Девальвация гривны из фактора, смягчающего экономический кризис и стимулирующего рост экономики, превратилась в серьезный дестабилизатор. В минувший вторник курс вплотную приблизился к отметке в 15 гривен за доллар. Еще немного — и стоимость отечественной денежной единицы в два раза превысит показатель, который страна имела в конце 2013 года. Почти двукратная девальвация гривны поставила Украину на первое место в мире по темпам удешевления национальной валюты. Незавидное первенство содержит в себе огромные риски

Гривна начала падать в конце января 2014 года, когда противостояние на Майдане вошло в горячую фазу, но тогда Нацбанку еще удавалось сдерживать курс, не отпуская его далеко от отметки в 8 гривен. Обвал начался уже после бегства Виктора Януковича, аннексии Крыма и прочих памятных событий. Нацбанк не смог погасить панику населения, скупающего валюту и вычищающего долларовые и евровые депозитные портфели банков. Ситуацию усугубил кидок владельцев валютных депозитов проблемных банков. Ни один банк не был докапитализирован и спасен, все финучреждения, признанные неплатежеспособными, отправили на ликвидацию. Вкладчики же получили свои доллары в гривневом эквиваленте по заниженному курсу. В то же время ряд крупнейших банков получил огромные суммы рефинансирования, значительные части которых ушли на валютный рынок, еще более подогрев девальвацию. В апреле, накануне получения первого транша от МВФ, курс стабилизировался на уровне чуть менее 12 гривен. Но штиль снова сменился штормом уже в августе, когда стало понятно, что антитеррористическая операция в Донбассе не обернется быстрой победой, а крупнейший промышленный регион страны подвергся невиданным разрушениям.

Уже не здраво

Курс в 15 грн за доллар говорит об одном: ситуация перестала быть контролируемой. Теперь глава Национального банка совещается с главами крупнейших банков не сама, а при участии премьера и президента. Дело в том, что падение нацвалюты не привело к выравниванию платежного баланса. Его дефицит по итогам января-июля составил $4,5 млрд, а к концу года дойдет до $7,5 млрд. Импорт упал почти на 20% — это не стало спасением для гривны, но нанесло значительный урон бюджету, зависимому от импортных пошлин.

По итогам текущего года инфляция достигнет 19%, что серьезно ударит по уровню потребления. Как минимум треть ассортимента супермаркетов — импортные товары. А значит, розница просядет, а украинцы обеднеют.

Автомобили уже стали роскошью. Их продажи за полгода рухнули на 50%, спрос на квартиры упал двукратно. Застройщики, имевшие валютные кредиты, вынуждены фиксировать цены в долларах, что, конечно, отпугивает покупателей. Значительная часть граждан стала фактически невыездной: стоимость иностранной валюты низвергнула в пропасть туристическую отрасль.

Население уже не является ключевым игроком на валютном рынке, объемы торгов валютой скромные. Это говорит о том, что граждане не готовы покупать иностранные деньги по любой цене — всему есть предел. Зато велик спрос на валюту со стороны государства, обремененного выплатами внешних долгов. Девальвация гривны усложняет расчеты по старым долгам, которые сейчас покрываются не за счет генерации денег экономикой, а за счет новых кредитов. Минфин уже сегодня говорит о том, что будет просить МВФ об увеличении финансирования в 2015 году.

Быстро растущий госдолг станет сдерживающим фактором развития экономики в будущем. Если только, конечно, Киев не надеется на списание. Кроме того, существует критический импорт — это газ. И не важно, российский или реверсный — за него платят в валюте. На фоне стремительно падающей гривны торги вокруг цены на газ выглядят не столь убедительно. Так, стоимость газа, закупаемого через Словакию, составляет $360 за тыс. м³. С учетом почти двукратной девальвации гривны для украинских потребителей (и бюджета) это все равно что цена в $720 в 2013 году. Одним словом, неподъемная.

Минусы перевешивают плюсы

Надежда на то, что низкий курс гривны при всех негативах даст импульс экспорту, оправдалась не до конца. Безусловно, девальвация валюты снизила себестоимость производства и нагрузку на фонд заработной платы предприятий, ориентированных на экспорт, в частности металлургических и аграрных. Но позитивный эффект имеет свой предел. Ведь ценовые преимущества не всегда означают рост продаж: рынки сбыта ограничены, а конкуренция на них высока. Особенно это касается меткомбинатов, которым все сложнее продавать полуфабрикаты, поскольку все большей востребованностью даже на развивающихся рынках пользуются продукты высоких переделов.

И даже те выгоды, которые получили вследствие девальвации экспортеры, не всегда оборачиваются плюсом для государства. Так, обязательство для экспортеров продавать 100% валютной выручки побудило тех придерживать иностранные денежные знаки, не спеша заводить их в страну. На прошлой неделе Нацбанк снизил это требование до 75%, но пока не ясно, как отреагируют на послабление экспортеры. Насильственная дедолларизация украинской экономики при отсутствии перспектив роста заставит получателей валютной выручки фиксировать ее на счетах офшорных компаний, подстегивая отток капитала. Вопрос: хотят ли владельцы таких активов жить и отдыхать в Украине? Точно далеко не все.

Десятки миллиардов долларов сегодня находятся на руках у населения. В условиях, когда доверия банкам нет, дотянуться до этой валюты государство может только одним способом — вследствие тотального обнищания граждан, для которых продажа валюты станет единственно возможным выходом. Но и в этом случае не факт, что валюта будет продана (положена на депозит) в банки, а не реализована на черном рынке, где курс сейчас выше.

Инвесторы stand-by

Дешевая валюта может перезапустить экономику.

Инвесторы любят входить в рискованные проекты в нижней точке. Украина становится дешевой страной, в которой при определенных условиях выгодно вести бизнес. Ведь, с точки зрения иностранца, стартовый капитал на организацию бизнеса в нашей стране значительно снизился. В сочетании с резко подешевевшей рабочей силой и экономическими реформами этот факт может сыграть положительную роль, и восстановление экономики пойдет по восходящей кривой.

Но для этого нужно, чтобы над ней перестал висеть дамоклов меч новой волны девальвации. У инвестора должна появиться уверенность, что экономика непременно начнет свое восстановление, а не упадет «ниже дна». Каким бы ужасным ни был конец для украинской гривны, будь то 20 грн за доллар или 50, его скорейшее приближение лучше, чем ужас без конца. Продолжительное падение способно окончательно вычеркнуть Украину из перечня возможных объектов инвестиций.

Именно поэтому нынешний курс — проблема уже не только граждан, все более расстраивающихся при пересчете своей гривневой зарплаты в доллары. Избыточная девальвация стала важнейшим сдерживающим фактором роста экономики. А значит, или правительство и Нацбанк обуздают инфляцию, или страну ждет гиперинфляция и экономический упадок для целых поколений украинцев.