Говорить о полной победе Майдана никто не решается — пока Россия отбирала Крым, в Раде занимались тем, что делили министерские портфели. В результате новую Украину строят те же люди. Однако наряду с теми, кто разочарован новой-старой властью, появились украинцы, для которых события на главной площади страны стали личной революцией. Евромайдан начался с поста журналиста в Facebook. «Репортер» решил продолжить традицию: объявил в соцсетях акцию «#НачниCсебя» — попросил своих читателей рассказать о том, как революция изменила их мышление и жизнь. Большинство откликнувшихся признались, что начали с малого: запретили себе давать взятки сотрудникам ГАИ, помогают нуждающимся и просто стали приветливее к незнакомым людям

Виктор Андреенков, 30 лет, совладелец группы компаний PackGroup

Чтобы бороться с коррупцией системно, вместе с другими предпринимателями, юристами, аудиторами готовит специальную стратегию поддержки для бизнесменов, которые хотят вести свой бизнес честно.

— Вы объясняете, как поступать, если налоговая приписывает незаконный штраф. А вы рассказываете, к кому обратиться за правовой помощью, если должностное лицо требует взятку. Еще надо, чтобы кто-нибудь проконсультировал по минимизации налогов в правовом поле, — Виктор Андреенков раздает поручения в привычной ему манере управленца.

Дел у него невпроворот. Молодой бизнесмен, совладелец группы компаний по производству упаковочной тары на территории Украины и России, создает гражданскую инициативу по ведению честного бизнеса. Еще восемь лет назад Андреенков решил работать честно. Все эти годы его атаковала армия чиновников, пытаясь навязать правила поборов. Предпринимателю пришлось усердно изучать законы и прорабатывать разные варианты правовой защиты. Если бы не Майдан, он бы и дальше боролся в одиночку. Но теперь решил научить честным приемам ведения бизнеса и других.

— На Майдане погибло больше сотни человек. Тысячи пострадали, углубился раскол в обществе, экономика оказалась в предынфарктном состоянии. И что мы получили взамен? Власть, которая имела возможность сделать шаг навстречу людям, вместо этого села в золотой дирижабль и снова набирает высоту, с которой почти нет шансов слышать и понимать проблемы простых людей. От чиновников всех уровней часто слышу, что их приоритетная задача — борьба с коррупцией. При этом вижу в основном все те же лица, которые еще совсем недавно были организаторами или участниками коррупционных схем. Короче говоря, я подумал: не знаю, что собираются делать новые-старые политики, но знаю, что могу сделать сам, — говорит Виктор.

Теперь бизнесмен собирает команду профессионалов с опытом противостояния беззаконию и коррупции. Это люди, которые сумели в условиях разгула рейдерства остаться на стороне закона. Среди них предприниматели, юристы, журналисты, аудиторы. Сейчас в команде шесть человек. В итоге они должны будут разработать программу противодействия коррупции, которая станет руководством для представителей малого и среднего бизнеса.

— Мы предложим предпринимателям свои рекомендации по легализации их бизнеса и адаптации в правовом поле. Научим препятствовать беззаконию, а в случае необходимости готовы объединиться и встать на защиту каждого, кто принял для себя важное решение быть честным. Больших затрат для этого не надо, будут лишь небольшие организационные расходы, которые я возьму на себя. Это мой маленький вклад в строительство нового государства. Раньше я не представлял, что смогу хоть как-то участвовать в системных изменениях нашей страны. Сегодня порочный круг надорван, и мое поколение должно воспользоваться шансом полностью разорвать его, потому что другого может не быть.

Людмила Лещук, 38 лет, работник фармацевтической компании

Борется с личной коррумпированностью, перестала давать взятки сотрудникам ГАИ.

— Батьковна, что ж вы это… нарушаете?

— Угу… Виновата.

— Ну что, минималочка — 450 грн. Будем составлять протокол.

Людмила, водитель с 10-летним стажем, начала мысленно подсчитывать наличные в кошельке:

— Виновата, даже спорить не стану, — Лещук удивилась сама себе. Говорит, в этот момент в голове случился переворот. В масштабе личности — почти как государственный.

— Что ж с вами делать? 450 грн — сумма приличная, — продолжал наседать инспектор.

— Что делать? Что положено, то и делайте.

— Ну, будем протокол составлять, — поник инспектор. — Сумма-то немаленькая…

— Нарушила — составляйте.

И так — раз 10 по кругу. Инспектор был готов «пойти навстречу» Людмиле, на все лады повторяя величину официального штрафа. Она давать взятку отказывалась.

— Это моя коррупция, и я решила с ней бороться. Можно сколько угодно пинать власть, но начинать нужно с себя. И я уже мысленно попрощалась с 450 грн и со временем, которое потрачу на оплату официального штрафа, как вдруг инспектор, сделав устное предупреждение, отпустил меня. Блин, я чуть гимн не запела! — говорит Лещук.

Людмила написала об инциденте в Facebook. Этим постом поделились 800 человек. Правда, некоторые говорили, что борец с личной коррумпированностью поступила несознательно — мол, нужно было настоять на штрафе.

— Для меня личной победой было не то, что меня отпустили без взысканий, а то, что я все-таки не пошла на поводу, не дала каких-то 100 грн, чтобы решить проблему, как обычно. В тот день я говорила с коллегой, который утверждал, что коррупцию можно победить, только пересажав всех чиновников. Но я знаю людей, которые, придя на должность, какое-то время принципиально не брали взяток, а потом их все равно ломали. Дающие должны разделять ответственность с берущими, — уверена Людмила.

Она признается, что ей нелегко дался Евромайдан. После Оранжевой революции, которую от начала до конца она отстояла на главной киевской площади, появилась апатия: идеалы преданы, а романтическая надежда гасла по мере распада «оранжевой» команды. Но когда начался Евромайдан, все-таки вышла на Марш миллиона.

— Понимаете, во многих из нас живы остатки советской идеологии обезличивания — ощущение того, что за тебя все уже решили и ты ничего не изменишь. И если старые политики не в состоянии построить новую страну, то нам необходимо осознать: будет океан или нет — зависит от каждой капли.

Ирина Гук, 25 лет, работник рекламного агентства

Каждые выходные ходит в приют для несовершеннолетних, чтобы стать другом для проблемных подростков.

— Я обычная киевлянка. Не ночевала на Майдане, но после работы носила туда еду и лекарства. И еще, знаете, внезапно обнаружилось, что у меня дома было много одеял! Теперь осталось одно — все остальные раздала митинговавшим, — вспоминает Ирина.

В самые морозные дни противостояния девушка каждый вечер варила 20 литров супа и относила его медикам. Говорит, у нее, выросшей в медицинской семье, проявилось особое чувство единения именно с врачами, дежурившими на Майдане.

— Во время протестов пришло осознание: начинай перемены прямо сейчас. Словом, у меня есть огромные ресурсы времени, финансов, умений и навыков, которыми я могу и хочу теперь делиться.

В конце февраля Ирина Гук увидела в Facebook статус знакомой, которая побывала в Центре социально-психологической реабилитации несовершеннолетних. Спустя неделю Ирина уже сидела на кухне своей подруги, обсуждая с ней, как и где они могут быть полезны.

И девушки придумали. Теперь каждые выходные Ирина и еще 14 волонтеров делятся на группы и ходят в детские дома и центры реабилитации для подростков.

— Представьте клетку, закрывающуюся на ключ. Внутри — дети, которые сбежали из дома, либо подростки, чьи родители сидят в тюрьме. Есть девчонка 14 лет, она работала проституткой. Кого-то насиловал отчим, кто-то жил в канализационном люке. Они думают, что все люди вокруг — плохие, — рассказывает Ирина.

С трудными подростками волонтеры работают по модели «доброго поступка», который должен вызвать цепную реакцию доброты. Например, когда в пробке пропускаешь машину, она «моргает» тебе в знак благодарности, а потом видишь, как эта машина уже уступает дорогу кому-то еще. Короче говоря, вода камень точит — хорошее и душевное отношение в конце концов растопит любое сердце.

— Есть там девочка Даша. Она всегда молчала и только смотрела на меня насупившись. Как-то мы вышли на улицу, я была в вязаной жилетке вместо куртки, и вот Даша, которая поначалу вообще не разговаривала и не отвечала на вопросы, вдруг обняла меня и говорит: «Если вы замерзнете, я вас согрею», — взволнованно рассказывает Ирина. — Понимаете, во время протестов я получила прививку от безразличия. Не знаю, долго ли Майдан будет жить во мне, но до сих пор не могу прийти в себя от количества погибших. И не перестаю думать о том, что лично я, на своем маленьком, почти муравьином уровне, могу что-то сделать, чтобы те человеческие жертвы не оказались напрасными. Не перестаю думать и делать.

Александр М., 48 лет, импортер химического сырья

Впервые за 20 лет работы в бизнесе растаможил на границе машину с товаром, не заплатив взятку.

— Раньше было как: приходит машина, нужно заплатить таможенному инспектору, потом службе, которая его контролирует, и еще одной службе — управляющей первой службой. На каждом этапе в среднем по $50. Потом еще по 100 грн клеркам на санэпидемконтроле, в карантинной службе и так далее. И это даже в том случае, если у тебя все в порядке с документами, — рассказывает Александр.

Бизнесмен говорит, что ключевыми транзитными точками в этих схемах были брокеры — по сути, специально созданная структура посредников. Таможенные инспекторы работали с ними годами, так что полностью доверяли. Такой «технологический процесс», естественно, раздражал всех импортеров, но приходилось подстраиваться под коррупционные правила. Но потом случился Майдан.

— Когда во время протестов погибли люди, я решил: хватит! Через несколько дней, после того как Янукович бежал, приехала наша машина и директор компании попросила у меня разрешения на 1 600 грн черной налички для растаможки. А я думаю: как же так — структура, которая раньше требовала с таможни делиться взятками наверх, ликвидирована, мы не везем ничего запрещенного и честно декларируем товар. В общем, решили не платить. Подумали: даже если машину задержат, по сравнению с человеческими жизнями это будет не большой потерей, — объясняет Александр.

Брокер декларацию напечатал и подал ее без взяток. Хотя очень сомневался, что дело выгорит.

— Но, не поверите, таможенник не сказал ни слова. Пропустили нас! А клерки в этих всех дополнительных службах в глаза заискивающе смотрели, но все-таки поставили все печати, — продолжает бизнесмен.

Впрочем, полной уверенности, что таможня не вернется к коррупционным схемам, у Александра нет. Причем проблема тут не только в чиновниках.

— Просто всегда могут найтись бизнесмены, которые скажут: «От денег никто не откажется, вот и заплачу, чтобы таможенники закрыли глаза на нарушение». Искушение колоссальное. Но именно сейчас есть шанс изменить систему. Я бизнесом занимаюсь лет 20 уже. При всех президентах работал. Сейчас лучший промежуток времени для бизнеса в эмоциональном восприятии, — говорит Александр.

Сэкономленные деньги бизнесмен перечислил в поддержку украинской армии.

— Сначала мы звонили в налоговую. Хотели предложить им создать специальный добровольный счет, чтобы деньги, которые раньше откладывались на взятки, можно было перечислять непосредственно в бюджет. Но в налоговой нас не поняли. Поэтому мы решили поддержать украинскую армию.

Наталия Толуб, 35 лет, пиар-менеджер

Евромайдан изменил жизнь семьи Толуб в прямом смысле — активисты Майдана фактически заставили суд принять решение в ее пользу.

История Наталии Толуб началась три года назад, когда они с мужем купили квартиру в одном из новостроев.

— Мы полностью оплатили жилье. Но на второй день после сдачи комплекса Министерство внутренних дел наложило на постройку арест. Причина — якобы предыдущий застройщик обанкротился и не выплатил кредит банку. Долгое время мы через суды были вынуждены отвоевывать свое право собственности. И отвоевали, — рассказывает Наталия.

Впрочем, радовалась семья Толуб недолго — вскоре у части квартир комплекса появился еще один владелец, который, с его слов, заключал договоры бронирования с предыдущим застройщиком-банкротом. Словом, началась обычная украинская история, в результате которой в 2013 году Высший специализированный суд отменил свое же положительное решение по квартире семьи Толуб. Юристы негодовали — кассационная инстанция не имеет права принимать два разных решения. Но сделать ничего так и не смогли.

— Наше с мужем право собственности на квартиру отменили. Оставили только право собственности нашей пятилетней дочери, — рассказывает Наталия. — В январе мы впервые за многие годы собирались в отпуск. И тут я узнаю, что готовится очередной, девятый, суд. Нас снова решили выселить —
отменить госрегистрацию. Чтобы это провернуть, новоявленный владелец подал иск в суд Ивано-Франковска. Что стало его роковой ошибкой. Учитывая последние события на Майдане, я поняла, что у нас есть шанс: Ивано-Франковск — классный регион, где нам обязательно помогут.

Наталия позвонила мэру города, а также всем депутатам, которых смогла найти. Не исключила из телефонного списка и местных активистов Майдана. К тому же отчаянная женщина написала «Правому сектору» на страничке «ВКонтакте». В общем, подключила всех, кого только могла. Результат оправдал усилия.

— Весь город встал на нашу защиту. В результате мне позвонили из суда, сказали, что все будет по закону, только не нужно скандалить. На что я ответила вопросом: о чем они думали, когда прислали повестку моему пятилетнему ребенку? — вспоминает Наталия.

Суд не утвердил отмену госрегистрации, и все квартиры остались у владельцев. Правда, Толуб снова позвонили из суда и попросили написать гарантийное письмо, которое судьи могли бы представить местному Майдану. Оказалось, что к ним каждый день приходили люди, возмущенные тем, что у ребенка хотели забрать квартиру.

— Я действительно впервые за три года почувствовала себя в этой стране защищенной. После всего этого подала заявки в люстрационный и антикоррупционный комитеты. Еще не знаю, какой получу ответ. Майдан изменил мою жизнь, и теперь мне стыдно подвести людей, которые вселили в обычных граждан надежду на перемены. Не оправдать надежду — непозволительная роскошь в постеволюционное время.

Владимир Беглов, 27 лет, радиоведущий

После событий на Майдане уволился с высокооплачиваемой работы и целиком посвятил себя общественной деятельности. Акция «Русскоговорящий Львов» — его инициатива.

«Брат, сделай красивую картинку с призывом говорить один день на русском. Я ее в соцсети запущу», — с этих слов началась революция радиоведущего Владимира Беглова.

— Помню, когда парламент возобновил свою работу, все ждали от Рады немедленных решений. Но парламентарии стали «заговаривать» достижения Майдана — вместо того чтобы, к примеру, назначить досрочные парламентские выборы, они отменили языковой закон Колесниченко — Кивалова, — рассказывает Владимир.

К действиям по революционной традиции Евромайдана Беглова подтолкнул пост в Facebook руководителя управления культуры Ирины Подоляк. Та написала, что будет намеренно говорить на работе на русском, чтобы продемонстрировать свою позицию.

— Также мои друзья из «Видавництва Старого Лева», 11 лет издававшие книги исключительно на украинском, объявили о выпуске первого русскоязычного произведения, — говорит Беглов. — Мы привыкли вечно бороться против: власти, русского языка, соседа. Это разъединяет. И свое «против» мы уже сказали на Майдане. Теперь время бороться «за».

Сейчас Беглов и К° организовывают серию событий «Львов в голубом» — акцию, которая должна объяснить, что в аутизме нет ничего отталкивающего. Все участники этой инициативы на один день оделись в голубое. Так обычные граждане объединятся с «необычными». Впрочем, кроме символических жестов Беглов с единомышленниками занимается и вполне практичными вещами. Например, собирает деньги на спортплощадку для школы, где учатся дети с этим недугом.

— Майдан изменил мой подход к жизни, научил делать хорошо то, что умеешь. В первые дни мы просто приходили на площадь. А потом поняли, что одним стоянием сделаешь не много. Я «хилячок», поэтому в Самооборону не шел. На сцене себя тоже не видел. Но понимал, что могу принести пользу каким-то пусть маленьким, но с душой выполненным делом. Поэтому давал комментарии российским радиостанциям, европейским журналам, связывался с ними по Skype и мог таким образом в прямом эфире информировать о том, что на самом деле происходит в Киеве. Поскольку я ведущий радио, это было просто. Легко было купить продукты, витамины и лекарства и отнести их куда нужно. И вот сейчас, после Майдана, я четко понимаю: ты сам всю страну не изменишь и десять таких, как ты, не изменят. Но лично ты можешь поменять к лучшему что-то конкретное. Вот этим и занимаюсь.

«Опыт разочарований помогает делать выводы»

Практикующий психолог, член Украинского союза психотерапевтов Денис Лавриненко объяснил «Репортеру», чем вызвана активизация самосознания украинцев после Майдана и почему разочарования порой полезны для общества

— Украинцы начали принимать на себя ответственность за преобразования в стране. Это временный порыв или реальное изменение сознания?

— Зависит от того, насколько глубоко события зацепили личность. Если человек поддерживал Майдан на уровне ценностей и убеждений, то это может навсегда изменить вектор его жизнедеятельности. А если поддержка была вызвана лишь добрыми побуждениями на эмоциональном уровне, то любая активность, как и все эмоции, со временем может сойти на нет. Инициатива каждого способна заразить все общество. По-научному это называется эффектом социально-психологического заражения. Работает на уровне эмоций: человек вовлекается во что-то эмоционально, и если это «что-то» совпадает с его ценностями, то дальше он действует автоматически.

— Какие факторы могут способствовать эффекту социального заражения в вопросе конструктивных изменений общества?

— Есть два момента. Во-первых, никакие добрые инициативы не должны осуждаться, а только поощряться. Во-вторых, новая украинская власть не должна отклоняться от вектора деятельности, задекларированного на Майдане. Иначе неминуемо разочарование: «я делаю, мы делаем, а они, похоже, вообще не с нами». При таком раскладе все личностные инициативы могут
закончиться на нашем поколении. Хотя украинское общество уже пережило одно сильнейшее разочарование результатами Оранжевой революции, но это не помешало многим быть активными сейчас.

— Может быть, у украинцев уже выработался какой-то иммунитет к разочарованиям?

— Опыт разочарований помогает адекватнее реагировать на неопределенность и не допускать ситуаций, которые раньше нас огорчали. Из разочарований мы делаем выводы, а потому сейчас точно не будет так, как было после событий 2004 года. Мы получили урок, и нынешняя революция была уже борьбой не за личность, а за изменение вектора в целом. Сейчас мы видим, как общественность продолжает и после прекращения активных протестов толерантно давить на Верховную Раду, дабы были приняты какие-то решения. Это тоже следствие предыдущего разочарования. Люди убедились в том, что власть нужно контролировать. А еще многие пришли к пониманию того, что если они специалисты в какой-то сфере, то способны и должны сами менять общество именно в этом русле. События же девятилетней давности этим не характерны.