В прошлый четверг вооруженные люди захватили здание холдинга «Мультимедиа Инвест Групп», в который входит и журнал «Репортер». Как оказалось, это были сотрудники сумской налоговой милиции, которые таким образом решили провести обыск в компании в связи с рядом уголовных дел о легализации денежных средств, неуплате налогов и конвертационной деятельности. При этом долгое время в здание не допускались адвокаты и руководители компании, сотрудники редакции силой удерживались внутри. Был нарушен и торжественно объявленный еще в марте мораторий на проверки СМИ во время предвыборной кампании. Само налоговое дело, по мнению юристов «Мультимедиа Инвест Групп», имеет признаки сфабрикованного — медиахолдинг искусственно привязывают к сомнительным фирмам и на основе этого строят подозрения

Впрочем, наш случай далеко не единственный. Сейчас по всей стране представители различных контролирующих структур пытаются «доить» предпринимателей. Время нестабильное, президентские выборы прошли, за ними маячат парламентские. Власть поменяется, многие люди потеряют свои места. Вот и пытаются сейчас получить максимум от того, что имеют. Чиновники фактически живут одним днем, а потому и в средствах не стесняются. Схемы вымогательства используются старые, но есть и новый коррупционный «креатив».

Черная метка

Главное ноу-хау силовиков — борьба с терроризмом. По информации, полученной «Репортером» от источников в юридических кругах, силовики массово используют «модную» нынче тему для замораживания счетов частных компаний, выбивания из судов санкции на арест их руководителей, прослушку и прочие жесткие действия.

По данным юристов, подавляющее большинство таких дел разваливается еще на первой стадии следствия но, как правило, не за красивые глаза. «Схема такая: предпринимателю вместе с какими-то экономическими статьями, которые можно впаять любому украинскому бизнесу, „вешается“ тяжелая статья — финансирование терроризма, — рассказывает источник. — И начинается развод: вот мы тебя сейчас объявим террористом, врагом народа и арестуем. Дело развалится, но сколько ты будешь сидеть в СИЗО — никому не известно. Поэтому плати — и дело закрываем. Расценки колеблются от $250 тысяч до $1 млн».

Самая известная компания, получившая «черную метку террориста» от силовиков — дочерний банк «Сбербанка России». 15 апреля СБУ заявила о финансировании групп боевиков «с использованием активов российского банковского учреждения». Некая банковская структура, по данным спецслужб, перечисляла на платежные карточки суммы от $200 до $500. На следующий день и. о. генпрокурора назвал «Сбербанк» по имени, добавив, что всего таких финучреждений 14.

Однако в этом случае дело застопорилось как раз на громких обвинениях: ГПУ не предоставило «Сбербанку» никаких документов в принципе. Правда, сразу после заявления Олега Махницкого в офис банка пришли проверяющие от НБУ — они официально подтвердили, что какие-либо факты финансирования терроризма выявить не удалось, а банкиры работают с применением информационных систем, блокирующих сомнительные операции. По данным «Репортера», «Сбербанк России» параллельно нанял для своей защиты солидную международную адвокатскую контору, которая смогла если не отстоять честь учреждения, то хотя бы закрыть вопрос с «террористическими» обвинениями.

«Мне сложно представить, какие данные нужно предоставить судье, чтобы доказать финансирование террористической деятельности, — пояснил старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец. — Я сам отправлял Махницкому запрос с целью уточнить, какие именно банки входят в список — хотелось бы знать, с какими финучреждениями не стоит работать, — но никакого ответа не получил. Поэтому заявление лежит не в юридической, а скорее в политической плоскости».

Трясут «семейный» бизнес

Еще одна популярная «мелодия коррупционного сезона весна-лето» — связи с Семьей Януковича. Виктор Федорович и его дети были людьми очень деятельными, построили много схем и развернули масштабнейший бизнес. И с ним так или иначе соприкасались по разным вопросам тысячи украинских предпринимателей. Сейчас все они под колпаком.

Схема та же — приходят, «шьют» уголовное дело по отмыванию денег в связке с Семьей (а там сразу же финансирование терроризма в перспективе виднеется), а потом начинается банальное вымогательство.

Отдельно стоит упомянуть банки, которым также не посчастливилось иметь какие-то дела с Януковичами или, не дай бог, им принадлежать. Таковых банков набралось не менее двух десятков. Их нынче сотрясают проверки, маски-шоу и прочее. Лихорадит понемногу и всех их партнеров, вкладчиков
и контрагентов.

В случае с предприятиями-контрагентами «проблемных» банков налоговики действуют по одной схеме: отслеживают операции по переводу средств, получают разрешение у следственного судьи на арест «преступных» денег и замораживают счета. Так случилось, например, в случае с целой «плеядой» одесских компаний, связанных с местными мультимиллионерами Борисом Кауфманом и Александром Грановским. Компании подозреваются в конвертации средств, несмотря на то, что их владельцы заявляют, что не связаны ни с окружением бывшего президента, ни с обналичкой «преступных» денег.

«Арест счетов — крайние меры. Такое решение суд принимает в случае, если есть достаточные основания считать, что, не арестовав эти счета, нельзя будет возместить государству или третьему лицу причиненный ущерб, — отмечает Ростислав Кравец. — Кроме того, обычно это происходит
с конвертационными центрами — судьи неохотно принимают решения о приостановлении движения по счетам обычного предприятия, поскольку людям нужно платить зарплату».

Решение заморозить счета, конечно, может принять Финмониторинг, и то в качестве временной меры. Это предусмотрено законом о противодействии легализации теневых средств. Юристы приводят и другие способы блокировки работы «неугодных» предприятий: изъятие уставных документов (как временная норма, поскольку их легко восстановить у Госрегистратора), изъятие печати. К этому методу прибегают все реже из-за нежелания судов давать разрешения: возможности принимать такие решения самостоятельно следователей лишил новый УПК.

«Сюрпризы» в накладных

Лучший способ выудить у предприятий полезную информацию — спросить у них, что называется, «в лоб». Адвокаты пожаловались «Репортеру» на участившиеся случаи получения клиентами писем от департаментов налоговой милиции, отделов по борьбе с экономическими преступлениями и даже райотделов. Силовики просят бизнесменов «в рамках профилактических мероприятий» раскрыть данные обо всех контрагентах за последние два года, предоставить договоры с ними, расчетные документы и акты выполненных работ. То есть ведут целенаправленный сбор информации о том, как работают предприятия.

«Редкий руководитель не побоится и ответит — мол, вы превышаете полномочия, требовать такие документы вы не имеете права. Чаще всего дают что от них просят. В итоге получают уголовные дела, возбужденные против себя и партнеров, — рассказал управляющий партнер юридической фирмы «Можаев и партнеры» Михаил Можаев. — За последние два месяца мы получили уже несколько подобных обращений от постоянных клиентов. Отвечаем на требования налоговиков жестко: второй раз те уже не обращаются».

Зацепкой для правоохранителей является как раз информация, которую отсылает предприниматель. Силовики анализируют данные, отправляют запросы контрагентам, с которыми заключались договоры, а после фактически терроризируют руководство, требуя взятки. Дела возбуждают уже после, если получают отказ.

Еще один вариант «обвала» бизнеса изобрели налоговики Луганской области. Каждое предприятие, работающее с налоговыми накладными, регистрирует их в налоговом реестре. Если этого не сделать вовремя, возникнет проблема у партнеров-контрагентов. Налоговая стала отказывать в регистрации этих накладных предприятию — импортеру товаров из Индии и Китая: предлоги, по словам юристов, были надуманные. Перестали принимать и отчетность. А спустя время пришли «тревожные звоночки» от контрагентов: фирму якобы объявили фиктивной. А «налоговая яма» — это фактически приговор.

Ловля на живца

Вариация «фокуса» с накладными — в ходе сверки взаиморасчетов: налоговики отправляют запрос о подтверждении факта поставок услуг либо товаров в налоговую по месту обслуживания поставщика. Просят прислать документы, подтверждающие операции, указанные в накладных. Но запросы, как правило, не проходят: на месте оперативно ставят штамп «отсутствует по месту регистрации», что является поводом для признания контрагента фиктивным. В первую очередь предприятие несет репутационные убытки. А из-за невозможности сверки его ликвидируют в принудительном порядке судебным решением.

Еще один метод можно назвать «ловлей на живца». Сам он не нов: на предприятие присылают «подсадного» клиента, который остается недовольным услугами и пишет жалобу. Проверки, приезжающие вслед за этим, могут парализовать деятельность компании. В случае с кременчугской компанией «Креминь Нафта», реализующей бензин через сеть из семи АЗС в Кременчуге и районе, метод получил любопытное развитие: «недовольный потребитель» приехал на заправку еще в феврале этого года, а проверка нагрянула в офис компании аж 20 мая.

«Накрыли все объекты одновременно и… ничего не нашли, кроме легального топлива, на которое имелись все необходимые документы, — сообщили в компании. — Но не уходить же с „пустыми“ руками (в прямом и переносном смысле), поэтому изъяли 180 тонн топлива и передали нам же на хранение на нефтебазу „до выяснения“».

ОФИЦИАЛЬНО

В пресс-службе Министерства доходов и сборов нам сообщили, что у них отсутствует информация о возрождении коррупционных пирамид как в целом по стране, так и в регионах. Налоговики соглашаются только с тем, что проблема коррупции все же существует. Например, только в марте и апреле 2014 года за служебные преступления было открыто 75 уголовных производств в отношении сотрудников министерства. Причем 11 из них — по признакам коррупции. Однако в результате расследования преступлений было осуждено всего четыре чиновника.