Проблемы на юго-востоке являются на самом деле лишь частным случаем общего кризиса украинской государственности в том виде, в котором она сложилась за последние 23 года. Экономика погружается в глубочайший кризис, денег в стране нет, потерян Крым, с Россией отношения находятся на предвоенной стадии. Но главная проблема в том, что все нынешние представители украинской элиты, включая кандидатов в президенты, пытаются воспроизвести прежние модели управления, заменив лишь людей на вершине властной пирамиды и общеполитический антураж. Поэтому, скорее всего, после президентских выборов кризис не закончится и стабилизация не наступит. Рассмотрим основные сценарии

Вперед к Ющенко: олигархический ренессанс

Майдан стоял против засилья олигархов, но не прошло и месяца со дня его победы, как олигархат усилиями провластной пропаганды стал восприниматься чуть ли не как основа украинской государственности, а сами олигархи — как джедаи, выступившие в трудный для страны час на борьбу с российской агрессией.

Экономическая политика новой власти также указывает на то, что именно крупный бизнес может оказаться едва ли не основным бенефициаром победы революции. Одно из подтверждений этого — отсрочено на неопределенное время вступление в силу закона о трансфертном ценообразовании, который должен был основательно потрясти заначки олигархов. «Непопулярные меры», предпринимаемые правительством, лишь изредка касаются олигархата (например, повышение сбора с железной руды) и даже в таком случае являются не системной политикой, а отголосками внутривидовой межолигархической борьбы.

Наконец, олигархи быстро встроились в новую политическую реальность и успешно ставят ее под свой контроль. Так, группа Фирташа — Левочкина ведет на выборы сразу двух рейтинговых кандидатов — Петра Порошенко и Сергея Тигипко.

Губернатор Днепропетровской области Игорь Коломойский стал чуть ли не культовой фигурой для майдановцев и имеет очень большое влияние на правительство Арсения Яценюка, решая всевозможные вопросы.

Ринат Ахметов весь март был весьма загадочной фигурой, очень неопределенно комментирующей происходящее в стране. Некоторые даже посчитали, что он ведет игру в пользу России. К концу марта его позиция прояснилась. Он взял под контроль Партию регионов, которая будет играть роль «официальной оппозиции» режиму и канализировать протестные настроения на юго-востоке. Судя по пиар-кампании, которая сейчас ведется в СМИ против Ахметова, вопрос о его «вписывании» в новую систему власти еще открыт (есть много желающих раскулачить), но позиции его достаточно сильны.

В идеале олигархат хотел бы вернуть ситуацию ко временам Виктора Ющенко, когда в стране шла бесконечная политическая борьба всех против всех, а олигархи в это время укрепляли свое влияние и благосостояние. В политическом измерении после выборов реализация такой стратегии будет означать сохранение ныне действующей Конституции либо переход к полноценной парламентской республике с минимальными полномочиями президента.

Препятствием для реализации этого плана является очень банальная причина — в стране нет денег. Наслаждаться разгулом демократии и бесконечной политической борьбой, одновременно распределяя в пользу олигархата ресурсы государства, можно было в 2005–2008 годах, когда цены на металл были запредельными, а доступ к кредитным ресурсам зарубежных банков — неограниченным. В нынешних условиях приближающегося экономического коллапса и тяжелейших отношений с Россией это непозволительная роскошь. Наоборот, средства олигархов являются главным объектом для затыкания дыр в бюджете. Поэтому нельзя исключать, что после выборов сложится совсем иной пасьянс, чем тот, на который рассчитывают олигархи.

Вперед к Януковичу: новая Семья

Вспомним 2010 год. Виктор Янукович только-только стал президентом. Именитые политологи запасались попкорном. «Янукович купил билет на войну с Юлей», — писали они, подразумевая, что по тогдашней Конституции у премьера (Юлии Тимошенко) было куда больше власти, чем у главы государства. Но все произошло неожиданно быстро. Янукович легко переформатировал большинство и организовал свой Кабмин, восстановив таким образом единую вертикаль власти. Скорость перемен шокировала многих, но была вполне объяснима: к тому времени украинская экономика была обескровлена жесточайшим кризисом, и у всей элиты — и у олигархов, и у чиновников — была потребность прекратить междоусобную борьбу и создать единый центр принятия решений по «разруливанию» вопросов.

Собственно, Виктору Федоровичу и делегировали полномочия по распределению между всеми «участниками банкета» охотничьих угодий. Впрочем, так как их площадь во время кризиса сократилась, то достались они далеко не всем. Некоторых «отжали», кого-то посадили, кто-то сбежал из страны, но большинство влиятельных людей остались при своем и даже приумножили свое богатство. Но более всего выиграл сам президент и его Семья. Вопреки расхожему мнению, коррупции во времена Януковича было не больше, чем в предыдущие годы, она просто стала централизованной и доступной не всем. Под конец правления четвертого президента возникли целые сферы, где за деньги решить было ничего нельзя — только по звонку. Даже возможности олигархов лоббировать необходимые решения серьезно сократились — Семья поставила под свой контроль правительство и создала собственную бизнес-империю. Более того, от крупного бизнеса требовали все больше платежей в бюджет.

До поры до времени олигархат это терпел, так как все-таки ему жить давали, а в стране поддерживалась стабильность. Кроме того, была еще одна важная причина терпения: Янукович воспринимался как человек, который, в отличие от Ющенко, мог поддерживать баланс отношений с Россией и с Западом, что также было принципиально важно для олигархов.

Правда, эта вера поколебалась в 2013 году, когда на фоне стремления Украины подписать Соглашение об ассоциации с ЕС резко ухудшились отношения с Россией. Виктор Янукович, играя на грани фола, сумел совершить невероятный кульбит — пришел к соглашению с Владимиром Путиным о том, что разменяет отказ от ассоциации с ЕС на очень крупный кредит и скидку на газ, причем без каких-либо условий со стороны Москвы (от нас никто не требовал даже вступать в Таможенный союз или приватизировать газотранспортную систему).

Это могло бы стать настоящим триумфом для Януковича. Он сумел договориться об очень выгодной помощи России, которая наконец-то наполнила бы после пяти лет кризиса украинскую экономику деньгами. Причем почти безвозмездно, всего лишь в обмен на отсутствие подписи под Соглашением с ЕС.

Любимая украинскими элитами политика многовекторности получила бы необходимый финансовый базис и могла бы успешно продолжаться и дальше. Но воспользоваться этим успехом президент не смог. К моменту заключения договоренностей с Россией, 17 декабря, в Киеве уже бушевал Майдан, фактически разорванными оказались отношения с Западом. Последний посчитал себя смертельно обиженным на отказ от Соглашения и всячески поддержал акции протеста в Киеве.

Олигархи долгое время колебались. С одной стороны, очень хотелось наконец-то пожить по-человечески, получив российские миллиарды и скидку на газ, да и революционная смена власти пугала. С другой — были личные обиды на Семью и страх перед возможными санкциями Запада. В итоге крупный бизнес занял в основном нейтральную позицию, что сыграло важную роль в развитии событий (например, касательно освещения революции крупнейшими украинскими телеканалами). А как только 21 февраля власть Януковича зримо зашаталась, почти все бизнес-группы перебежали на сторону Майдана, ускорив падение власти президента.

О том, как они воспользовались победой революции, писалось выше. Однако все экономические предпосылки, которые привели к созданию режима Януковича и его Семьи, не только остались в силе, но и усугубились. Просто в стране недостаточно ресурсов, чтобы кормить олигархическую власть.

Поэтому, по тем же причинам, что и в начале 2010 года, после выборов вертикаль власти может быстро восстановиться во главе с новоизбранным президентом, и олигархат вновь перейдет в подчиненное положение. Тем более что личности кандидатов, которые идут на выборы и имеют шансы на победу, весьма предрасполагают к этому. Например, Петра Порошенко в 2005 году, когда он был секретарем СНБО, обвиняли в том же, в чем и Семью Януковича («отжимание» бизнеса, например). Юлия Тимошенко тоже, как человек властный, не склонна терпеть олигархическую какофонию. Наконец, в окружении нынешних и потенциальных правителей — огромное число людей, которые хотят поправить свое материальное положение, раскулачив тех, кто создал состояние при прошлых президентах.

Таким образом, есть все предпосылки для того, чтобы новая Семья сменила прежнюю.

Однако, опять же, остается вопрос: кто будет финансировать праздник жизни для нового «бати» (или «мамы»)? Виктор Янукович решил этот вопрос, договорившись о кредитах с Россией. Нынешняя власть рассчитывает на финансовую поддержку МВФ, ЕС и США. Но в этом и кроется самая большая ловушка: Запад не намерен финансировать ни новую олигархическую хунту, ни воссоздание Семьи. У него свои планы.

Вперед к Болгарии: европейский проект

Майдан собрался ради подписания Соглашения об ассоциации с ЕС. Арсений Яценюк сразу после того, как стал премьер-министром, заявил, что Украина готова выполнить все условия МВФ, потому как просто нет другого выхода.

Что имеем к настоящему моменту? Соглашение об ассоциации подписано в своей самой формальной части — так называемой политической (что, по сути, ничего не значит). Что касается экономической части, то Яценюк сказал, что ее подписывать пока не будут из-за потенциальных угроз, которые несет создание зоны свободной торговли для украинской промышленности. Собственно, ровно это говорили Виктор Янукович и Николай Азаров, отложив подписание Соглашения в ноябре 2013 года, после чего и начался Евромайдан.

Кредит МВФ, вопреки всем ожиданиям, мы не получили до сих пор и уже точно не получим до конца апреля. К маю мы должны лишь согласовать с Фондом программу по кредиту, а когда будет транш — непонятно. Ходят слухи, что его дадут уже после выборов президента. И это несмотря на то, что правительство уже приняло пакет непопулярных мер по сокращению соцвыплат и повышению налогов. МВФ считает, что этого мало.

Ситуация усугубляется еще и тем, что только после кредита Фонда мы сможем получить все ресурсы, которые обещают нам другие международные финансовые организации, Штаты и ЕС. То есть в ближайший месяц, а то и дольше, страна окажется без внешней финансовой поддержки, что может довести ситуацию в экономике до критического состояния. Правительство будет вынуждено либо перестать выполнять свои обязательства, задерживая платежи (например, по зарплатам и пенсиям), либо печатать и печатать гривну, раскручивая инфляцию.

Итак, что-то не ладится в отношениях новой власти и Запада. Что именно?

«Репортер» уже не раз писал, что евроинтеграция, вопреки расхожему мнению, — это не значит кричать «Хутин — Пуй!» на каждом перекрестке и подписывать какие-то бумаги с ЕС и МВФ, чтобы потом забыть обо всех обязательствах, используя полученный ресурс для подкормки олигархов и чиновников. Евроинтеграция — это системный процесс, который означает включение страны в сферу доминирующего экономического и политического влияния стран Западной Европы.

Требования МВФ, а также условия Соглашения об ассоциации с ЕС — первая часть выполнения плана. Сокращение соцвыплат, увеличение налогов, открытие украинского рынка для европейских товаров и перевод нашего производителя на европейские стандарты — меры крайне спорные с точки зрения стабильности украинской экономики. Однако они имеют четкую логику. Да, эти меры ухудшают уровень жизни народа и сокращают внутренний рынок. Однако они же бьют по позициям украинских финансово-промышленных групп, лишают их необходимых ресурсов для развития. Их место должны занять транснациональные корпорации — так же, как в странах Восточной Европы. Соответственно, и основные решения по развитию украинской экономики (и не только экономики) должны приниматься отнюдь не в офисах олигархов, а в Брюсселе.

У украинских ФПГ по этому поводу другое мнение, поэтому переговоры и движутся очень туго. Впрочем, ресурсы для сопротивления у нашего крупного бизнеса не очень большие. Экономика находится в критическом положении, над каждым из олигархов висит, как дамоклов меч, угроза уголовного преследования за границей. Фирташ в этом плане — четкий сигнал всем оставшимся на воле украинским собратьям: сидите смирно.

Другой вопрос, что у осуществления подобного плана есть огромные политические риски.

Во-первых, нет необходимых для этого кадров. Тут нужны люди особого качества: неамбициозные, серые бюрократы, без собственного бизнеса и желания его начать, но при этом очень упрямые, со слабым рефлексом на слезы народные. Из первого эшелона украинской политики внешне под эти критерии подпадает разве что Арсений Яценюк, но даже он для такой задачи слишком амбициозный человек, имеющий слишком тесные связи с крупным бизнесом.

Во-вторых, непонятно вообще, что ждет такую большую страну, как Украина, в случае осуществления европейского плана. У ЕС еще не было опыта решения проблем подобного масштаба. Можно полностью деиндустриализовать Болгарию или Латвию, но как быть с 45 миллионами граждан нашей страны? Какое место определить им в европейском разделении труда? И сможет ли это место прокормить украинцев, учитывая, что европейский рынок труда для нас, в отличие от членов ЕС, никто не откроет (а именно за счет перечислений трудовых мигрантов и держатся экономики той же Латвии и Болгарии и выживает их народ)?

И еще один, пожалуй, главный фактор. У болгар и румын нет возможности избежать каким-то простым способом непопулярных мер, которые им навязывает ЕС. А у части Украины такая возможность есть — пойти по крымскому пути и присоединиться к России, быстро забыв и о сокращении пенсий, и о росте налогов, и о закрывающихся предприятиях, и о другом негативе, сопровождающем евроинтеграционный процесс. Тем более что Москва вряд ли будет сидеть сложа руки, наблюдая за дрейфом Украины на Запад. Весь комплекс санкций будет применен в максимально жесткой форме. Поддержка пророссийским движениям также будет оказана максимальная.

Вот тогда в полный рост и встанет угроза распада страны. Но даже если юго-восток удастся удержать в составе Украины, страна на годы погрузится в тяжелейший социально-экономический и политический кризис, став большой проблемой, в первую очередь для Европы. Готова ли она взять на себя все расходы и риски, связанные с поддержанием жизнедеятельности столь огромной территории, и ввязаться в долгосрочный конфликт с Россией? Большой вопрос.

Вперед к Москве: примирение с Россией

В такой ситуации, как это ни парадоксально, открываются шансы для восстановления отношений Украины и России, причем с согласия ЕС. Речь идет о возобновлении договоренностей 17 декабря (кредиты, скидка на газ), а также о совместной с Европой и РФ работе по созданию зоны свободной торговли.

По состоянию на сегодняшний день это кажется ненаучной фантастикой. Россия вряд ли согласится на какие-то отношения с каким-либо «кандидатом от Майдана» (в том числе с Петром Порошенко и Юлией Тимошенко, хотя и тот, и другая в случае своей победы наверняка первым делом попытаются помириться с Москвой). Кроме того, огромная проблема — Крым. Россия наверняка хотела бы, чтобы Киев де-факто признал потерю полуострова. Но в Украине это будет воспринято как предательство.

В то же время экономические интересы все равно будут толкать и Киев, и Брюссель на договоренности с Москвой. Точно так же, как сейчас восстанавливает отношения с Россией Грузия, несмотря на Абхазию и Южную Осетию. Вопрос только в том, кто в Киеве сможет взять на себя смелость пойти по этому пути.

Выбираем своего Мурси

Как видим, Украина рано или поздно должна будет выбрать между третьим и четвертым путем. Но среди кандидатов в президенты нет ни одного, кто готов пойти по третьему пути. По четвертому мог бы повести кто-либо из кандидатов от юго-востока. Но у них на этих выборах мало шансов на победу.

Поэтому итоги президентской гонки ничего принципиально не поменяют: они не решат долгосрочные экономические проблемы, они не решат вопрос о легитимности и международном признании украинской власти (так как их не признает Россия), а значит, они не принесут в страну стабильность.

Стало быть, Украину продолжит лихорадить. И новый глава государства будет подобен Мурси — «революционному» президенту Египта, который правил всего около года и был свергнут военными при поддержке народных масс.

Если после всех потрясений Украина сохранится как единая страна, то ее ждет либо приход к власти сил, которые пойдут по европейскому пути, либо победа лояльного ЕС представителя юго-востока, который начнет восстанавливать отношения с Россией. Если это к тому времени будет еще возможно.

Протест — по полочкам

После очередного обострения противостояния в юго-восточной части Украины в Киеве вновь звучат призывы к руководителям страны «срочно поехать на юго-восток, поговорить с людьми, успокоить их, сказать, что их никто трогать не будет, что можно будет спокойно говорить по-русски, что расширят права облсоветов». Но в реальности, чтобы на самом деле «успокоить юго-восток», нынешним правителям необходимо, выражаясь на интернет-наречии, «убить себя ап стену»: отказаться от своего магистрального политического и экономического курса, возможно, вообще отойти от власти либо ею поделиться. Это становится понятно, если разобрать протест на составляющие.

1. Эмоциональная составляющая

На данный момент является основой акций протеста. Состоит из нескольких пунктов. Первое и главное — обида за то, что «наши проиграли, а ненаши выиграли». «Наши» — это условно Антимайдан, «ненаши» — Майдан. Победа последнего, о которой сейчас все говорят, воспринимается многими как личная трагедия. Душа просит реванша, душа просит протеста. Второе — риторика новой власти, густо замешанная на национализме и противостоянии с Россией, голосование за отмену языкового закона, обилие выходцев из Галичины в руководстве страны.

И, кроме того, постоянное педалирование темы вины в расколе страны — мол, все протестующие на юго-востоке — сепаратисты и пятая колонна. Все это также подогревает страсти. Третье, что очень существенно, — это личностный выбор каждого человека: кто он — русский или украинец. Для миллионов жителей юго-востока этот выбор последние 23 года вообще никогда ребром не стоял, поэтому они обладали «двойной самоидентификацией». Теперь же, после присоединения Крыма, перспектива вхождения юго-востока в состав России перешла из разряда фантастических предположений в категорию «вероятной реальности», и в отношении к ней народ начал определяться (на что влияют и сравнения зарплат в двух странах). Причем процесс только начинается.

2. Элитная составляющая

Элиты юго-востока (в первую очередь Донецка) до последнего ориентировались на Виктора Януковича. После того как он сбежал из страны, а к власти пришли новые люди, перед Ринатом Ахметовым, Александром Ефремовым, Геннадием Кернесом и прочими нависла реальная угроза потери и власти, и собственности, а возможно, и свободы. В лучшем случае —перемещение вниз по «пищевой цепочке» власти (то есть они бы решали все свои вопросы через каких-то людей в Киеве). Не имея под рукой ни раскрученного лидера (Михаил Добкин вряд ли тянет на эту роль), ни реально действующей партии (Партия регионов находится до сих пор в деморализованном состоянии), элиты юго-востока пытаются найти хоть какие-то методы воздействия на Киев. Они непосредственно не участвуют в организации акций протеста, так как боятся обвинений в сепаратизме, но и не препятствуют им и стараются их использовать в своих интересах («надо услышать голос юго-востока»). Задача Ахметова и К° — переформатирование власти и изменение Конституции в сторону расширения прав регионов, чтобы можно было вести бизнес, не особо завися от Киева. Как пример можно привести 1993 год, когда после масштабной забастовки шахтеров в правительство были введены представители Донбасса. Вероятно, приблизительно того же юго-восточные элиты хотят добиться и сейчас.

3. Геополитическая составляющая

Хотя Россия официально отрицает, что имеет какое-то отношение к акциям протеста, но в реальности она им всячески помогает и финансово, и организационно (через структуры, связанные с Виктором Януковичем и его семьей), и информационно, и политически (угрожая введением войск, если к митингующим будет применена сила). Впрочем, пока приготовления именно к военному способу решения вопроса не очевидны. Скорее Россия хочет склонить Запад и нынешнее украинское руководство к согласию на нейтральный статус нашей страны и федеративное устройство, что предотвратит превращение Украины в плацдарм Запада для давления на Россию. И в этом пожелания Кремля в значительной степени совпадают со стремлениями оппозиционных элит юго-востока.

4. Социально-экономическая составляющая

Пока еще не вступила в действие в полном масштабе. Но именно социально-экономический фактор очень скоро станет определяющим в акциях протеста, заменив эмоциональную составляющую. Речь идет о том, что продолжение нынешнего курса правительства на сотрудничество с МВФ (что влечет сокращение бюджетных расходов и соцвыплат, рост налогов) и подписание в полном объеме Соглашения об ассоциации с ЕС (зона свободной торговли) при сворачивании отношений с Россией несет большие риски для социально-экономической сферы всей страны. А для юго-востока особенно, так как под удар в первую очередь попадает его промышленность. В таких условиях рост протестных настроений неизбежен. А поскольку основные последствия разворота курса страны на Запад будут очевидны только через несколько месяцев, основные акции протеста еще впереди. И итог выборов в этих условиях не особо важен. Какая разница, что за фамилия у президента, который продолжает программу с МВФ, —Турчинов или Порошенко?

И как теперь успокоить юго-восток

Теперь можно ответить на вопрос, способен ли Киев «успокоить юго-восток». Прекратить педалировать тему победы Майдана? Для нынешней власти это проблематично, так как именно эта тема (героизм и жертвенность участников революции) является основой ее символической легитимности в глазах по крайней мере части страны. Пойти навстречу требованиям России в отношении федерализации? Но как быть с Крымом? Любые уступки Москве будут восприняты как предательство. Поделиться властью с элитами юго-востока? Но как тогда свои «элиты» прокормить? Отказаться от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС и сотрудничества с МВФ? Значит, потерять поддержку Запада и значительной части своих избирателей. У «проблемы юго-востока» не так уж много реальных вариантов решения. Первый, самый мирный: официальный договор и компромисс между юго-востоком и новой властью при участии и гарантиях Запада и России. По сути, он предполагает как минимум гарантию нейтрального статуса страны и расширение прав регионов. Второй: зачистка юго-востока, подавление протестных выступлений, окончательный разрыв отношений с Россией. Третий: приход к власти в стране представителей юго-востока. Четвертый: распад Украины, когда каждая часть пойдет своей дорогой. Наверное, людям доброй воли хотелось бы верить в первый вариант. Вопрос лишь в том, сколько доброй воли в стране еще осталось?