«Революция зонтиков» - как западная пресса успела назвать массовые акции протеста в Специальном административном районе (САР) Сянган (Гонконг) – не имеют шансов перерасти в полноценную революцию. Для этого нет никаких предпосылок. Но они уже стали самым большим примером уличной политики в Китае со времен жестокого силового подавления студенческой акции на площади Тяньаньмэнь в Пекине в 1989 году.

Фитиль для бомбы

Нам, сосредоточенным на собственных многочисленных проблемах последнего времени, потрясения в финансовом центре Восточной Азии кажутся совершенно неожиданными. На самом деле они вызревали очень давно. Когда после почти столетнего господства Великобритания в 1997 году возвращала Гонконг под юрисдикцию Китая, уже тогда было ясно, что обещанные 50 лет принцип «одна страна – две системы» соблюдаться не будет. С самого начала Пекин взял курс на постепенную «гонконгизацию» собственной экономики и «китаизацию» политической системы специального админрайона.

Источником текущего противостояния стал Основной закон Гонконга, оформленный за десять с лишним лет до начала эпохи «цветных революций». Текст документа был подписан англичанами и китайцами в апреле 1990 года как будущая конституция города после передачи суверенитета над ним Китаю. Статья 45 гласит, что первое время градоначальник будет избираться Комитетом выборщиков, члены которого определены на месте и утверждены Пекином. В конечном итоге, при определенных обстоятельствах, предполагается переход к всеобщему избирательному праву. Понятия «в конечном итоге» и «определенные обстоятельства» и стали предметом диспута властей и оппозиции, продолжающегося уже десять лет.

В апреле 2004 года Постоянный комитет китайского парламента высказался против всеобщего голосования на выборах главы города в 2007 году и заксобрания в 2008 году. В декабре 2007 года Пекин все же заявил о возможности перехода к прямым выборам, но не в 2012, а в 2017 году. По сути, власти отсрочили решение проблемы, но и оставили время для проведения консультаций и народного обсуждения.

В 2012 году Комитет выборщиков назначил новым главой мегаполиса Ляна Чженьина, который не раз негативно высказывался о демократическом движении. Тот факт, что правительственная газета «Народный ежедневник» в своей статье обратилась к нему «товарищ», породила слухи о членстве Чженьина в Компартии КНР (по Основному закону главный министр Гонконга обязан быть беспартийным).

Избрание Чженьина дало толчок к обсуждению грядущей реформы. В январе 2013 года адъюнкт-профессор права Гонконгского университета Бенни Тай опубликовал в Hong Kong Economic Journal статью с призывом к гражданскому неповиновению, если реформа будет «спущена на тормозах» Пекином. С этой статьи началось его движение «Оккупай Сентрал», оппоненты которого уже летом организовали первую крупную массовую акцию.

Обман доверившегося

Консультации по реформе завершились в июле 2014 года, и 31 августа Постоянный комитет китайского парламента решил: в 2017 году в Гонконге пройдут первые всеобщие выборы главы города. Однако Пекин будет определять всех трех кандидатов из бюллетеня, а затем и утверждать победителя в должности. Введение «административного фильтра» и, по сути, обман демократических сил вывел в сентябре на улицы сначала студентов, затем их преподавателей и других сторонников глубоких реформ.

После серии колебаний в конце минувшего месяца полиция Гонконга по команде из Пекина применила против безоружных и не предпринимающих никаких силовых захватов зданий протестующих горчичный газ и дубинки. В итоге, как и в Киеве, насильственные действия против студентов только увеличили силу протеста. Многие аполитичные горожане увидели в этом инциденте попытку установить в городе совершенно китайские нормы взаимоотношений между властью и гражданами. На Западе всерьез заговорили об угрозе повторения «трагедии Тяньаньмэнь». Но коллективное, а потому (в отличие от режима Януковича или Путина) более склонное к взвешенным решениям руководство КНР сначала взяло паузу, а потом пошло на переговоры с протестующими.

Официальный Пекин никогда открыто не признавал, что считает события 1989 года огромной ошибкой. Однако на 25 лет на практике было сделано очень многое, чтобы убедить Запад, что силовое подавление демократического протеста в КНР более невозможно. Тем более, в Гонконге, где ведущие мировые корпорации держат свои дальневосточные офисы именно в силу стабильности и либеральности тамошней политической системы. В итоге в китайской компартии решили тянуть время, давая протесту выдохнуться. В то же время, ястребы в руководстве КНР прибегли к опробованному в Киеве методу использования против протестующих «титушек». На выходных на митингующих студентов состоялась серия нападений представителей местного уголовного мира – легендарных триад. Либералы уже увязали эти атаки с намерением властей запугать протестующих, не прибегая открыто к использованию силовиков. Одновременно пауза используется для углубления поляризации в обществе Гонконга.

Сытый бунт

Такого раскола в настроениях жителей мегаполиса не было еще никогда. Одни: преимущественно, студенты, успешные бизнесмены, работающие в сфере финансовых услуг, ориентированные на Запад интеллигенты – радикально настроены на борьбу за политическую автономию САР. Другие: бедные слои, бизнесмены, завязанные на внутренний китайский рынок, менеджеры низшего и среднего звена – выступают с консервативных позиций, критикуют протестующих за урон городской экономике, инвестиционному имиджу и призывают не дразнить «китайского тигра». Раскол проходит внутри семей, между друзьями, в трудовых коллектив. Аналогично с событиями в Украине люди исключают друг друга из друзей в социальных сетях, перестают общаться, прекращают вести дела. Коммунистической партии выгодно опираться на гонконгский «антимайдан», выставляя оппозиционеров в роли возмутителей спокойствия, которые все равно ничего не добьются, но только сделают всем хуже.

Действительно против Пекина выступают те, кто в соответствии с принципами пирамиды потребностей по Маслоу уже достаточно материально обеспечены, чтобы бороться за право на достоинство и самовыражение. Никто из протестующих не говорит о том, чтобы отделиться от КНР. Напротив, они бы хотели, чтоб Китай стал другим. И в этом главная угроза происходящего для Пекина. При всех попытках официальных китайских СМИ изображать события в САР в той же тональности, в которой прокремлевские медиа описывали Майдан, зажиточная часть китайцев на восточном побережье внимательно следит за событиями, понимая, что за свои политические права борются их собратья. 95% жителей Гонконга – этнический китайцы. Поэтому провести эти события по рубрике «Их нравы» Пекину никак нельзя. А это значит, что если протест приведет к хоть каким-то уступкам со стороны режима, все остальные заработавшие достаточно, чтобы задуматься о политических амбициях, получили сигнал, что либерализация через протест возможна. Ни конфуцианская ментальность, ни репрессивный аппарат, ни постепенный рост благосостояния полностью помешать этому процессу не в состоянии.

Поворот не туда

Риском для мира из всего этого может быть то, что правящие круги КНР перед лицом соответствующих вызовов придут к тем выводам, к которым пришло руководство России: необходима мобилизация общества под националистическую повестку для маргинализации любой либеральной оппозиции. Не случайно в последние годы Китай проводит все более агрессивную политику в борьбе за морские границы со своими южными и северо-восточными соседями, укрепляет армию и поддерживает антизападные силы на мировой арене. Коммунистическая идеология очевидно исчерпывает себя. В Гонконге, кстати, ее симпатиков фактически вообще нет: есть автономисты и консерваторы, считающие, что рывок к свободе не стоит цены, которую за нее придется заплатить. А вот китайские националисты, воспитанные в вере, что Китай – это Срединная держава и самая древняя цивилизация живут, - живут по всей стране. Обострение споров за острова Сенкаку с Японией, за шельф Южно-китайского моря с Вьетнамом и Филиппинами, наконец, борьба за воссоединение с Тайванем – все это, будучи поднятым на знамени национальной повестки дни, легко позволит превратить оппонентов власти в «национал-предателей». Но если КНР пойдет таким путем, то украинский кризис покажется всем детским лепетом.