три раза вызывали в военкомат и отпускали с богом.

— Меня первый раз вообще на девять вечера вызвали и в час ночи отпустили, — безразлично сообщает Владимир Андрианов, словно и не о нем идет речь.

На фронт его вовсе не тянет — «трое малых детей». Но и в кустах отсиживаться не намерен. 10 лет проработал в военизированной охране. Может и карабин в руки взять, и пистолет Макарова.

— А что думаете, война будет?

— Я не политик, — пожимает плечами. — Мне надо сеять и копать.

Рассуждать о политике и стратегии лычанские мужики не любят. Здесь все по-деревенски просто: призвали — пошел. «А иначе как, если все будут по баням прятаться…»

Недавно в Сети появилось видео, как на Половецком полигоне в Киевской области бойцы возмущаются, что их не отпускают на гражданку. Мол, в военкомате говорили, что «на 10 дней», а когда пришло время расходиться, за ворота не пустили. Сказали, есть секретное распоряжение муштровать их еще 45 дней. А ведь у них семьи, работа, кредиты…

Та же проблема обнаружилась и в некоторых частях Житомирской области.

Впрочем, многие воспринимают эту историю без претензий. Олег из Лычанки «оттрубил» в Семиполках за Броварами уже 10 дней и сегодня вечером (в минувшую субботу. — «Репортер») должен вернуться в часть еще на полтора месяца.

Олег из села Лычанка уже оттрубил в армии первую 10-дневку и теперь «мотает срок» в 45 дней

— Кормят нормально. Техника, солярка — все есть, — рапортует. — Ну, что делаем? Вспоминаем навыки. Я ж связист.

— А дальше куда?

— Та никто ничего не знает.

— А если война?

— Ну, связь — это тыловики. Если и отправят — мы на линии фронта не будем.

Цирк вывозил из Севастополя

В соседнем селе Шпитьки для наглядности даже развесили объявления о том, что за уклонение от воинской повинности грозит срок до пяти лет. И сообщили о четырех волнах мобилизации. На первом этапе обещают призвать добровольцев, офицеров и сержантов запаса не старше 45 лет. В основном связистов, разведчиков, ракетчиков и артиллеристов.

На втором, при необходимости, позовут офицеров и сержантов всех военных специальностей.

Третья волна наступит, только если начнутся бои. Тогда уже воевать придется ребятам призывного возраста, тем, у кого нет «белого билета», и даже женщинам-военнообязанным, кому нет 50.

Ну и если война, «на фронт идут все, кто может держать в руках оружие или подносить патроны», гласит объявление.

Украину пока что «накрыла» только первая волна. В село Шпитьки на 7 тысяч жителей пришло 12 повесток, а на учения забрали одного Максима Кохана — 30-летнего водителя, сержанта запаса.

Кохан — парень суровый. Это вам каждый скажет. На руках кресты наколоты, на плече — татуировка DESNA. Для армии такие находка: сидит, улыбается, а двух слов из него не вытащишь.

Впрочем, знакомые в милиции Киевской области говорят, что это уже контрразведка постаралась — запретила призывникам распространяться о деталях.

Отставной сержант Максим Кохан в военкомат пошел потому, что «а куда я денусь?», за уклонение — от трех до пяти лет

Вот Кохан — оператор-наводчик.

— А что, — спрашиваю, — в части и орудие есть?

— Все!

— И солярка, и патроны имеются?

— Все!

— Да что все!? — раздражаюсь. — Из танка стреляли?

— Все! — смеется.

— Ладно, вы на учения-то идти хотели?

— У меня выбора не было.

— Ну, всегда можно спрятаться в бане.

— От двух до пяти лет.

— Ну, так могут и не найти.

— Найду-у-ут, — утвердительно качает головой.

— А на войну пойдете?

— У меня выбора нет.

И так на все вопросы.

Шутки шутками, а из некоторых сел ребят уже призывают в горячие точки. Женщина из села Колонщина сетовала, что сына уж три недели как мобилизовали водителем.

— Он цирк вывозил из Севастополя в Херсон, а оттуда в Киев, — объясняет. — Ну, цирк там был на гастролях.

«Стрелять я и так умею»

— Точно цирк, — смеется водитель Олег. — Мне вот тоже повестку принесли, но я их послал. Говорю, вы армию просрали, а я иди? «Ну как же так, — стыдят. — Ведь опасность». — «Вот когда, б…дь, реальная опасность будет, тогда я пойду. А так — на х…р надо». На днях звонили, в Национальную гвардию звали за 1 500 грн. «Вы че, говорю, с дуба упали?» — «Ну, потом больше будет». — «На 200 грн?» И вообще, что туда уже лезть? Все равно мы Крым просрали. Сейчас надо людей оттуда вывозить, а не туда везти. У меня, кстати, в Симеизе друг отели держит. Звоню ему. «Что делаешь?» — говорю. — «Сижу, смотрю на море. В отеле никого нет. Хотя обычно в такое время уже забито». Он в Россию не хочет. За собственность боится. «Что делать будешь?» — спрашиваю. — «Вон автомат в углу стоит. Буду защищаться до последнего». У меня самого квартира однокомнатная в Симеизе. Даже не знаю, что с ней будет.

Пока мы едем в Киев, Олег рассказывает, что родился в семье военных. Отец-спецназовец все горячие точки объездил, дед до Берлина дошел, брат в армии снайпером был, а сам он — сержант запаса.

— Вот военные в Крыму правильно говорят, Киев их бросил, — рассуждает сержант. — Закройте границы, не пускайте военных из России. А то сидят, пальцем в носу ковыряются. Даже дурень Янукович уже придумал бы что-нибудь, если бы к нему какие-то гоблины на территорию ломились. Может, власть нас просто сливает? Может, Путин им за это что-то обещал? Мы же понимаем: Крым — это он на зуб пробует. А затем пойдет дальше. Оттяпает Херсонскую область. А вообще я пять лет возил депутата. И я этого нахлебался — во, — проводит рукой по горлу. — Они в эфире друг другу чуть морды не бьют, а вечером водку пьют вместе. Я с тех пор на выборы не хожу. А за кого голосовать? Кролик — баран, боится принять решение. Кличко — спортсмен. Кстати, где он всю прошлую неделю был, что он по Крыму умного сказал? А если Тимошенко придет — вообще будет ж…а.

Олег рассуждает о политике в духе нигилизма, с которым в последнее время о ней говорят все. Ту же мысль мне высказывал у военкомата доброволец Богдан: «Кличко — тупой, Яценюк — и нашим, и вашим, „Сволота“ слилась. Ярош не хочет в ЕС и НАТО, так зачем нам Ярош? А маму мы больше не потерпим. Только от папы избавились».

— Нет, ты не подумай, — как бы оправдывается Олег, — я в Россию не хочу. Как только объявят полную мобилизацию — сразу пойду воевать. А эта частичная — она мне на фиг не нужна. Я стрелять и так умею.

— Думаете, до войны дойдет?

— Та дай бог, чтобы до конца года страна сохранилась.

— Печальный прогноз.

— Вы ж видите, что Путину наплевать на все санкции. А армии нет.

— А если Путин оттяпает все, аж до Киева?

— На Западную Украину поеду, а что?

Призывники возмущаются тем, что «армию просрали». На фото — бывшая воинская часть в Киевской области

«Меня в армию? Шутишь? Я уже в Черногории буду»

На юго-востоке настроения относительно мобилизации иные, чем в центре и на западе страны.

— В Одессе ситуация 50 на 50, — рассказывает местный житель Александр С. — Ребята, которые выросли уже в независимой Украине, готовы воевать. Те, кто постарше, говорят, что у них жены, дети, поэтому, если придут русские, будут жить и при русских. К призыву люди тоже по-разному относятся. Скажем, у моего знакомого забрали племянника в механизированную дивизию в Чабанке, и они сейчас обхаживают медкомиссии, чтобы его оттуда вызволить. А у другого забрали сына. Там семья очень патриотично настроена, но условиями службы они недовольны. Сын жалуется, что бойцы живут в ужасных условиях и кормят их кое-как.

Напомним, в интернет даже попало видео, как жены и матери призывников штурмуют КПП воинской части в Николаеве. Многие плакали, кричали, требовали не задерживать мужчин на 45 дней, говорили, что не хотят воевать за Крым. Из толпы слышны были возгласы типа: «Где там кулявлоб? Где Сеня Кролик?»

Хотя многие ребята в военкоматы приходят сознательно.

— Вот мы как раз сейчас едем из Запорожья в десантную часть в Николаевской области, — «отрапортовал» 32-летний Анатолий Д. — Повестка пришла в 5 часов вечера, а на следующий день в 7 утра мы уже отправились в дорогу. Из 100 человек половина вообще добровольцы.

Впрочем, некоторые к процессу относятся несерьезно.

— Меня в армию? Шутишь? Я к этому времени уже в Черногории буду, — отшутился знакомый бизнесмен из Днепропетровска. — Крым нам, конечно, уже не отдадут. Но насчет всего остального Юля договорится. Так что расслабься, воевать с Россией нам не придется.