Выборы в Верховную раду всегда становились полигоном, на котором обкатывались изощренные технологии обмана, запугивания и подкупа избирателей. Не стали исключением и прошедшие внеочередные выборы в парламент. Корреспондент «Репортера» устроился в избирательный штаб одного из кандидатов и в течение нескольких недель наблюдал его работу изнутри. Все фамилии и имена героев этого репортажа изменены из соображений безопасности нашего журналиста

Мой друг, бывший сотрудник одной из спецслужб Украины по прозвищу Шваб, уже более 15 лет возглавляет службу безопасности очень крутого бизнесмена. На этой синекуре ему тепло и сытно. Однако иногда приходится серьезно напрягаться. Бывает, что его шеф, «владелец заводов, газет, пароходов» (в дальнейшем просто Шеф), подвергается серьезным угрозам: покушения, рейдерские штурмы, наезды силовиков. Для того чтобы противостоять этим и другим напастям, в распоряжении Шваба есть целая служба «волкодавов» из числа бывших оперов милиции и СБУ, «золотая книжечка с нужными телефонами» и просто светлая голова, которая позволяет «решать вопросы».

Но самая горячая пора начинается, когда шеф моего друга выставляет свою кандидатуру на выборах в ВР. Шваб вынужден обеспечивать безопасность не только начальника, но и всего предвыборного штаба. Действовать приходится по всем канонам войны: фронтовая разведка, шпионаж в тылу врага, контрразведывательная деятельность среди своих. Со Швабом координируют свою работу все руководители подразделений выборного штаба — от приглашенных из соседней северной страны политтехнологов до начальника силовой группы.

На нынешних выборах шеф Шваба выставил свою кандидатуру как мажоритарщик уже второй раз. В прошлый раз он прошел в ВР на ура, и для этого были веские основания. Фактически половина взрослых жителей города N работает на его заводах и фабриках. Мэр тоже имеет свой гешефт в виде хорошего куска хлеба с черной икрой благодаря протекции Шефа. Короче, все схвачено. Однако вся эта стабильность рухнула, когда случились Майдан и необъявленная война на востоке. Предвыборный расклад в привычном избирательном округе теперь не такой простой, как раньше. В общем, моему другу Швабу пришлось звать на помощь команду спасателей, в которую вошел и я.

ОБРАЗ ВРАГА

— На этих выборах все будет жестко, — заложив руки в карманы, Шваб прогуливается по своему кабинету. — У Шефа в округе появилось три реальных конкурента-мажоритарщика. Первый — сынок бывшего губернатора. Денег ему на выборы его папик отвалил достаточно. Но сам Сынок — хлипкий, как марлевые трусы. Говорить не умеет, нерешительный. Но может сработать репутация папаши: он местный, народ здесь его хорошо знает. При Советском Союзе был одним из секретарей обкома партии. Короче, кое-какой ресурс у Сынка есть — из уважения к отцу за него проголосуют пенсионеры-коммуняки. Второй — бандит и рейдер всеукраинского масштаба по кличке Флюгер, — рисует картину конкуренции Шваб. — Город М, второй по численности в нашем избирательном округе,
он считает своей вотчиной. Там находится несколько его крупных предприятий: масложиркомбинат, мебельная фабрика и с десяток «свечных заводиков» поменьше. В парламенте Флюгер отсидел уже три срока по разным партийным спискам. Отличается феноменальным нюхом на политическую ситуацию, при необходимости тут же меняет лошадей на переправе и легко входит в списки очередной правящей партии. Но на этих выборах у Флюгера что-то не срослось — места в партийном списке одной из партий власти для него не оказалось. А в парламент ему просто жизненно необходимо попасть, ведь иначе его люстрируют за тесные связи с Семьей Януковича, а могут и посадить за прошлые «косяки».

Шваб продолжает прохаживаться, не вынимая рук из карманов.

— Третий конкурент Шефа менее опасен. Это бывший член команды предыдущего губернатора. Прозвище — Полковник. Воевал в Афгане, стоял на Майдане. Успел потоптаться и в зоне боевых действий. Теперь вовсю пиарится на том, что он заслуженный герой Майдана и АТО. Хотя ни о каких реальных подвигах Полковника никто не слышал. Его поддерживают местные радикалы, а они народ безбашенный, так что тут надо быть начеку. Есть еще пара кандидатов помельче, но учитывать их как реальную силу не стоит — это технические фигуры Сынка и Флюгера. У наших ребят в оперотделе получишь полные досье на всех конкурентов. Составишь список возможных угроз и примерный план действий по их профилактике. В общем, самый опасный конкурент — Флюгер. По данным наших аналитиков и разведчиков, Сынок и Полковник тоже считают именно его своим основным противником. Нас они недооценивают, и это хорошо. На этом мы и сыграем, — дает мне практические наставления Шваб.

БОЙЦЫ НЕВИДИМОГО ФРОНТА

После совещания со Швабом иду знакомиться с руково-дителями подразделений предвыборного штаба Шефа. В основном это «варяги» — приглашенные специалисты. Почти все они живут от выборов до выборов, размеры полученных ими во время гонки зарплат и премий позволяют вести такой образ жизни. Однако есть тут и несколько «туземцев» — специалистов, хорошо знающих местные реалии и расклады.

За черный и белый пиар отвечает политтехнолог (в дальнейшем просто Технолог) — высокий москвич с чуть отвислым животом и застывшей на лице улыбкой. Технолог отвечает за прославление Шефа в прессе, интернете и на ТВ. Считает себя самым главным в штабе. Но в этом заблуждении Технолог не одинок. Все руководители отделов в глубине души уверены, что именно они играют первую скрипку в выборном оркестре. И только благодаря их усилиям кандидат получает заветное удостоверение
депутата ВР.

Женщина со строгим лицом и вечной сигаретой в зубах — это руководитель группы агитаторов, завуч местной школы (в дальнейшем Завуч). Агитаторов обычно набирают из числа социальных работников, учителей и просто безработных. В теории эти люди должны действительно агитировать — убеждать недоверчивых избирателей в том, что наш кандидат самый лучший, самый умный и именно благодаря ему уже на следующий день после выборов наступит настоящий рай. На деле же в большинстве штабов работа агитаторов кипит только на бумаге: эти люди лишь проводят опросы жителей и разносят по подъездам листовки. Еще чаще литература отправляется в макулатуру, даже не дойдя до почтовых ящиков. К чести Завуча, она знает все эти нюансы досконально и держит своих сотрудников в железной узде, пресекая попытки саботажа: шаг влево, шаг вправо — увольнение.

Толстый руководитель штаба по прозвищу Пончик помнит по именам и фамилиям всех «наших людей» в участковых избирательных комиссиях: секретарей, председателей, наблюдателей. По виду Пончик флегма: одевается немного неопрятно и постоянно ест, причем еду приносит с собой из дома. Между тем это действительно очень ценный кадр, без него вся работа штаба была бы бессмысленна. Пончик прекрасно помнит печальную истину: результаты выборов зависят не от того, кто и за кого голосует, а от тех, кто считает голоса. Поэтому практически каждый день в актовом зале он ежедневно проводит инструктажи, а также личные беседы с членами избирательных комиссий и наблюдателями.

Пятое звено по прозвищу Бухгалтер отвечает за хозяйственное обеспечение, снабжение, закупки и ведение черной и белой бухгалтерии всего выборного процесса. Грузный 55-летний Бухгалтер в прошлой жизни служил заместителем командира воинской части по снабжению. Человек въедливый и дотошный, но эффективный: способен доставать нужные для штаба ресурсы за считаные минуты.

Все пятеро — Шваб, Технолог, Завуч, Пончик и Бухгалтер — немного конфликтуют между собой, однако в решающие моменты они забывают о мимолетных спорах и работают как одно целое. Нужно отдать должное самому Шефу: перед выборами он не скупясь перекупил нужных людей у конкурентов. Когда речь идет о политическом выживании, торг неуместен.

СТРЕЛЬБА НА ПОРАЖЕНИЕ

Предвыборная гонка в нашем округе длится уже почти три месяца. Но, по словам Технолога, это очень короткий срок для того, чтобы вывести в лидеры не самого проходного кандидата.

— Мы ограничены во времени, поэтому все значительно ускоряется. И это сильно напрягает. Моя команда в первый раз в таких условиях работает, — на перекуре в штабе заявляет Технолог.

Три месяца назад его люди возглавили два местных телеканала и три интернет-портала, контролируемых Шефом. Здешние журналисты — лишь пешки в выборной гонке. Центральное место в новостях и аналитических программах местных СМИ тут же заняли хорошие новости о нашем
кандидате и плохие — о его конкурентах. У противника Шефа — Флюгера — есть свои козыри. Он фактически владеет двумя районными газетами, одним интернет-сайтом и кабельным телеканалом. Вот уже третий месяц через эти медиаресурсы на конкурентов мощным потоком льется грязь. Рецепт чернухи для каждого из них разработан свой. Сынка обвинили в «мажорной наглости», припомнив ему события пятилетней давности, когда тот попал в ДТП, сбив на пешеходном переходе нетрезвого мужичка. Потерпевший тогда получил от папаши Сынка солидную компенсацию и заявлений для прессы не делал, но даже в таком виде этот факт теперь пригодился в политической борьбе. Досталось и самому папаше: ему припомнили факты, относящиеся к началу 1990-х, когда тот, будучи партбоссом, успел «прихватизировать немалое количество предприятий области».

Полковнику журналисты «флюгерных» масс-медиа инкриминировали связи с местными бандитами, а также полным ходом стали разоблачать его мнимый героизм, якобы проявленный на Майдане и в зоне АТО. Местные акулы пера нашли людей, которые заявили на видео, что Полковник присвоил деньги, собранные на нужды его сотни на Майдане. А в зоне АТО он будто бы занимался мародерством, отбирал у местных жителей автомобили и бросил свой взвод под обстрелом.

По нашему кандидату черный пиар прошелся еще жестче: журналисты провели расследование и нашли факты, подтверждающие, что в прошлые годы Шеф незаконно выиграл несколько тендеров на строительство дорог и «распилил» бюджет крупной металлургической государственной компании. В вину Шефу также ставят участие в правящей коалиции прошлого созыва ВР.

Флюгеру тоже приходится почти каждый день отмазываться при помощи своих пиарщиков от выявленных фактов рейдерства и распила госбюджета. У него задача еще сложней: во времена, когда у власти была Семья, этот человек работал грубо и безжалостно, особо не заботясь о правовой стороне своего бизнеса. По информации «силового блока» нашего штаба, в отношении Флюгера уже открыты уголовные дела, и в случае проигрыша на выборах его могут привлечь к ответственности.

Все чернушные расследования, репортажи, статьи и программы внедряются в сознание масс почти круглосуточно. Тем не менее кандидаты делают вид, что это все — не о них. Загадочным образом они не теряют доброго расположения духа, улыбаются и ежедневно перерезают ленточки, открывая отремонтированные дороги, построенные под выборы детские площадки, жмут руки ветеранам. Сообщения об этих позитивных событиях составляют второй мощный информационный поток в подконтрольных им СМИ.

Не отстают и «бойцы уличного фронта» — агитаторы: все стены и столбы в районных центрах нашего избирательного округа заклеены листовками, а в парадных валяются пачки агитационных буклетов. Билборды сияют белозубыми улыбками кандидатов. Каждый из них обещает «богатство, стабильность и мир» уже завтра. Незримый бой с «наружкой» не прекращается ни на минуту, каждое утро в штабах подсчитывают потери. Неизвестные диверсанты за ночь успевают написать на плакатах баллончиками обидные слова и ругательства, а то и просто заляпать краской лучезарные улыбки участников предвыборной гонки. Иногда между расклейщиками листовок разгораются настоящие побоища. Прошлой ночью серьезно побили наших. Выясняем, кто именно. По предварительным данным, это были расклейщики Сынка.

РАЗВЕДКА БОЕМ

Очередная оперативка. Слово берет Завуч. Она говорит, что вся эта предвыборная грызня до чертиков надоела местным жителям. Есть опасность переусердствовать.

— Телеящик никто из местных уже не смотрит. Бабушки жалуются, что вместо любимых сериалов идет сплошная чернуха! — возмущается Завуч. Но Технолог на это вяло возражает, мол, процесс остановить невозможно: если не мы, то конкуренты — на войне как на войне.

По секрету я узнаю, что только на пиар Шеф уже потратил $1 млн. Это зарплаты наших политтехнологов и «премии» местным журналистам. Но эффект есть: по данным соцопросов, в округе все больше симпатий избирателей на нашей стороне. Людям нравится, что Шеф активно занимается ремонтом сельских дорог. Дороги — это и правда предвыборный конек Шефа. «Экономя» на них, он сделал состояние, но перед выборами не до жиру, приходится осваивать бюджетные средства по-честному, никаких сверхдоходов дорожный бизнес нашему кандидату вот уже три месяца не приносит.

Еще соцопросы свидетельствуют, что Сынок и Полковник безнадежно проигрывают. Поэтому на очередном штабном совещании с участием Шефа принимаем новую тактику. Отныне мы воздерживаемся от информационных наездов на других кандидатов и переносим огонь только на Флюгера. На следующий день нам становится ясно, что и Флюгер поступил аналогично: на его телеканале и в газетах центральное место теперь занимают разоблачительные материалы о Шефе. Конечно, 90% этого компромата — полная чушь, работа слишком грубая, даже пенсионеры таким разоблачениям не поверят. По крайней мере так считает Шваб. Но Технолог настроен иначе. По его мнению, перенос огня «флюгерных» медийщиков на нашего кандидата — «плохой симптом»: с сегодняшнего дня мы остались на поле боя один на один с опытным бандитом и рейдером. Терять ему уже нечего. Поэтому ждем серьезных провокаций в день выборов. Арсенал этого грязного оружия известен: «карусели», «подвозы», запугивание членов избирательных комиссий и провокации вроде раздачи денег избирателям под видом сотрудников нашего штаба. Ответный ход давно готов.

ХРУПКОЕ ПЕРЕМИРИЕ

По закону за сутки до выборов наступает день тишины, никакой агитации в округе быть не должно. Но уже ранним утром Шваб получает информацию о том, что в нескольких селах округа неизвестные провокаторы звонят по телефонам с обещаниями выдать по 250 грн за голос в пользу нашего кандидата. От штаба на бешеной скорости срываются несколько авто с крепкими парнями из «силовой группы». Их задача — поймать с поличным наших лжесотрудников в момент раздачи денег. Через три часа машины возвращаются. Миссия выполнена частично. В одной из деревень был пойман мужичок с солидной суммой денег, по нашему звонку на место прибыла милиция. Однако получившие мзду местные жители наотрез отказались давать против задержанного показания. Зато была замечена группа журналистов с местного телеканала, которые явно готовились зафиксировать «подкуп избирателей».

— Журналюг мы просто спугнули, они сорвались, как только увидели, что наши пацаны поймали провокатора, — усмехаясь, роняет один из бойцов Шваба. — А остальным мобильным группам Флюгера пришлось порезать шины. Они даже не осмелились выйти из автомобилей. Только вякали что-то из машин, мол, милицию вызовем. Ну-ну…

Но на этом сюрпризы не закончились. По сообщению нашей разведки, Флюгер вызвал подмогу из столицы в виде нескольких десятков «пиковых» бандитов — членов одной из кавказских преступных группировок. А также привез в свой родной город М пять автобусов, битком набитых ребятами спортивного вида.

Слово «разведка» на этой войне можно смело не брать в кавычки. Шваб давно провел целый комплекс мероприятий по всем правилам военной науки. В штабах основных конкурентов работают «засланные казачки», а в штабе Флюгера засели целых три наших шпиона. На вознаграждение для «казачков» Шваб не скупится: наши люди в стане врага получают жалованье, втрое превышающее их зарплату.

Разумеется, «силовики» Флюгера тоже не дремлют. Они уже давно пытались заслать своих шпионов к нам, но их вовремя выследили наши контрразведчики. Выгонять этих людей с позором Шваб не стал. Наоборот, предложил им достойную оплату, и теперь они работают на два фронта, сливая дезу в штаб противника.

Судя по донесениям, бойцам Флюгера поставлена задача спровоцировать нас на активные действия в день тишины. Бандиты разъезжают по округу и откровенно запугивают наших членов избирательных комиссий, пытаются подраться с нашими охранниками, которых мы предусмотрительно прикрепили к местным активистам. Расчет ясен: если в округе начнется стрельба, выборы могут быть сорваны, что на руку проигрывающему Флюгеру. В свою очередь нашим бойцам мы дали жесткую установку: никаких драк, лишь демонстрация спокойной силы. Местные милиционеры также давно строго предупреждены областным начальством — никому из генералов не интересно получить по шапке от президента за сорванные выборы. Однако нагоняи начальства в глубинке зачастую просто не работают: большинству здешних милиционеров даже фамилия Флюгера внушает страх. В сельской местности милиции в день тишины просто не видно, территория отдана во власть силовых группировок кандидатов в ВР.

Чтобы охладить не в меру ретивого Флюгера, мы со Швабом за несколько дней запускаем в штаб неприятеля дезу: мол, Шеф задействовал свои связи в Киеве, и в округ прибыл столичный спецназ СБУ, а также несколько десятков оперов угрозыска МВД из областного центра.

Деза вскоре срабатывает. «Засланный казачок» из штаба Флюгера за несколько часов до открытия участков докладывает, что кавказцы из столичной ОПГ уехали. Но в округе осталось около сотни титушек Флюгера. Скорее всего, спортсменов готовят для какой-то акции, но какой — пока не ясно. И это нас настораживает, заставляет весь «силовой блок» принять дополнительные меры безопасности. Лишь за пару часов до выборов Шваба вдруг осеняет.

— Да они специально нас кошмарят и держат в напряжении, чтобы мы психовали! Титушня пойдет на провокации только вечером следующего дня, за пару часов до закрытия участков. Поэтому всем — отбой!

РЕШАЮЩЕЕ СРАЖЕНИЕ

День выборов начинается подозрительно спокойно. Но это иллюзия, расслабляться нельзя. У Пончика и Бухгалтера все готово. В огромном актовом зале ДК фабрики Шефа расположен колл-центр, сотрудники которого будут круглосуточно принимать свежую информацию о количестве проголосовавших, подсчете голосов и составлении протоколов. Подчиненные Бухгалтера развозят питание для наших наблюдателей, охранников и журналистов, которые фиксируют все происходящее на участках специально выданными видеокамерами. Сам Бухгалтер важно восседает в отдельном кабинете с мешком налички: все сотрудники штаба, а также наши люди в комиссиях, наблюдатели и охранники должны получить вознаграждение сразу после окончания подсчета голосов.

По данным соцопросов, Шеф уверенно лидирует с перевесом в 20%. Поэтому необходимости в жестких действиях и авантюрах у нас нет, работаем в рамках закона. Главная задача членов избирательных комиссий, наблюдателей, журналистов и охранников — не допустить вбросов в урны, порчи бюллетеней и «каруселей».

До полудня все идет относительно спокойно, если не считать попыток людей Флюгера на нескольких участках организовать «карусели» и сделать вбросы заранее подделанных бюллетеней. Двоих «карусельщиков» задержали с поличным наши наблюдатели — прямо в тот момент, когда они фотографировали свои бюллетени в кабинках. С ними теперь разбирается милиция.

«Жесть», как и предполагал Шваб, начинается через 10 минут после окончания голосования. В избирательный участок врывается один из технических кандидатов Флюгера. Вцепившись в стол председателя комиссии, он не дает себя выдворить и затевает долгий скандал, требуя составления протоколов о якобы имевших место нарушениях. На двух других участках неожиданно гаснет свет. Это очень плохой знак: под покровом темноты могут быть сделаны вбросы. У Шефа сдают нервы, из его кабинета слышен страшный рев. Это он распекает по телефону мэра города, обещавшего, что на выборах сотрудники городского РЭСа не допустят перебоев с электроэнергией. На третьем участке неизвестные бьют стекла. Поймать снова не удается. Титушки, оставшиеся в городе, работают по полной программе. Похоже, Флюгер идет ва-банк.

Нашим «силовикам» удается поймать одну из групп провокаторов. Титушек показательно избили. Как выразился один из наших бойцов, «били аккуратно, но сильно». После этого ситуация изменилась. Наши силовые группы продолжали выезжать по срочным вызовам, но в целом обстановка уже была под контролем. По предварительным подсчетам, наш кандидат все-таки выигрывает с отрывом в 15%. Однако расслабляться не следует — машину с уже подсчитанными и упакованными в мешки бюллетенями могут остановить люди Флюгера. Тем более из его родного города М поступает информация о том, что на улицах перед завершением подсчета голосов открыто стали появляться группы неизвестных людей с автоматами. Милиция их демонстративно «не видит». Впрочем, на этот раз тревога оказывается ложной. Это дело рук другого кандидата — Полковника. Он привез в город один из добровольческих батальонов из зоны АТО, потому что опасался покушения на себя со стороны Флюгера. «Ну и заодно чтобы показать местной бандоте, кто здесь сила: мы, патриоты», — заявил Полковник после выборов.

Вздохнуть с облегчением нам удается лишь через сутки после подсчета голосов. В окружной комиссии мы узнаем, что Флюгер уехал из Украины за два часа до объявления результатов голосования. В этот раз он проиграл. А проиграв, по старой бандитской привычке кинул на деньги своих титушек. Еще двое суток заезжие спортсмены пытались качать права и получить зарплату в штабе Флюгера. Но ничего не добились и уехали восвояси.

РАЗГРАБЛЕНИЕ И МАРОДЕРСТВО

Сразу же после объявления результатов выборов в штаб нашего кандидата начитают подтягиваться первые «ходоки». Ходоками за глаза в штабе называют всех, кто рассчитывает получить дополнительные премии за работу наблюдателями, охранниками и другим вспомогательным персоналом на избирательных участках.

Следует отметить, что все, кто участвует в предвыборной гонке, вплоть до последнего охранника или уборщицы, получают деньги по заранее заключенному устному договору. Во многих штабах, особенно проигравших кандидатов, людей часто обманывают, проще говоря, кидают. Причина обмана проста: проигравшие кандидаты по давней «традиции» нашей страны стараются минимизировать свои расходы. Они проиграли, и деньги в них никто вкладывать больше не будет.

Как правило, «экономят» на самых беззащитных: агитаторах, расклейщиках и раздатчиках листовок и буклетов, охранниках и рядовых работниках штаба. Из-за этого сразу после выборов во многих округах возникают мини-Майданы — люди требуют кровно заработанные деньги. Однако все эти маленькие мятежи, как правило, заканчиваются пшиком: проигравшие кандидаты все как один улетучиваются в направлении курортов — лечить пострадавшую от стресса нервную систему.

Совсем иной подход к организаторам процесса, командирам различного ранга из штабов: пиарщикам, политтехнологам, журналистам. С ними даже проигравшие кандидаты рассчитываются полностью. Командиры слишком много знают о том, что происходило в штабах. Обидев их, можно нарваться на откровенный шантаж или слив информации конкурентам. К тому же командиры все равно пригодятся на следующих выборах любого уровня.

Разница в оплате труда рядового персонала и «полевых командиров» выборных штабов — космическая. Агитаторы и расклейщики получают от 100 до 150 грн в день, охранники и бойцы групп быстрого реагирования — от $20 до $50 в день. В свою очередь, зарплата командиров — организаторов агитационных групп, бухгалтеров и заворгов — начинается с $1,5 тысячи в месяц. А оплата заезжих «варягов» — профессионалов политтехнологий и пиара — колеблется от $50 до $100 тысяч ежемесячно.

Однако существует еще одна национальная особенность выборов по-украински. Накануне голосования кандидаты в горячке начинают направо и налево сыпать обещаниями бонусов и премий. Как правило, без оглядки на реальное состояние финансов. Поэтому в штабах победивших кандидатов к утру после выборов собирается толпа тех, кому они успели наобещать золотые горы.

Сдержит кандидат свое слово или не сдержит, зависит от его порядочности, а еще чаще — от настроения. В нашем штабе Шеф махнул рукой и раздал жаждущим почти $50 тысяч. По информации наших шпионов в штабах конкурентов, Полковник и Сынок тоже поступили благородно и выполнили «предвыборные обещания». А вот Флюгер кинул почти всех своих рядовых.

Но помимо «ходоков» есть еще одна категория сотрудников штабов. Это мародеры, которые не ждут милостей от природы и предпочитают урвать свое самостоятельно. Мародерство начинается после выборов в любом штабе. Бесследно исчезают канцтовары, пакетики с чаем и кофе, ящики с оставшимися бутербродами, предназначенными для питания сотрудников. Масштабы воровства зависят от высоты положения ворующего: каждый тащит то, чем все это время распоряжался. В нашем штабе уже утром после выборов уборщица вынесла всю туалетную бумагу и десяток баллонов с освежителями из уборных. Ее со всем этим добром поймал на проходной охранник. Наблюдатели стараются украсть диктофоны, фотоаппараты и видеокамеры, которыми их снабдили перед выборами. При мне двое агитаторов вручную загрузили целый микроавтобус агитационной печатной продукции — все будет сдано в макулатуру. Воровство достигает гигантских масштабов: пока кандидат и «полевые командиры» распивают первую бутылку шампанского в прокуренном кабинете Шефа, остальные лихорадочно распихивают по карманам все, что представляет хоть какую-то ценность.

Это напоминает грабеж долго бывшей в осаде и нако-нец-то захваченной крепости. Причем «полевые командиры» особо не препятствуют мародерству. Причина проста: у самих рыльце в пушку. Помимо официальных зарплат и премий они тоже успели кое-что «наварить». На завышении смет, на закупке канцтоваров и оргтехники у прикормленных поставщиков, на недовыплаченных журналистам премиях и бонусах, на подтасовке реальной численности массовки. Бонусы получаются с несколькими нулями. Однако сами командиры такое воровство именуют «экономией». Например, Бухгалтер, по данным наших оперов, «наэкономил» за время предвыборной кампании почти $15 тысяч. Пончик — $8 тысяч. А больше всех стянул Технолог — через него шел основной поток денег, предназначенных для местных и столичных массмедиа. По секрету Шваб признался: он подсчитал, что Технолог почти всегда половинил финансовый «медийный» поток, на чем и «заработал» почти $100 тысяч. Вся эта информация была доложена Шефу. Однако тот размышлял недолго.

— Он сказал: «Ну и х… с ними, я это всегда знал. Главное, что победа за нами, и эти ребята еще отработают все, что у меня украли. Просто они еще об этом не знают!»

И то правда. Победителей не судят и прощают им мелкие грешки. А следующие выборы ожидаются уже весной…