Вопрос финансирования восстановительных работ в зоне АТО стал одним из краеугольных камней минских договоренностей президента Петра Порошенко, а также одной из важнейших тем его переговоров с союзниками за рубежом. Пока власть ищет деньги на реконструкцию Донбасса после войны, «Репортер» попытался разобраться, кто и за какие деньги смог бы взяться за этот проект

С каждым днем все больше

— Вот сюда спрячь свою сумку, чтобы под дождем не намокла, — 70-летняя сухонькая старушка, которую все здесь зовут просто тетя Катя, машет в сторону небольшого погреба. — Вот здесь я пока ночую, а дочка с внуками комнату в городе сняла.

Двор тети Кати представляет собой весьма удручающее зрелище: от четырехкомнатного дома и летней кухни остался только обломок стены. То тут, то там штабелями лежит кирпич — хоть сколько-нибудь сохранившиеся остатки старушка с соседями выбирают из-под завалов и аккуратно откладывают на будущее. Сегодня коммунальные службы Славянска прислали мусоровоз с трактором — они убирают совсем уже негодные обломки.

В начале июля, когда бои за освобождение Славянска вошли в активную стадию, во двор за несколько часов артобстрела попало девять снарядов. В соседний дом слева, где под небольшим навесом дремлет еще более ветхая старушка Ольга Семеновна, — еще пять. Соседям справа «повезло» — два снаряда лишь повредили крышу, ее сейчас заново кроют недешевой черепицей.

В целом поселок Целинка по сравнению с остальным городом, где к середине августа о боевых действиях уже почти ничто не напоминает, выглядит как поле брани. Местные жители рассказывают, что по блокпосту сепаратистов, расположенному на выезде из поселка, украинская артиллерия стреляла два дня. В результате различные степени повреждения получили 30 жилых домов.

В городе, как и в целом в освобожденных от повстанцев районах Донбасса, подсчеты ведутся на месте, параллельно с восстановительными работами. Информация поступает неточная, основанная нередко на заявлениях пострадавших, и обобщается уже в Киеве. Так, по данным Совета нацбезопасности и обороны, на 12 сентября убытки от боевых действий составили почти $1 млрд гривен. В СНБО говорят о разрушении 4,5 тыс. жилых домов, 4,7 тыс. объектов системы энергоснабжения, 217 объектов образования, 132 промышленных объектов, 45 объектов здравоохранения.

В опубликованном на прошлой неделе отчете Управления ООН по координации гуманитарных вопросов цифры более скромные: по подсчетам всемирной организации, потери равны $440 млн. Составить общую картину помогла бы инспекция, однако Минрегионстрой не провел ее до сих пор даже на территориях, подконтрольных Киеву. «Решение несколько раз откладывалось из-за активных боевых действий», — пояснили «Репортеру» в министерстве.

Позиция Минрегионстроя резонна, ведь, несмотря на достигнутые договоренности о перемирии, разрушение Донбасса продолжается. Бои на востоке на протяжении последних двух недель практически не стихают. В ходе военных действий за это время пострадали, в частности, Луганская теплоэлектростанция, донецкий рынок «Трудовской», несколько газопроводов и многоквартирных домов.

Бизнес спасет себя сам

Начало сентября в Северодонецке жаркое, как и по всей Украине. Сергей, 40-летний полный мужчина в одной майке и шортах, таскает из старенького микроавтобуса листы пластиковой вагонки к небольшому обгоревшему киоску. Его бизнес — маленькая пивная на три столика на подъезде к городу. Говорит, сюда во время боев попало несколько гранат. Сам Сергей с семьей уехал из города еще в июне, пережидал, пока закончатся бои, у родственников в Харькове.

— Надо восстанавливаться, пока тепло, пока пиво пьют. Я как назло под это дело в прошлом году кредит брал, небольшой, но прощать мне его никто не собирается, — поясняет он, остановившись на перекур, пока двое рабочих прилаживают вагонку к киоску.

Убытки коммерческих структур от боевых действий, похоже, полностью лягут на их плечи. Такую ситуацию констатируют даже наиболее пострадавшие от войны предприятия инфраструктурной отрасли: водо- и электроснабжающие компании, железная дорога. Так, по словам министра инфраструктуры Максима Бурбака, ущерб государственной «Укрзализныци» составляет около 880 млн грн. Ведомство заявляет о потере 220 вагонов, разрушении 17 мостов и переездов, пяти подстанций, повреждении 1,7 км железнодорожного полотна.

Похожая ситуация и у энергетиков. Так, директор по дистрибуции и сбыту электроэнергии компании ДТЭК Игорь Маслов предварительно оценивает ущерб более чем в 100 млн грн — наряду с вышедшими в результате артобстрелов из строя подстанциями на электростанциях, в компании говорят о разрушении минимум 200 линий электропередачи и повреждении ряда угледобывающих шахт, в частности одной из крупнейших в стране — «Комсомолец Донбасса».

— Мы, конечно, надеемся, что государство разработает механизмы компенсации затрат на восстановление инфраструктуры. Но сейчас восстанавливаем все полностью за счет наших средств, — комментирует Маслов.

Шахты — еще одна боль региона. В Независимом профсоюзе горняков отмечают, что большинство угледобывающих предприятий находится в весьма плачевном состоянии. Некоторые из них, например «Октябрьский рудник» возле аэропорта Донецка, полностью разрушены, некоторые — «Трудовская» возле Марьинки, «Ясиновско-Глубокая» возле Макеевки, «Прогресс» возле Тореза, «Енакиевская» — затоплены. Из-за повреждения взрывами линии электропередачи теперь не работают насосы, которые откачивают воду из шахт.

Восстановление многих устаревших, дотационных шахт может оказаться просто нерентабельным, опасается глава профсоюза Михаил Волынец:

— Минэнергоугля предлагает ликвидировать 29 шахт и законсервировать еще 26 под предлогом разрушения или того, что они находятся на оккупированной территории. Но ведь тогда тысячи шахтеров останутся без работы и средств к существованию. Кроме того, затопленные шахты несут угрозу экологии в связи с возможным загрязнением подземных вод, к тому же есть риск подтопления жилых зданий.

С миру по нитке

На улицах Целинки не стихает гул — у соседей через двор идут восстановительные работы. Жители побогаче, не дожидаясь помощи, перекрывают крыши, залатывают дыры в стенах. У одного из дворов не слышно привычной строительной ругани. Здесь работают прихожане местной евангельской церкви «Добрая весть» и приглашенные ими волонтеры из Киева.

— Мы пришли в мэрию, попросили список заявок, поехали, посмотрели, что и как, — рассказывает пастор «Доброй вести» Петр Дудник, улыбчивый мужчина за 40. — У многих банально нет средств, компенсации от государства если и будут, то непонятно когда. Ну, мы и решили помочь по-христиански.

Сейчас волонтеры церкви кроют крыши — выбрали дома, где такие работы могут спасти жилье от дальнейшего разрушения. В дальнейшем хотят предложить местным типовые домики из легких конструкций взамен полностью разрушенного жилья. Были бы пожертвования и добрые люди в помощь.

Поиском пожертвований занят и президент Петр Порошенко. Именно это было основной целью его последних зарубежных визитов, заявил недавно журналистам глава государства. Ведь, согласно достигнутым в Минске договоренностям о прекращении огня, Украина обязуется финансировать из бюджета восстановительные работы даже на территориях, находящихся сейчас под контролем сепаратистов. Это, хотя и в рамочной форме, закреплено также в нашумевшем законе об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей. Правда, премьер-министр Арсений Яценюк уже уточнил: деньги получат те регионы, где «будут обеспечены мир и присутствие украинской власти, в том числе местной, легитимно избранной».

Потенциальная форма обеспечения финансирования, над которой сейчас работают президент и правительство, — создание специального «восстановительного» фонда, наполнять который предполагается из пожертвований украинских олигархов, за счет международной донорской помощи и средств госбюджета. Петр Порошенко уже объявил о планах проведения некой «донорской конференции», а министр финансов Александр Шлапак предложил международным финансовым институтам присоединиться к проекту.

Советник представительства Европейского банка реконструкции и развития Антон Усов называет подобную схему «непривычной»:

— С нами в правительстве ее еще не обсуждали, но могу сказать, что ЕБРР обычно участвует в финансировании конкретных инфраструктурных проектов — строительство дорог, водопроводов, железнодорожных путей, — а не в наполнении фондов.

Предварительную заинтересованность в финансировании работ на этой неделе выразили представители Всемирного банка. Не говоря о конкретных суммах, вице-президент банка по Европе и Центральной Азии Лора Так уже поставила условие: инспекция нанесенного ущерба совместно с ООН и Евросоюзом для проверки заявленных сумм и выбора приоритетных объектов.

— Говорить о подобном долгосрочном и масштабном кредитовании сейчас трудно, это будет похоже на политические спекуляции, — отмечает Антон Усов. — Кредиты всегда нужно отдавать, а нынешняя ситуация с украинским бюджетом никак не вселяет уверенность в инвесторов. Возможно, иностранные партнеры Украины предложат какую-то безвозмездную помощь или особые условия, но это вопрос сугубо политический.

В любом случае восстановить хотя бы небольшую часть разрушенного жилья до зимы никак не удастся. По оценкам гендиректора девелоперской компании ТММ Николая Толмачева, даже в случае бесперебойного финансирования на это уйдет как минимум год. А Антон Усов из ЕБРР считает и эти сроки слишком оптимистичными: «Начинать какие-либо работы до установления мира, на наш взгляд, бессмысленно».