Со времени взятия Берлина война в Европе еще не приходила в миллионный мегаполис. Теперь, почти 70 лет спустя, это случилось в Донецке

Донецк — огромный по территории город. Если в одном его краю идет ливень, в другом может ярко сиять солнце. Войну, которая началась в понедельник на северной окраине, совершенно не ощутили жители противоположной части. Но, понимая, что Донецк взят в кольцо украинскими войсками, не испытывали особых иллюзий. Война пришла в Донецк — значит, может дойти до каждого.

Понимающие люди прогнозировали на 26 мая тяжелый понедельник. Окончание выборов должно было инициировать активные действия. Так и случилось. Новая власть — новые песни…

Полетели самолеты

Понедельник начался с захвата людьми ДНР аэропорта. Никто не воспринял это как что-то качественно новое. Все уже привыкли к постоянным захватам различных объектов. Ну, подумаешь, аэропорт. Шутили, что на захват ДНР спровоцировал победитель выборов Петр Порошенко, пообещавший первым делом прилететь в Донецк. Вот, мол, ему и заблокировали доступ. Население ближайших поселков жило повседневной жизнью последних недель — чуть тревожной, чуть нервной, но, в общем-то, обыденной. Солнечное утро. В детских садах — обычная шумная возня. Транспорт, работающий по-донецки четко. И вдруг…

Около часу дня в небе раздался гул самолетов. Поселок шахты «Октябрьская» расположен вплотную к аэропорту. Звуки садящихся лайнеров для местных жителей привычны, как шелест листьев. Но здесь было нечто особенное. Гул был другой. Более высокий и протяжный. Несколько самолетов вывели свою душераздирающую ноту над поселком — и вслед за тем раздалось несколько глухих хлопков.

Так начиналась война.

Заработала артиллерия

Никто никого ни о чем не предупреждал. Ну, конечно же, военная тайна, секретная операция. В принципе, люди ожидали перемещения АТО в Донецк. Но когда и как это произойдет, можно было лишь догадываться. И только казалось, что психологически к этому все готовы. На самом деле, наверное, никакая подготовка не способна помочь человеку подготовиться к звукам пикирующих штурмовиков и канонаде боя, пусть и происходящего на расстоянии в пару километров. Тем более что никто не мог сказать, что будет дальше, куда переместятся военные действия, что задумали их устроители.

По логике, самолетам незачем стрелять по наземным целям. Но практика АТО в Славянске и Краматорске показывала, что пострадавшими часто оказываются совершенно посторонние и абсолютно мирные граждане. Дончане за событиями на севере области следили внимательно. Теперь оставалось только спроецировать их на местные реалии. Правда, там не было авиации.

Самолеты и вертолеты продолжали летать над поселком. Под их аккомпанемент стремительно пустел большой рынок. Впервые за всю его историю в 14 часов там уже ничего не продавали. Люди пока еще толклись по дворам в растерянности, не зная, что предпринять: то ли уже забиваться в подвалы, то ли затаиться в домах и квартирах. Время от времени резкие хлопки и разрывы раздавались совсем рядом. Вдруг прозвучала очередь, кажется, из крупнокалиберного пулемета — как будто в соседнем квартале. Пацаны, прибежавшие со стороны этого звука, закричали: «Автоматчики возле дома Алика Грека!» (такое прозвище было у жившего в поселке и убитого в 1995 году Ахатя Брагина, на тот момент — президента ФК «Шахтер»; в этом же поселке родился и вырос ныне богатейший украинец Ринат Ахметов). Причитающие тетеньки врассыпную бросились по своим квартирам. Сидели там, сами не зная, чего ожидать. На бреющем полете, прямо над домами, прошла «вертушка». Это впечатлило.

Поползли слухи

Слухи, множась, шли по поселку концентрическими кругами, накрывая всех, кто пытался найти хоть какую-то информацию, хоть как-то зацепиться за рвущуюся на глазах реальность. Говорили о том, что неразорвавшийся снаряд попал в крышу детского сада и там остался. О том, что в доме по такому-то адресу полностью выгорела квартира, кто-то (кто?), мол, забросил в окно какую-то зажигательную гадость. Что на улице такой-то шальным снарядом тяжело ранило мужчину. Ничего из этого не подтвердилось. Но кое-что все-таки произошло. Например, одна из «тепловых бомб» по какой-то причине была сброшена над поселком и попала в крышу двухэтажного особняка. Загорелась крыша, но быстрые действия хозяина и соседей позволили избежать большого пожара.

Ближе к вечеру украинский десант, высадившийся в аэропорту и отбивший его у ДНР, предпринял атаку с целью оттеснить противника подальше от объекта. Боевые действия переместились на границу поселка. Запылала посадка и пара строений. Тут же в интернете появилось сообщение: «Улица Стратонавтов горит! Октябрьская в огне!» Как всегда в критических ситуациях, преувеличениям и домыслам не было числа.

Бой переместился в направлении железнодорожного вокзала. «Точечная» АТО превратилась в «русскую рулетку» с активным участием местных жителей. Любой мог оказаться жертвой, абсолютно любой. Первым несчастливый билетик вытянул парковщик вокзальной автостанции. Его убило невесть откуда прилетевшим осколком. Затем каким-то снайперским выстрелом (каким? кто стрелял?) была убита пожилая женщина, стоявшая у дверей магазина на Привокзальной площади. Наповал сражен шальной пулей первоклассник, возвращавшийся домой из школы (правда, позже оказалось, что он только ранен, причем довольно легко).

Паника нарастала. Пошли слухи о снайперах (разумеется, из «Правого сектора»), работающих по совершенно произвольным целям, по случайным прохожим.

Погасли огни

Любопытно, что все эти нарастающие страсти не смогли окончательно вымести людей с улиц и из дворов. Жители Октябрьской ходили по своим делам, угрюмо переговариваясь и уже слабо реагируя на отдаленные выстрелы и пролетающие самолеты. А в знаменитый киоск на главном перекрестке поселка даже выстроилась небольшая очередь за пивом и сигаретами. Правда, через полчаса к нему подошли ловкие ребята с болгаркой и сварочным аппаратом и намертво законопатили культовую торговую точку железными листами. Видимо, до окончания войны.

Приближался вечер. В темнеющем небе с интервалами, периодичность которых невозможно было вычислить, продолжали заходить в атаку самолеты. Поселок был блокирован, открытой оставили только дорогу на железнодорожный вокзал, по которой (о чудо!) продолжали ходить рейсовые автобусы. Желающих проехать в других направлениях заворачивал оперативный пост ГАИ. Тут же стояла пожарная машина — на всякий случай. Соседи как могли поддерживали друг друга, договаривались о совместных ночных дежурствах. Обладатели стрелкового оружия готовились оборонять свои жилища. Правда, непонятно, как и от кого. Первый день войны принес в жизнь полный хаос и ощущение беспомощности, с которым было бороться труднее всего. Труднее, чем со страхом.

Сумерки мягко упали на Донецк. Большие многоквартирные дома чернели в темноте смутными коробками — люди боялись зажигать огни, боялись привлечь к себе внимание самолета, снайпера… Да мало ли кого! Ажиотажа добавило появившееся в Сети обращение батальона «Восток» к жителям поселка шахты «Октябрьская» с просьбой не покидать свои дома, потушить свет и отойти подальше от окон, потому что возможно перемещение боя в их направлении. При этом перечислялись конкретные улицы. Люди находили свои адреса в этом списке и готовились к худшему. Пошли слухи, что с минуты на минуту в поселке появятся бойцы ДНР, оттесненные от аэропорта, которые вроде бы решили прорываться к облгосадминистрации, где находилось руководство ДНР.

Переместились к центру

Но ничего не случилось. Бой переместился в другую сторону — к Путиловке, в направлении центра. Прошла информация о том, что ДНРовцы подготовили на мосту грузовик со взрывчаткой и в случае наступления Нацгвардии готовятся подорвать этот важнейший транспортный узел, обеспечивающий связь Донецка с севером области. Потом в Путиловке началась интенсивная стрельба. Заработали пушки бэтээров, гулкими сериями «гвоздившие» ночную темноту. Это уже потом стало известно о бойне на Киевском проспекте, когда украинские нацгвардейцы подловили ДНРовский грузовик и расстреляли его. Сообщалось о 35 убитых (потом их вроде бы оказалось меньше). Жители тех мест видели окровавленных ополченцев, по-одиночке убегающих в направлении областного военкомата, где у них был назначен пункт сбора.

Примерно в 23:30 опять пошли самолеты. Как оказалось, в последний раз. Отработав свое, они растворились в ночной тишине. Звуки боя со стороны Путиловки продолжали доноситься с той же интенсивностью, а потом вдруг стихли. Это ничего не значило. Мало ли было отрезков недолгой тишины в течение дня. Но тут же появилось сообщение пресс-центра АТО о том, что огонь прекращен до четырех часов утра. Тот, кто мог это прочесть, с облегчением вздохнул — бессонная ночь отменялась. Но буквально через пять минут опять заработала пушка, бой возобновился. Вот и верь после этого пресс-центрам! Бой в районе Путиловки продолжался. Казалось, конца-края этому не будет...

И все-таки Донецку разрешили поспать. В половине первого ночи все, наконец, стихло окончательно. Информационное пространство наполнилось массой фейков. Говорили о том, что Денис Пушилин сбежал (оказалось неправдой, на следующий день он вновь появился в ОГА), или о том, что Луганская народная республика объявила войну ДНР (было опровергнуто луганчанами). Но все вместе это создавало ощущение какой-то близкой развязки и чуть ли не конца войны.

Наступило утро

Но это был просто конец первого дня войны. На следующее утро дончане проснулись часов в шесть от уже знакомых звуков наземного боя. Тяжелое стрелковое оружие — не самый лучший будильник.

Родной поселок Рината Ахметова медленно начинал новый день в новой реальности. Хмуро оглядываясь, появлялись первые торговки на рынке. В хлебные магазины сгружали лотки со свежими батонами. Мимо проследовал неубиваемый 6-й маршрут автобуса — на вокзал собралось довольно много народу, несмотря на все случившееся там накануне. «Едут как на фронт!» — невесело пошутил мужичок, шедший рядом.

На рынке и в прилегающих магазинах торговали всем, что нужно для жизни: от гречневой крупы до свиной вырезки. Даже водка имелась, причем в ассортименте. Правда, почему-то не было овощей. Зато сидели две тетушки с ведрами белоснежных цветов.

Но все понимали, что это, конечно, еще не конец войны. Может быть, это только цветочки…