Назначение нового руководства Кабмина не ликвидировало коррупцию на уровне среднего эшелона власти как при назначении чиновников, так и при реализации схем по отмыванию госсредств. «Репортер» выяснил, что изменилось при новой власти и насколько сложно купить должность в правительстве в канун президентских выборов

— Пятьсот, и в ячейку.

— Не более ста, и прошу рассрочку на три месяца.

Такой диалог я преднамеренно подслушиваю в одном из кафе, расположенном возле Киевской областной государственной администрации. Двое мужчин средних лет торгуются за должность главы одного из районов Киевской области. А со стороны, если не вслушиваться в детали, это напоминает сделку двух бизнесменов, обсуждающих продажу фирмы или поставку сезонного груза. Оба невысокого роста, в джинсах одинакового цвета и полосатых рубашках, с той лишь разницей, что у одного она выглажена хорошо, у другого — не очень.

Переговорщик от власти хотел много и сразу, представитель кандидата старался сбить цену и получить отсрочку. В итоге сошлись на цене в $100 тысяч за должность с гарантией в три месяца: если чиновника увольняют раньше, то часть денег ему возвращают. Кроме денег свеженазначенный глава райадминистрации обещает обеспечить «правильный» результат на предстоящих президентских выборах и «прислушиваться» к звонкам из обладминистрации по поводу выделения земельных участков. На наивный вопрос, кто же наш кандидат, ответ был дан расплывчато: «Вам скажут после назначения».

За последние две недели и. о. президента Александр Турчинов назначил более ста новых глав райадминистраций во многих областях по всей Украине. По расхожему мнению, стоимость места колеблется от $30 до $100 тысяч за назначение. При этом большая часть вакансий до сих пор не заполнена. По словам Дмитрия, юриста в штабе одного из провластных кандидатов в президенты, отвечающего за кадровую работу, есть две проблемы: сторонники власти не спешат нести деньги, считая, что не за это они стояли на Майдане (да и все равно после выборов президента все может поменяться), а подношения от бывших членов Партии регионов даже брать не хотят — эти назначения все равно не будут восприняты в обществе, а сомнительных глав райадминистраций могут и вынести из кабинета. Такие инциденты уже неоднократно случались.

Отголоски майдановских настроений были хорошо слышны в самом начале диалога двух чиновников, когда потенциальный покупатель иронично заметил: «А я думал, нынче не торгуют должностями». Ответ был прост и понятен: «Торгуют, но расценки у нас божеские — не нужно делиться с Семьей».

По словам бывшего заместителя министра финансов, пожелавшего остаться неназванным, которому также предложили за деньги вернуться в бюрократический аппарат, сегодня оптимальный кандидат на серьезную чиновничью позицию — человек с опытом работы на госслужбе, но по тем или иным причинам после 2010 года не работавший на государство. Под этот критерий подпадает почти 90% свежих назначений.

Кадровое бюро

Впрочем, большая часть вакансий — может быть, за исключением правоохранительных органов — до сих пор остается открытой. Серьезные люди не готовы идти на должность до окончания президентских выборов — нет смысла тратить капитал и нервы, а у несерьезных либо нет денег, либо сомнительная репутация. Яркий пример — новый директор ГП «Укрспирт», который был назначен по квоте «Свободы». Чуть ли не через неделю после назначения 52 народных депутата написали письмо на имя премьер-министра Арсения Яценюка с требованием уволить директора, поскольку он уголовник в прошлом и еще недавно работал на бизнесмена и нардепа от Партии регионов Юрия Иванющенко. Вообще, у «Свободы», за кадровую политику которой отвечает непубличный, но влиятельный депутат Игорь Кривецкий (в СМИ ходит его прозвище Пупс), больше всего проблем с назначениями. Скамейка запасных у националистов крайне скудна, а точнее заполнена публицистами, журналистами и актерами, не имеющими финансового и кадрового капитала, что в украинской традиционной системе госвласти не позволяет претендовать на высокопоставленную должность. Такой министр просто не сможет окружить себя эффективным аппаратом и помощниками, которым, опять же по украинской традиции, принято доплачивать зарплату из личного кармана. Аполитичные профессионалы идти на работу с подачи «свободовцев» не спешат. Новоявленных высокопоставленных чиновников профильный рынок бизнесменов и их лоббистов не приемлет. Так, участники третьего Всеукраинского аграрного форума выразили недоверие министру аграрной политики и продовольствия Игорю Швайке, бывшему депутату от «Свободы», и отправили соответствующую петицию премьер-министру Арсению Яценюку и и. о. президента Александру Турчинову только за то, что глава АПК проигнорировал форум. Более того, аграрии пригрозили создать забастовочный комитет, если государство не услышит их требования в течение недели.

Среди претензий к Швайке и министерству — сохранение старых коррупционных схем, в частности в ходе сертификации зерна.

Сейчас практически все коррупционные схемы, созданные в МинАПК за последние годы, по-прежнему работают, заявляет президент Украинского клуба аграрного бизнеса Алекс Лисситса. Он и другие аграрии отмечают, что в ведомстве по-прежнему работают два ключевых зама экс-министра Николая Присяжнюка — Иван Бисюк и Александр Сень. Кроме того, уже при Швайке на должность главы Государственной продовольственной зерновой компании был назначен Петр Вовчук, ранее работавший в одной из дочерних структур «Хлеб Инвестбуда».

На грани взрыва находятся и экологи: предприятия, которые заняты переработкой отходов, активно пишут письма на имя Яценюка о том, что министерство сохраняет коррупционные схемы прежней власти. В частности, большая часть отходов утилизируется исключительно на бумаге. К примеру, импортеры автомобильных масел или продуктов питания в упаковках выплачивают «уполномоченным» фирмам деньги за переработку отработанного масла и упаковки, однако в реальности никто ничего не перерабатывает. Объем коррупционного рынка в сфере переработки упаковки — около 8 млрд грн в год. Коррупционная рента в АПК — около $10 за тонну зерна на экспорт, или около $3 млрд в год.

Системный подход

Как шутят в парламенте, у влиятельных людей во власти сейчас на столе на каждую должность лежит по два резюме: один человек готов работать бесплатно и навести порядок в отрасли, другой согласен ежемесячно вносить на потребности родной партии по $500 тысяч. И зачастую выбор делается в пользу второго варианта.

В последнее время скорость принятия кадровых решений в правительстве резко уменьшилась. Причин две: неопределенность как с результатами грядущих президентских выборов, так и с самим фактом их проведения и затягивание перечисления средств со стороны западных союзников. В итоге было принято соломоново решение: за редким исключением, в ведомствах сохраняются старые кадры и старые схемы в обмен на то, что выгодополучателями от них станут представители новой власти.

Самый яркий пример такого компромисса — сфера строительства. На должности заместителя главы Минрегионстроительства остался Дмитрий Исаенко, который курирует деятельность научно-технического совета министерства. Этот совет согласовывает отклонение при проектировании от действующих норм и дает соответствующее разрешение. Стоимость одного согласования — $15 тысяч.

Аналогичная схема сохранилась в Государственной архитектурно-строительной инспекции. Регистрация деклараций о начале строительства стоит $5–10 за 1 м² будущего дома. Сумма взятки при принятии в эксплуатацию законченного дома — $10–15 за 1 м². Государственная служба по чрезвычайным ситуациям забирает себе от 10% до 30% стоимости работ по проектированию строительства систем противопожарной безопасности. Еще пример — департамент охраны культурного наследия Министерства культуры, который берет деньги за принятие решения о лишении того или иного здания статуса памятника истории.

Весьма пристально общественность наблюдает и за госмонополиями. Например, за «Укрзализныцей», куда 1 апреля Кабмин назначил гендиректором Бориса Остапюка. Предыдущий руководитель УЗ Сергей Болоболин (руководил администрацией с января 2013 года) подал в отставку еще 6 марта. Как утверждают источники, близкие к руководству УЗ, Болоболина буквально заставил уйти «по политическим мотивам» министр инфраструктуры Максим Бурбак. Новоназначенный глава «Укрзализныци» успел поработать в руководящем аппарате этой же структуры в 2005, 2007 и 2010 годах, в частности, был первым замом начальника Главного пассажирского управления УЗ, начальником Главного управления материально-технического обеспечения предприятия, начальником Донецкой железной дороги и пять лет был заместителем гендиректора УЗ. Кроме того, Остапюк работал в должности директора госпредприятия материально-технического обеспечения железнодорожного транспорта Украины «Укрзализнычпостач». «Это настолько коррупционная структура, что после люстрации никто оттуда не должен появиться на руководящих постах таких организаций, как УЗ. Впрочем, людей из УЗ это тоже касается», — подчеркивает один из чиновников, работавших в аппарате президента Виктора Януковича. Бориса Остапюка называют человеком экс-нардепа от БЮТ Николая Ковзеля, который негласно курировал железнодорожное ведомство во времена второго премьерства Юлии Тимошенко (в 2008–2009 годах). Теперь, как видим, его влияние возвращается.

Впрочем, в этих и в десятках других ведомств остаются работать старые кадры и старые схемы под предлогом того, что недосуг заниматься этими вопросами в преддверии выборов и в ходе массовых протестов на востоке. Более того, по мнению кадровиков Кабмина, одной из ключевых причин протестов на востоке стала практика взимания денег за подтверждение в должности. Условно говоря, новый руководитель, к примеру, налоговой инспекции в одной из восточноукраинских областей заявляет начальникам районного уровня: если вы хотите сохранить свои должности, уплатите мне вступительную таксу плюс ежемесячные платежи. Провинциальные чиновники массово отказываются платить и заявляют о поддержке пророссийских движений.

Недозакупили

Новый закон «Об осуществлении государственных закупок», принятый под давлением Запада, не ликвидирует основу коррупции в этой сфере

Текст: Василий Яценко

Альфа и омега украинского казнокрадства — госзакупки. Принятие закона, регулирующего эту сферу, является хорошей иллюстрацией того, как ведется борьба с коррупцией после смены власти: полумеры, которые не затрагивают сути схем

Закон был принят 10 апреля как необходимая предпосылка для получения кредита от Всемирного банка. Фактически депутаты вернулись к редакции закона 2010 года, подготовленного при содействии со стороны ЕС. Основные новации — сокращение перечня исключений, на которые не распространяется действие закона. Новая редакция распространяется на все закупки государственных и полугосударственных предприятий, коммунальных и казенных заводов и даже на частные естественные монополии типа «Укртелекома». 11 исключений, указанных в законе, вроде приобретения монет и государственных наград или услуги международных третейских судов, на общую ситуацию не влияют. Также среди достоинств документа можно отметить обязательное обнародование годовых планов закупок, публикацию отчетов о выполнении тендерных договоров и право журналистов присутствовать во время раскрытия предложений конкурсных торгов.

На этом плюсы документа заканчиваются. Основной недостаток нового закона — фактическое сохранение действующей системы конкурсных торгов, которые из-за своей сложности отпугивают большую часть мелких и средних поставщиков, не говоря уже об иностранцах. Очевидно, сохранится действующая практика фирм-«прокладок», специально создаваемых для участия в государственных конкурсах, которые впоследствии привлекают реальных исполнителей в качестве субподрядчиков. Другой минус документа — сохранение неизменной процедуры закупки у одного участника, которая в новом документе получила название «переговорной процедуры закупки». В прошлом году по процедуре закупки у одного участника было проведено 41% торгов, повод — отсутствие конкурентного товара или конкурентного производителя. В этом году, очевидно, таких закупок будет еще больше, поскольку из закона исчез пункт о необходимости согласовывать закупку с министерством экономики. Также из документа пропало положение о процедуре электронного реверсивного аукциона или аукциона на понижение. Такой тип аукциона идеален для регулярных закупок однородных товаров, вроде картошки или кирпичей. Заказчик объявляет аукцион и максимальную цену, по которой он готов купить товар. Выигрывает тот, кто предложит минимальную цену. В Европе по такой процедуре проходит большинство закупок, для украинских чиновников она оказалась слишком сложна.

Еще одним недостатком закона является отсутствие каких-либо льгот для местного или мелкого бизнеса. К примеру, в США малый бизнес имеет 20-процентную квоту по целому ряду категорий закупок. Скажем, при поставках еды в школу или детские сады основной лот может выиграть крупный поставщик, но местные фермеры имеют право на пятую часть от объема закупки, даже если их цены выше.