Иосиф Сталин, Добрыня Никитич, Владимир Красно Солнышко, княгиня Ольга — плотность исторических имен на квадратный километр бывшей столицы Древлянского княжества зашкаливает. Когда-то здесь был главный очаг сопротивления экспансии киевских князей Рюриковичей. Дух свободы, приправленный ароматом местных дерунов, до сих пор витает над городом

Чем хороша автомобильная турпоездка в Коростень — отдыхать начинаешь сразу поcле выезда из Киева. Прямо за рулем. Как только позади остается череда бурно растущих пригородов, трафик сразу сходит на нет. Урбанистические пейзажи сменяются спокойными равнинными панорамами Полесской низменности. Под колесами стелется гладенькая бетонка М-07 с широченными обочинами, на которые съезжают правыми колесами вежливые водители фур, чтобы их удобнее было обгонять. По неписанному дорожному этикету следует отблагодарить дальнобойщика аварийкой и получить ответную вспышку дальнего света в спину, мол, «всегда пожалуйста». Дорога занимает менее двух часов, и это лишь один из приятных бонусов интереснейшего тура в древний Искоростень, который запросто можно организовать самостоятельно.

Парк древлянского периода

— То, что здесь было до 2005 года, и то, что сейчас, — небо и земля. Этот парк я называю Древлянской Русью, — со сдержанной гордостью представляет мне свое творение пожилой скульптор Игорь Семенович Заречный. Опираясь на трость, он, прихрамывая на правую ногу, ведет меня на смотровую площадку городского парка им. Островского, который террасами спускается к скалистому берегу речки Уж. Всего десять лет назад это был большой пустырь, а теперь — центр всех культмассовых мероприятий и просто любимое место прогулок горожан любых возрастов. Мощеные дорожки, удобные лестницы, видовые беседки, прохладные фонтаны и целый комплекс скульптур. Главная из них блестит позолотой на вершине 33-метровой скалы.

— Древлянский князь Мал из рода Низкиничей, первая моя работа в Коростене. С этой стороны очень мощно смотрится, — скульптор указывает на семиметровую приземистую фигуру витязя, опирающегося на огромный меч в половину роста. — Попросили меня создать такой образ, чтобы коростеньские женщины в него сразу влюбились. И правда, красавец вышел. Ночью, когда сзади подсвечен, он буквально плывет над городом.

Вообще, скульптуры у Заречного получаются очень выразительные, с одухотворенными лицами и живыми глазами. Говорит, талант портретиста в нем открылся только в 33 года, когда он, офицер-артиллерист, пошел учиться в художественную академию. Его первая скульптурная работа — памятник Ленину в Десне — недавно стала жертвой «ленинопада», зато фигуру Суворова со шпагой наголо и сейчас можно видеть на территории Киевского военного лицея им. Богуна, бывшего суворовского училища. Комплексу из пяти памятников в Коростене скульптор посвятил во-

семь лет, которые считает своим лучшим периодом творчества.

— Мал — это знаковая фигура для Коростеня, он возглавлял борьбу против Киева, — объясняет Игорь Семенович выбор героя первого памятника заказчиками из гор-исполкома. — Когда киевский князь Игорь Рюрикович пришел к древлянам за данью, собрал с них положенную мзду, а потом вдруг решил вернуться и потребовать еще, люди возмутились.

И Мал стал в оппозицию к центральной киевской власти. Игоря схватили и убили — разорвали надвое, привязав к верхушкам берез. Такой вот средневековый сепаратизм. Самое интересное, что Мал после этого посватался к вдове Игоря княгине Ольге. Вдумайтесь, убил мужа и сразу послал сватов! Первое посольство княгиня закопала живьем, второе сожгла в бане, а потом предала огню и сам Искоростень.

— Конфронтация возникла, поскольку в Киеве с 882 года правила династия Рюриковичей — пришлых, не славян, — выдвигает свою версию истоков противостояния местный историк Александр Дзыга, присоединившийся к нашему разговору. Он невысокого роста, но коренастый, как обычно описывают древлян. — После смерти Игоря князь Мал был готов идти на сближение с Киевом, предлагал закрепить союз династическим браком с Ольгой. Та поначалу отвергла эту идею, причем в крайне жестокой форме. Но женщина она была мудрая, позже поняла, что союз полян с древлянами нужен. От брака ее сына Святослава с княжной Малушей, дочерью Мала, родился князь Владимир Великий. Вот он, рядом с матерью, Игорь Семенович изобразил его еще мальчиком. Так что наполовину Красное Солнышко был наших древлянских кровей.

— А это княгиня Ольга, немолодая уже, но красивая женщина, спускается с горы к речке, — подхватывает скульптор. — Она сюда неоднократно возвращалась после тех трагических событий. Видите, на камне написано: «Купальня княгини Ольги». А вон там, если сверху посмотреть, выдолблена лунка. Когда на эти камешки в воде садишься, получается гидромассаж. Говорят, врачи рекомендовали княгине принимать здесь водные процедуры. Местные так и поступают, — мой собеседник кивает на мамашу, купающую ребенка в потоке.

Последним из древлянского цикла скульптур Игоря Заречного в 2012 году стал былинный герой Добрыня Никитич, брат Малуши и, соответственно, дядя Владимира. По одной из версий, воевода и ближайший доверенный великого князя также был из рода древлянских князей Низкиничей. Теперь скульптор работает над грандиозным монументом Максиму Зализняку и Ивану Гонте в Умани. Но готов вернуться на древлянскую землю, если снова позовут.

— Хотел создать тут аллею местных героев Советского Союза, — говорит Заречный. — Но времена поменялись, теперь другим героям нужно памятники ставить. Вы слышали о «бункере Сталина»? На том берегу, под горой, где пушки стоят. Обязательно сходите, не пожалеете.

Ставка Сталина в отставке

— Связь, электроэнергия, вода, канализация, принудительная вентиляция — все свое, все действует, — говорит подполковник запаса Олег Бошаков и в подтверждение своих слов щелкает рубильником. Раздается громкий гул, и громоздкий допотопный компрессор оживает, разгоняя ветерок по воздуховодам вдоль подземных коридоров. Теперь я начинаю верить, что воду из здоровенного посеребренного резервуара можно безопасно пить, стоки все так же исправно выводятся в реку какими-то неведомыми путями, а гербовый телефон соединяет чуть ли не напрямую с Кремлем.

— Объект «Скала» строился в 1935–1937 годах на основе естественных пещер в гранитной круче, в которых еще древляне прятались от мести княгини Ольги, — Бошаков оглашает послужной список подопечного объекта. — Бункер задумывался как командный пункт Коростеньского укрепрайона, который растянулся на 180 км по фронту вдоль тогдашней советско-польской границы. После 1939 года, когда граница отодвинулась, был законсервирован, здесь держали только приписной состав. В начале войны здесь целый месяц удерживала оборону 5-я армия генерала Потапова, а бункер служил ей узлом связи. Немцы его обследовали, но использовать не стали, как и наши после войны. А потом он перешел в ведение гражданской обороны.

Инфраструктура бункера была восстановлена в 1980-е годы, когда его переоборудовали под бомбоубежище на случай ядерной войны. Почти вся оригинальная техническая начинка с тех пор сохранилась.

— Он у нас единственный действующий в Украине, да и на всем постсоветском пространстве. Мы тут впереди планеты всей, — уверяет Олег Георгиевич, возглавляющий в горисполкоме отдел по вопросам гражданской защиты. Идею коростеньского городского головы Владимира Москаленко дать заброшенному бункеру новую музейную жизнь он воплощает уже девять лет. Его личная коллекция противогазов, собранная за годы службы в учебном центре химиков-разведчиков в Стрые, легла в основу самой большой в Украине экспозиции средств индивидуальной защиты.

— Противогазы у нас — начиная с Первой мировой войны и заканчивая современными. Вот, например, самый первый противо-газ-торба для боевых лошадей.

А это уже современный лошадиный противогаз. Интересный противогаз-шлем для раненных в голову — видите, какой большой. А это мой личный БПФ «Хомяк», до 1985 года был секретным.

В бункере 140 метров коридоров, 36 комнат — и большая часть уже наполнена экспонатами. Вот узел связи, работавший в годы войны. Склад продуктов с консервами на полочках соседствует с еще не оборудованной столовой. В оружейной комнате выставлены образцы стрелкового оружия тех времен, включая лендлизовский «Томпсон». Ржавый, но самый настоящий пулемет «Максим» в стационарном исполнении — такие применялись в дотах — скоро будет дополнен имитацией амбразуры с рабочим местом пулеметчика. А вот и самая главная комната: кожаный диван, рабочий стол, зеленая лампа и два казенных черных телефона.

— Кабинет товарища Сталина! — торжественно объявляет комендант подземелья. Выдерживает драматическую паузу, чтобы я успел удивиться, и лишь затем поясняет: — На самом деле это рабочее место командира укреп-района. Нет никаких свидетельств, что Сталин когда-либо здесь бывал. Но если бы война пошла иначе, по разработанной Жуковым директиве упреждающего удара, тогда здесь вполне могла быть ставка верховного главнокомандующего и, возможно, работал бы сам главком.

— А если вдруг сейчас возникнет необходимость в бомбоубежище? — затрагиваю я больную тему.

— В любой момент музей может превратиться в запасной пункт управления Коростеньского горсовета, — твердо отвечает подполковник запаса. — Все линии связи выведены, запас воды есть, кабинеты расписаны. Здесь городской голова будет работать, напротив — два заместителя, военком и начальник милиции. Город у нас небольшой, но стратегический, важный железнодорожный узел. Пять веток железной дороги — все юго-западное направление отсюда открывается. Должны быть готовы ко всему, врасплох нас не застанут. Но лучше пусть приезжают к нам с миром, просто на деруны.

Картошка с гонором

— Дерунчики пышные, мягонькие, хрустящие — это самое вкусное, что есть у нас в городе. Все их любят, — приговаривает розовощекая и улыбчивая хозяйка Екатерина Владимировна Табалюк, выкладывая на тарелку золотистые картофельные блинчики. Отведать коронное блюдо полесской кухни мне довелось в кафе «Диетическом» со столовской обстановкой и копеечными ценами. Скромное заведение входит в городскую сеть общепита «Коростеньхарч», которая взяла сразу два призовых места на прошлогоднем фестивале дерунов.

— Подбираем картошку одного сорта, домашнюю, свежую, с тоненькой кожицей, — делится своими секретами Табалюк. — Моем, чистим, трем на самую мелкую терку. Добавляем яйцо, немного муки, перетертого лука и масла. Взбиваем хорошенько, ложкой выкладываем на сковородку, обжариваем с двух сторон и кладем в горшочек с дополнительными ингредиентами. Деруны могут быть с сыром, сметаной, луком, шкварками, мясом, грибами… Да с чем хотите! Главное, чтобы были свежие и горячие, прямо со сковородки.

— С детства ел деруны — с мачанкой, с сыром или просто сухие, — подтверждает популярность блюда историк Александр Дзыга, коренной коростенец. — Вроде бы их везде в Украине делают, но только у нас к ним относятся с таким пиететом. Здесь это вторая еда после хлеба.

Бывший учитель истории, а теперь заместитель городского головы, Александр Алексеевич отвечает за организацию Международного фестиваля дерунов в Коростене. Кроме традиционного праздничного шествия во славу деруну, мастер-класса от мэра и множества конкурсов каждый год бывает какая-то изюминка. То единственный в Украине памятник деруну открывают, то пекут самый большой в стране дерун, то проводят дерунярские выборы. В этом году тема праздника также будет актуальной: «Деруны объединяют страну».

— Пригласим делегации со всех областей, включая Автономную республику Крым, — раскрывает планы организатор. — А самый большой дерун испечем в форме Украины, и каждый регион будет иметь свой вкус. Покажем, что все мы разные, но при этом едины.

Культ дерунов в Коростене имеет крепкую идеологию, собственную мифологию и символику. На открытие праздника гости обязательно приходят в национальных костюмах, дружно исполняют гимн дерунам, написанный местной поэтессой, поднимают флаг фестиваля, а в конце чествуют не только лучших поваров, но и самых больших обжор — тех, кто умудрился затолкать в себя по 2,5 и больше килограммов жареного картофеля. Организаторы убеждены, что благодаря их кулинарному празднику все больше людей в Украине и за рубежом узнают о Коростене как об интереснейшем туристическом центре, бывшей древлянской столице, а возможно, и предшественнике Киева.

— Когда археолог Звездецкий доказал, что Коростеню минимум 1300 лет, академик Петр Толочко его предупредил: «Борис, ты можешь копать дальше, но смотри, чтобы Коростень не оказался старше Киева», — смеется заместитель мэра. — Но тут копай не копай, а факт налицо: Киев был основан древлянами как форпост на восточной окраине Древлянского государства! Так что город у нас с гонором, независимый, самостоятельный. Никогда перед центральными властями не пресмыкаемся. На нашем гербе девиз: «Не сгорает в пламени». Жгла нас Ольга в 946 году, жгли монголы в XIII веке, жгли немцы во время Второй мировой войны. Потом был огонь Чернобыля. Но каждый раз город возрождался из пепла.