Новый Скотленд-Ярд, London Metropolitan Police

Victim Care Card (Карточка заботы о жертве), «которую необходимо выдать жертве на начальном этапе расследования преступления»

Номер преступления/инцидента: 10322 6508725/14

Выдана констеблем Петером Лезаицем

Офицер должен обсудить с вами следующие пункты и отметить их

Объяснить его/ее роль в начальном расследовании вашего дела

Неладное я заподозрил сразу, как только мы вошли в наш номер B15 на втором этаже Paddington Hotel в самом центре Лондона. На убранной кровати валялась широкая шоколадного цвета доска. Шкаф открыт, вещи и одежда разбросаны по полу, дверь на балкон распахнута, занавески болтаются на вечернем сквозняке. Твою мать! Бросаюсь к шкафу — маленького сейфа нет: кто-то вырвал полку, к которому он был прикручен, из шкафа, кинул на кровать, выдрал сейф из дерева и скрылся. Время 23:15, нас с моей девушкой весь день не было в городе — мы ездили праздновать ее день рождения в Брайтон, на море.

Бежим вниз на ресепшен. Консьерж-эми­грант делает вид, что плохо говорит по-анг­лийски:

— Аграбили? Что аграбили? Полиция нада вызывать? Я звонить менеджеру.

Пришлось повысить голос, чтобы он наконец набрал 999 и после короткого разговора с полицейским диспетчером передал трубку мне.

— Алле! Что у вас случилось? — спросил бесполый спокойный голос.

— У нас ограбили номер, украли сейф со всеми ценными вещами! Паспорта, деньги, ключи.

— Понятно, — спокойно продолжил диспетчер. — Сообщите адрес и название отеля, кто-нибудь приедет к вам в течение часа.

Должен узнать у вас, в опасности ли вы, и посоветовать обратиться в службу поддержки жертв

Полицейские приехали минут через двадцать. За это время я успел выкурить несколько сигарет и дважды подняться в номер — еще раз посмотреть, что именно пропало. В исчезнувшем сейфе лежали деньги, паспорта, мой второй телефон, ключи от квартиры, пресс-карты, пропуски, рабочий диктофон с недавним 2,5-часовым интервью. Заодно грабители прихватили пуховик моей девушки и наш чемодан — по всей видимости, чтобы удобнее было выносить украденный сейф. Больше ничего не пропало — номер выглядел так, будто никуда, кроме шкафа, даже не стали заглядывать. iPad и клавиатуру не украли — утром мне было лень запихивать их в маленький сейф, и я положил их рядом на полку, под стопку одежды и белья. Их просто не заметили.

На вызов приехали два констебля, мужчина и женщина: добродушный сербский эмигрант во втором поколении Петер Лезаиц — высокий, крепкий, коротко бритый, но при всей своей брутальности стеснительный, и немолодая женщина, похожая на типичную европейскую домохозяйку: седые волосы, собранные в пучок, крупные очки, добрая улыбка.

— Это Лондон, — прогундосил констебль Лезаиц, пока все мы вместе с консьержем поднимались в номер B15. — Здесь такое часто происходит, к сожалению.

— Прямо «Карты, деньги, два ствола», — невесело пошутил я.

— Да! Только без развлечений!

Осмотр занял минуты три, еще минут тридцать констебль заполнял протокол. Моя расстроенная девушка уселась на диван и вслух размышляла, как это могло произойти; консьерж все это время неприятно лыбился в углу комнаты; домохозяйка-коп сказала, что на окнах очень плохие защелки, и ушла проверять наличие камер, а я сел на пол. Констебль Лезаиц с железным планшетом-ящиком наперевес посмотрел на меня и тоже сел на пол.

— Я должен вам сказать, что еще ни разу за свою карьеру не сталкивался с тем, чтобы из гостиницы крали сейф. Никогда такого не видел, — качал головой полицейский, проставляя галочки в тоненьком картонном буклетике «Карточка жертвы». — Мы все внимательно изучим — может, в действиях грабителя есть какие-то типичные черты, может быть, кто-нибудь из его банды нам уже попадался.

Полицейский достал маленький блокнотик и стал в нем чиркать наши имена, домашний адрес, контактные e-mail, что именно лежало в сейфе и сколько это стоило.

На мой вопрос, могла ли это быть кража по наводке, скажем, сотрудников отеля, констебль не отреагировал, зато очень воодушевился, когда узнал, что я журналист: «О! Это, должно быть, опасная работа у вас в стране!»

Когда же дошло до даты рождения моей девушки, и он понял, что сегодня как раз ее день рождения, в очередной раз печально покачав головой, сказал:

— Сречан роджендан!

Это «с днем рождения» по-сербски.

Узнать, становились ли вы жертвой преступ­лений раньше

Большую часть времени полицейские потратили на объяснение, что скоро они уедут и ночью вышлют на e-mail номер заведенного дела, чтобы его можно было показать в посольстве, когда мы будем получать временные документы. Потом добавили: есть вероятность, что наши документы сбросят где-то рядом, но она маленькая — скорее всего, сейф унесли в укромное место, чтобы вскрыть, поэтому искать документы в округе смысла нет.

Коп-домохозяйка, вернувшись с осмотра, сообщила, что видеокамеры есть и в гостинице, и на соседнем доме:

— Пожалуйста, — вежливо обратилась она к лыбящемуся консьержу, — когда у вас будет время, если оно у вас будет, если вам будет несложно, посмотрите, пожалуйста, записи ваших камер. Они же цветные у вас? Посмотрите, пожалуйста, не выходил ли кто с их ярко-фиолетовым чемоданом. Спасибо!

Констебль же потребовал, чтобы нам выдали новый номер, а в B15 попросил ничего не трогать и не двигать, потому что позже ночью приедет криминальный детектив снимать отпечатки пальцев.

— Мы сдавали отпечатки пальцев в вашем посольстве, — попробовали возразить мы.

— Нет! — женщина-коп посмотрела на меня как на полного идиота. — То было в вашей стране, мы к этому никакого отношения не имеем.

— Да нет же, мы в посольстве Великобритании сдавали отпечатки пальцев. И на вашей границе, кстати, тоже.

— Да?! — удивилась женщина-коп. — Разве? Ничего себе. Но мы все равно не можем их получить.

Полицейские вдруг дружно запели ка-кую-то песенку, что-то про «Лондон трам-пам-пам».

Рассказать о способах предотвратить преступление

Перед отъездом констебли еще раз переспросили, поняли ли мы информацию про рапорт, который будет выслан на почту, и вручили нам «Карточку жертвы».

— Послушайте, мы вот сейчас подумали и поняли, что мы все-таки точно закрывали балкон, когда уезжали, — сказал я. — Но каждый вечер, когда мы возвращаемся, окна всегда приоткрыты. Может, их уборщица открывает, чтобы проветрить? Или это делал кто-то специально?

На этот раз — ура! — добродушный констебль Лезаиц прислушался и со словами «пойду скажу об этом на ресепшен» ушел. Вернувшись через минуту, он пожелал нам удачи, еще раз сочувственно покачал головой и сказал, что его смена длится два дня: мол, пишите письма — отвечу.

Рассказать, что будет дальше с расследованием

Через полтора-два бессонных часа приехал детектив — молоденькая девушка с пухлой сумкой через плечо. Сумка буквально трещала по швам от бумажек и папок, вытащить из нее что-либо можно было только титаническим трудом. Нас попросили пройти на кухню — сдать отпечатки пальцев. Консьерж, который после отъезда полиции жаловался, что не знает, как смотреть записи камер наблюдения, тоже присутствовал.

— Ребята, в общем, я сняла отпечатки пальцев в вашем номере! — радостно начала детектив. — Есть очень хорошие следы с оконной рамы. Но, ясное дело, следов там много, и ваших тоже, поэтому мне надо взять ваши отпечатки для Скотленд-Ярда, чтобы сравнить. Потом чужие отпечатки мы загрузим в нашу базу и проверим — может быть, грабители у нас уже проходили.

— Но ведь надо быть полным идиотом, чтобы лезть на преступление без перчаток, нет? — спросил я.

— Да! Но с другой стороны, надо быть еще большим идиотом, чтобы становиться грабителем. На свете ведь столько хороших профессий!

Из своей пухлой сумки детектив достала две расчерченные бумажки и черную липкую чернильную ленту. Пришлось отпечатать палец за пальцем, потом все пальцы, потом ладони целиком. Чернила смывали в три захода с помощью средства для мытья посуды.

— А почему у вас не модная аппаратура, цифровая, как в посольстве и на границе, а олдскульная технология?

Детектив на это лишь хихикнула, сказала, что так полагается, другой техники нет. И добавила, что мне, в отличие от моей девушки, вором лучше не становиться: слишком уж четкие отпечатки.

Далее в «Карточке жертвы» следует схема дальнейшей работы.

Схема простая: начальное расследование —> преступление заносится в полицейскую базу данных —> преступление изучено и ему присвоен номер. Затем схема раздваивается.

Первый вариант: расследование передается офицеру-следователю для дальнейшей работы. Второй: дело закрывается до получения новой информации.

1. Расследование ведется

На следующее утро мы познакомились с жильцами квартир, окна которых выходили в наш двор. Пожилой китаец и молодой британец мирно ковырялись в машине и с большим энтузиазмом дали нам показания. Китаец рассказал, что ночью, около одиннадцати, то есть за 15 минут до нашего возвращения в номер, услышал громкий звук и подумал, что хлопнула гаражная дверь. Выглянул в окно — ничего не увидел. Позже его жена сказала, что тоже услышала вечером звук и посмотрела из окна на втором этаже, но в темноте ничего не увидела. А сосед китайца заметил, что теперь, мол, понятно, почему столик их соседей наутро оказался перенесенным к двухметровой стене под нашим балконом.

— Смотрите, грабители даже трубу здесь оторвали, — показал он на стену. — Они влезли на стол, зацепились за трубу, потом прошлись по этой стене, залезли на крышу, а с нее на балкон.

Потом они, видимо, завернули вырванный сейф в пуховик, засунули в чемодан, сбро­сили его с балкона (этот-то звук и услышал китаец) и спокойно ушли, чуть-чуть разминувшись с нами. Соседи показали, что видеокамеры висят как раз через дорогу, прямо напротив арки.

— Обязательно сходите в полицейский участок, здесь рядом, расскажите им все, я готов дать официальные показания, — попросил китаец. — У нас здесь часто воруют. Вот и соседей недавно ограбили: двери в наших квартирах слабые, грабители просто выбили ее ногой и вынесли все… А вообще, знаете, у нас в Китае говорят: если потерял что-то ценное, значит, скоро получишь что-то еще более ценное.

Но новая консьержка, заступившая на смену утром, сказала, что никак не может связать нас с менеджером гостиницы, потому что та уехала из Лондона и неизвестно когда вернется. И добавила, что им тоже очень грустно из-за ограбления: у них теперь сломан шкаф. Записи гостиничных видеокамер так и остались неотсмотренными — никто не умел ими пользоваться.

2. Расследование закрывается

В полицейском участке Paddington Green Station дежурный, сидящий в стеклянном аквариуме, общался с двумя туристами из Индии. У них тоже случилась какая-то беда. Дежурный силился понять, какая именно, но безрезультатно. Когда индусы ушли, он медленно выдохнул. Нам он выразил свое сожаление и попытался подбодрить:

— Знаете, вчера ночью в вашем районе еще одну гостиницу ограбили. Так что вы не одни такие!

Сообщения о соседе-китайце, камерах и крепнущих подозрениях, что сейф украли по наводке, он записывать не стал: «Сэр, расследование ведет London Metropolitan Police, и они все обязательно проверят. Повлиять на отель вы тоже никак не сможете — единственное, что можно сделать, это написать злой отзыв на Booking.com».

Тогда в полном соответствии с инструкцией нашей «Карточки жертвы» мы написали на e-mail констебля Петера Лезаица. В письме мы упомянули кучу дополнительных деталей, включая тот факт, что сотрудники отеля точно знали, что нам нужен сейф, потому что, въезжая, я несколько раз попросил от него ключи.

Констебль не ответил. К соседям полиция тоже не обратилась.

Через два дня после ограбления, когда в отеле нас уже прозвали B15, приехала наконец менеджер Марианна и быстро объяснила, что, во-первых, она не знает, как смот­реть записи с камер; во-вторых, за сейф и вещи в нем гостиница никакой ответственности не несет, что бы там ни говорило законодательство («Сами подумайте: ведь точно так же ваши вещи могли украсть с кровати или с пола!»); в-третьих, вернуть деньги она нам может только за последние два дня, ведь до этого все было хорошо; в-четвертых, полицейские на ее звонки тоже не отвечают; в-пятых, грустная все-таки история, шкаф вот сломали опять же; в-шестых, она поговорила с горничными, и они точно не открывали окна; в-седьмых, нет, тот факт, что в комнате B15, в которую уже кто-то въехал, средь бела дня опять открыты окна, не очень интересен, ничего необычного; в-восьмых, плохие отзывы на Booking.com не помогут, их все равно никто не читает.

Самым удивительным во всей этой дурацкой истории было то, что получение временных документов, чтобы вернуться домой, оказалось самым простым делом. Историю с сейфом сотрудница посольства прокомментировала лаконично: «Прикольно».

В аэропорту девушка на границе очень долго рассматривала так называемое свидетельство о возвращении в страну и наконец спросила:

— Что это такое?

— У нас украли сейф с документами, деньгами, ключами и паспортами. Вот такие у нас теперь документы.

— Круто. Это в Лондоне случилось? Я думала, такое только у нас бывает.

Наши обязательства перед жертвой преступления:

• каждое преступление будет расследовано по стандартам, указанным в этой карточке;

• дальнейшая помощь доступна через благотворительную организацию Victim Support,
она поможет вам справиться с произошедшим;

• вас оповестят о ходе расследования в течение 5 дней;

• горячая линия: 0845 30 30 9000.