В последнюю неделю курс доллара к гривне вновь пошел вверх. Связано это с нестабильной ситуацией в правительстве и, вследствие этого, неопределенными перспективами получения кредита МВФ. Если его не будет, гривна может упасть еще ниже. О том, каково на самом деле будущее национальной валюты, «Репортеру» рассказал экономист Алексей Плотников

1. Стоит ли ожидать средств от Международного валютного фонда?

Изначально представители МВФ обещали предоставить нам второй–четвертый транши по четко установленному графику: 24 июля, 25 сентября и 15 декабря. То есть второй должен был уже поступить. Потом Фонд сообщил, что очередной транш, может быть, будет в августе, и то если выполнятся определенные условия. Отсрочка перечисления денег МВФ привела к тому, что доллар «поехал» на межбанковском и наличном рынке, появилась неуверенность. На скачок курса повлияли и необдуманные заявления и действия регулятора. Мне совершенно не нравилось отношение Нацбанка к курсу и при предыдущем руководителе (Степан Кубив. — «Репортер»), не нравится и при действующем.

2. А что вы хотите услышать от главы НБУ?

То, что Нацбанк будет выполнять свою функцию, зафиксированную в Конституции, а значит будет обеспечивать стабильность национальной денежной единицы.

3. На прошлой неделе глава НБУ Валерия Гонтарева заявила: одно из главных обязательств регулятора — переход к гибкому валютному курсу. Кроме того, в ближайшем будущем должны быть сняты ограничения на валютном рынке. Разве не позитивный сигнал?

Гибкий валютный курс — это хорошо. Но у Нацбанка есть функция обеспечения стабильности национальной единицы. Одно другому не противоречит. Стабильность не означает фиксированность. Гривну не должно лихорадить вниз-вверх. Главе Нацбанка следует быть аккуратней в заявлениях. На фоне этого заявления Валерия Гонтарева сделала другое — сказала, что параметры инфляции будут громадными: 17–19%. Каким станет курс после таких заявлений? При этом нет никаких сигналов от регулятора, что «в случае если» Нацбанк готов выйти на валютный рынок, провести интервенцию и, соответственно, поддержать гривну.

4. НБУ 18 июля отменил обязательную продажу на межбанке валютных переводов из-за рубежа в пользу граждан на сумму свыше 150 тысяч грн в месяц. Это же хорошо?

Эти переводы и решение НБУ не делают картины ни на межбанке, ни на наличном валютном рынке. Намного важнее готовность регулятора поддерживать курс и публичная демонстрация этой готовности. И в большей мере — внешнее финансирование. Так мы опять возвращаемся к вопросу денег МВФ и необходимости провести секвестр госбюджета — как обязательный шаг Кабмина для того, чтобы фонд принял решение дать денег.

5. Премьер-министр Арсений Яценюк пошел на уступки и отказался урезать финансирование чиновникам в госбюджете-2014. Устроит ли это МВФ?

Не в такой степени МВФ вмешивается в деятельность правительства, чтобы жестко диктовать, как и в какой мере нужно секвестрировать бюджет. Пожелание кредиторов — сбалансировать бюджет по доходной и расходной частям, а вот по каким конкретно статьям — прерогатива правительства.

6. Существуют ли альтернативные источники наполнения бюджета, чтобы отказаться от секвестра?

В ситуации военных действий, когда останавливаются экспортно ориентированные предприятия, сложно найти альтернативу. Мы упираемся в то, что нужно постараться завершить военные действия и перейти к восстановлению как инфраструктуры, так и предприятий Луганской, Донецкой областей. Косвенным путем на украинскую экономику влияют и санкции ЕС по отношению к России. Скажем, после них рынок для того же АО «Мотор Сич» закрывается бесповоротно, а это — потеря рабочих мест, выручки и налогов, которые могли быть уплачены в украинский бюджет.Вопрос лежит в плоскости восстановления мира.

7. Если МВФ не даст денег или даст их нескоро, каким будет курс гривны осенью?

Нехорошим, но я не хочу нести ответственность за цифру, которая может повлиять на валютный рынок уже завтра.