21 ноября 2013 года. Вечер. В Киеве моросит дождь. Страна обсуждает решение правительства приостановить переговоры об ассоциации с ЕС. В фейсбуке появляется запись известного журналиста Мустафы Найема с призывом к протесту: «Встречаемся в 22:30 под монументом Независимости. Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей» .

22 февраля 2014 года. Вечер. В Киеве почти целый день ливень. Янукович низвергнут решением парламента. На Майдане уже выступила Юлия Тимошенко. В фейсбуке появляется новая запись Мустафы: «Ощущения победы как-то нет вообще».

Между этими двумя записями — три месяца борьбы и более сотни погибших. После этих трех месяцев — начало кровавой смуты, которой пока не видно ни конца ни края. Но истоки того, что мы видим сейчас, лежат именно в тех трех зимних месяцах. Поэтому понять причины и скрытые пружины этой революции принципиально важно для будущего нашей страны. Понять, чтобы найти правильный выход из той ситуации, в которой мы оказались. Для этого «Репортер» решил произвести реконструкцию событий на Майдане, поговорив со многими действующими лицами с обеих сторон баррикад. Получившуюся картину представляем вниманию наших читателей

СЦЕНА 1.

МЕРТВАЯ ПЕТЛЯ ЯНУКОВИЧА

Майдан начинался как протест против отмены подписания Соглашения об ассоциации с ЕС. Однако причины его намного шире и отражают общий кризис украинской государственности. Этот процесс начался еще в 2008 году во время мирового финансового кризиса, который обрубил почти все источники роста для украинской экономики. В первую очередь иссяк поток дешевых кредитов западных банков, что сократило внутренний спрос и подорвало финансовую систему. Кроме того, мировой кризис снизил цены на основную статью экспорта — сталь. А сельское хозяйство не смогло в полной мере заменить металлургию в качестве основного драйвера роста. Резкое ухудшение отношений с Россией после войны
в Грузии и крайне невыгодный для страны контракт на поставку газа, заключенный Юлией Тимошенко, только усугубили положение.

Всеобщее безденежье изменило и политический расклад в стране. Фактически единственным способом выживания крупного бизнеса стал доступ к освоению госбюджета и управлению коррупционными вертикалями (в связи с этим, кстати, роль силовых структур как инструмента перераспределения собственности резко возросла).

На продолжение междоусобицы времен «оранжевой пятилетки» у олигархических группировок уже не было ни сил, ни средств, ни желания.

В таких условиях победа Виктора Януковича на президентских выборах была закономерна.

И первые его шаги на посту главы государства были обнадеживающими. Он вернулся к политике многовекторности: договорился с Россией о скидке на газ, а с Западом — о новой кредитной линии МВФ. В совокупности это спасло страну от дефолта по кредитам, которые набрало прежнее правительство. Политика взаимоотношений элит была выстроена новым президентом тоже на первых порах довольно осторожно: к государственному пирогу были допущены почти все влиятельные кланы страны, в том числе и ранее оппозиционные (напомним тем, кто забыл, что нынешний президент страны Петр Порошенко был министром экономики в правительстве Николая Азарова).

Однако уже к концу 2010 года ситуация ухудшилась. Баланс сил в Восточной Европе стал меняться в пользу России. Последняя смогла быстро выйти из кризиса благодаря росту цен на энергоносители, в то время как глобальный Запад (США и ЕС) слабел под грузом внутренних проблем. Особенно это касается Европейского союза, который столкнулся с финансовым крахом Греции, ухудшением ситуации в Испании и Италии, а также с экономическими проблемами в странах Восточной Европы, на содержание которых деньги стали заканчиваться. При таком раскладе Украина все больше попадала в орбиту экономического притяжения России.

МОСКВА РУЛИТ

Янукович и Азаров стремились использовать этот фактор для подъема украинской экономики, которая вновь начала пробуксовывать. Однако на российском пути их ждало разочарование. Почувствовав свою силу, Москва решила начать процесс реинтеграции постсоветского пространства. И Украина в этих планах занимала ключевое место. Поэтому Киеву с осени 2010 года поставили жесткое условие: на любые уступки (в том числе и по цене на газ, которая вновь начала быстро расти) Россия будет идти только в обмен на вступление Украины в создаваемый Таможенный союз. Так далеко заходить Янукович и Ко были не готовы. Они не хотели делиться ни с кем своим суверенитетом (который позволял им доить страну в гордом одиночестве). Кроме того, уже тогда было опасение, что Запад и внутренняя оппозиция устроит Януковичу в таком случае второй Майдан.

Правда, были вокруг Виктора Федоровича советники, которые доказывали обратное: мол, если бы президент дал добро на вступление в ТС летом 2010 года, все было бы нормально. Президентский рейтинг достигал заоблачных 50%, оппозиция была деморализована, Тимошенко еще не в тюрьме, а потому Европа относительно спокойна, а Штаты и Россия в лице новых президентов Барака Обамы и Дмитрия Медведева переживали конфетно-букетный период. Белый дом едва ли захотел бы жертвовать таким важным геополитическим союзом ради сомнительной выгоды на украинском геополитическом фронте.

Впрочем, эти аргументы тогда на Януковича действия не возымели. Был принят закон о внутренней и внешней политике, в котором одновременно были записаны внеблоковый статус и курс на евроинтеграцию. После чего в течение двух с половиной лет президент Украины вел двойную игру: с одной стороны — декларация приверженности проевропейской политике, с другой — сворачивание демократии и установление в стране единовластия (ключевым моментом в этом смысле была посадка Тимошенко). Все это время Путин, понимая нелепость подобных маневров, терпеливо ждал, когда Янукович перестанет, в его понимании, валять дурака. И когда в конце 2012 года президент Украины в очередной раз обратился к Кремлю за экономической помощью, условия Путина были все теми же, что и летом 2010-го: дешевый газ, кредиты и открытый рынок в обмен на вступление в Таможенный союз.

Валять дурака действительно больше не имело смысла, договоренности были подготовлены к подписанию 18 декабря 2012 года в Москве (их содержание раскрыл первый вице-премьер Валерий Хорошковский, подав в знак протеста в отставку). Вот только ситуация для союза с Москвой оказалась уже не столь благоприятной, как два года назад: внутриукраинская оппозиция оправилась от шока, а Запад был разозлен возвращением Путина на кремлевский престол и искал случая хорошенько его проучить. Тут и вспомнили про Украину, решив любой ценой предотвратить ее намечающийся роман с Россией.

При прежней власти на Банковой гуляла легенда, что уже готовившемуся сесть в самолет на Москву Януковичу позвонил лично Баррозу и предложил ассоциацию с Евросоюзом при фактическом согласии на вывод Тимошенко из политической игры. Также, по слухам, была обещана серьезная экономическая помощь. И президент Украины, все еще желавший получить от Путина все в обмен на ничто (то есть дешевый газ и кредиты только за отказ от евроинтеграции, без вступления в Таможенный союз), решил еще раз рискнуть, в последний момент отменив свой визит в Москву.

Запомним эту дату — 18 декабря 2012 года. Именно тогда включился счетчик, который начал отсчитывать время до Майдана.

Ставки теперь были подняты до максимума. Запад, закусив удила, стремился любой ценой затянуть Киев на евроорбиту, а Кремль с не меньшим упорством старался не допустить подписания ассоциации. Янукович решил довести это противостояние до точки кипения и сорвать банк. Это был торг на грани возможного. Крайне рискованная геополитическая игра, сравнимая с мертвой петлей, которую исполняют опытные летчики. Самое удивительное, что Янукович в конце концов получил от Путина все что хотел. Только произошло это слишком поздно, самолет уже не мог выйти из пике. Но об этом чуть позже.

ПРОБЛЕМЫ НАРАСТАЮТ

Пока вернемся в конец 2012 года. К этому времени ситуация внутри самой Украины стала быстро ухудшаться. Во-первых, очередное падение цен на металл, дефицит бюджета и отсутствие средств для разогрева внутреннего спроса опустило экономический рост до нуля. Дефицит платежного баланса покрывался заимствованиями на рынках евро-облигаций, но привлекать эти средства с каждым разом становилось все дороже и трудней. А государственный долг рос, и все большая часть бюджета тратилась на его обслуживание. Соответственно, не было ресурсов для повышения зарплат и пенсий, без чего победить на президентских выборах Януковичу было бы очень проблематично. Социальное недовольство в обществе росло.

Во-вторых, обеднение «кормовой базы» в результате экономической стагнации резко обострило внутриэлитные противоречия. Если ранее ведущие кланы имели возможность доить страну на паритетной основе, то с конца 2012 года некоторых в грубой форме отлучили от бюджетного корыта, для них замаячила реальная перспектива стать жертвой передела собственности. Одновременно расширилась и ранее существовавшая практика «отжима бизнеса» в пользу окружения президента у более мелких игроков, что, по понятным причинам, плодило недовольных, готовых мстить режиму. Ситуация усугубилась еще и тем, что в игру бесцеремонно вступила Семья Януковича, создававшая ускоренными темпами собственную финансово-промышленную группу. Аксакалы, в том числе и самые близкие к президенту, стали сильно нервничать — корма на всех уже явно не хватало.

Кроме того, Янукович накануне выборов решил заставить олигархов пополнить казну — парламент принял закон о трансфертном ценообразовании. Таким образом оказалась перекрыта любимая лазейка для ухода от налогов предприятий-экспортеров, когда цены на экспорт занижаются и основная прибыль остается в офшорных зонах. Крупнейшие ФПГ оказались перед необходимостью заплатить в бюджет миллиарды долларов (кстати, после победы Майдана вступление в силу этого закона отсрочили). Что, естественно, их не радовало. Они молча копили обиду в ожидании удобного случая, чтобы нанести ответный удар. В их руках было два мощных оружия. Первое — телеканалы, которые Семья так и не успела прибрать к рукам. В первые дни Майдана они сыграли свою роль по полной программе. А второе — оппозиционные режиму Януковича партии, которые олигархи охотно финансировали. Теперь хозяева крупнейших ФПГ нуждались в каком-то событии, которое позволило бы ограничить единовластие Януковича и заставить его считаться с их интересами.

В-третьих, на фоне уменьшения распределяемых ресурсов резко усилилась междоусобная борьба в ближайшем окружении Януковича. Влияние старых кланов на правительство стремительно уменьшалось, влияние новых групп (прежде всего группы Арбузова) росло. Жестокая борьба велась и вокруг поста главы Администрации президента, который занимал Сергей Левочкин, но его активно подсиживали глава МВД Виталий Захарченко и секретарь СНБО Андрей Клюев. Сам же Левочкин еще с момента ареста Тимошенко в беседах со знакомыми журналистами жаловался на то, что президент стал работать слишком грубо, а Юра Енакиевский и прочие фавориты новой волны распоясались до неприличия. Эстетические разногласия Левочкина со своим шефом на предмет внутренней политики с конца 2012 года переросли в острое взаимное неприятие. По свидетельству тогдашних работников Администрации президента, Янукович (или дядя Федя, как сотрудники АП называли его иногда за глаза) мог собрать совещание, где в открытую говорил, что Левочкин — предатель, работает на Кличко, но «вы ему ничего не говорите». Однако уже через несколько дней он посылал тех же людей по тому же вопросу совещаться с главой АП. Все это вносило сумятицу и еще больше запутывало клубок противоречий, который был разрублен на Майдане.

НИЗЫ НЕ ХОТЯТ

Между тем естественным образом росли оппозиционные настроения в обществе. Уровень жизни как минимум не рос, коррупция свирепствовала, бизнес отбирался при помощи силовых структур. Кредит доверия, выданный Януковичу на выборах, уже давным-давно исчерпался. Нет ничего удивительного в том, что оппозиция сумела получить весьма неплохой результат на выборах в Раду в октябре 2012 года. Тревожным звоночком для власти стало поражение ее кандидатов по мажоритарным округам в Киеве, что четко показало настроения столицы. Кроме того, в Верховную раду прошла партия «Свобода». По распространенному мнению, ее протежировала сама власть, чтобы вывести против Януковича во второй тур грядущих президентских выборов не Кличко, а заведомо непроходимого кандидата — Олега Тягнибока. Но вместе со «Свободой» в большую украинскую политику ворвались радикализм и национализм, планка допустимых методов заметно снизилась, что тоже сыграло потом свою роль в событиях на Майдане. Оппозиция, воодушевленная хорошими рейтингами, разворачивала наступление — проводила акции протеста, которые пока не были крупными, но позволяли отрабатывать технологии мобилизации масс. Любое резонансное событие, которое потенциально могло ударить по власти, раскручивалось по полной программе. Типичный пример — Врадиевка, которую оппозиция использовала для усиления антимилицейских настроений в обществе.

В августе 2013 года в частной беседе один из депутатов от партии УДАР признался нашему корреспонденту, что оппозиция готовит боевые отряды. «Осенью будем свергать Януковича. Если сам не уйдет, мы ему поможем. Сейчас в лагерях тренируются уже сотни молодых патриотов, отрабатывая тактику уличного боя», — сказал нам нардеп. Тогда в его слова верилось с трудом, оппозиция казалась слабой и беззубой. Лишь намного позже стало известно, что среди помощников одного из лидеров УДАРа Валентина Наливайченко числится некто Дмитрий Ярош. Тогда эта фамилия, правда, мало кому что-то говорила.

Оппозиция торопилась. Во-первых, в ее среде было распространено мнение, что Янукович не даст победить их кандидату на президентских выборах в 2015 году, несмотря на любые рейтинги. Во-вторых, если даже близкие к власти бизнесмены испытывали колоссальные трудности, то что уж говорить об оппозиционерах. Отлученные от «распила» бюджета и коррупционной ренты, они находились на голодном пайке, в бессильной ярости наблюдая, как близкие к власти коллеги на пустом месте зарабатывают миллиарды. Поэтому стремление как можно скорее вернуться во власть, чтобы самим сесть на бюджетные потоки, заводить уголовные дела и перераспределять собственность, было одним из главных мотивов ускорить свержение Януковича. И, судя по недавним откровениям львовского авторитета Морды, который описал работу и заработки Генпрокуратуры под контролем «Свободы», свое желание после победы Майдана эти товарищи реализовали в полной мере.

Первые раскаты грома, известившие о приближении эпохи больших потрясений, прозвучали в августе 2013 года.

После кульбита Януковича 18 декабря Москва некоторое время вяло наблюдала за событиями в Украине, не особо веря ни в серьезность евроинтеграционных намерений украинского президента, ни в готовность ЕС заключить Соглашение с Киевом, пока Тимошенко в тюрьме. Однако к середине 2013 года в Кремле получили точные сведения, что к подписанию Соглашения с обеих сторон уже почти все готово. К тому же стало понятно, что этот документ делает невозможным членство Украины в Таможенном союзе.

Непродолжительное время шла дискуссия о том, как реагировать на новые обстоятельства: плюнуть на Украину и строить Евразийский союз в урезанном составе (мол, все равно Киев вернется несолоно хлебавши) либо предпринять активные действия по срыву Соглашения? В конце концов возобладала вторая точка зрения.

И в августе был нанесен первый, но очень болезненный удар — на несколько дней был приостановлен фактически весь украинский экспорт в Россию. Формальная причина — отработка Россией действий, которые она предпримет, если Украина войдет в зону свободной торговли с ЕС. Москва прямо предупредила: если это случится, украинские товары будут поставляться на территорию Таможенного союза на общих основаниях — со взиманием всех сборов и пошлин и при тщательном досмотре. «Отработка» в августе показала, что это означает крайне неприятные последствия для огромного числа украинских предприятий.

Удар был неожиданным и вызвал панику как в бизнесе, так и в политическом руководстве страны. По слухам, Азаров пришел к Януковичу и в резкой форме потребовал «прекращать игры» и определиться, куда мы идем. Собственно, именно в августе стало ясно, что хитрый план «дяди Феди» «и рыбку съесть, и на велосипеде покататься» (подписать Соглашение с ЕС, а потом полететь договариваться
с Путиным) не срабатывает. Нужно выбирать.

ВЕРХИ НЕ МОГУТ

Внешне ответ Януковича был жестким: евроинтеграция, и точка. Президент лично вызвал на ковер фракцию Партии регионов и предупредил всех сомневающихся, что альтернативы Европе нет. В украинских СМИ развернулась ранее невиданная по своим масштабам кампания, которая рисовала самые радужные европейские перспективы. Зачастую вообще ставился знак равенства между Соглашением об ассоциации и вступлением в ЕС (что было очевидной неправдой).

Стране неожиданно дали некую новую национальную идею, в которую значительная часть населения охотно поверила. И это стало, пожалуй, главной непосредственной причиной Майдана: людей слишком обнадежили, чтобы, когда все сорвалось, они восприняли это спокойно. «Страна на всей скорости неслась к ассоциации. Но вдруг водитель резко, без предупреждения, нажал на тормоза, народ ударился головой в лобовое стекло и впал в состояние аффекта» — так описал ситуацию писатель Олесь Бузина.

В августе-сентябре всем казалось, что курс президента на Европу непоколебим. Даже оппозиция публично заявила, что до подписания договора об ассоциации откладывает все свои акции протеста, чтобы не мешать правительству евроинтегрироваться. Но так все выглядело только внешне. Во-первых, торговая война с Россией заставила Януковича и его окружение внимательно прочитать, что, собственно, написано в Соглашении (до того многие считали его простой бумажкой, о которой можно забыть сразу после подписания, чтобы договориться с Кремлем). Итог изучения документа оказался неутешительным: Украина открывает свой рынок для европейских товаров, берет на себя жесткие обязательства по переходу на евростандарты, а перспективы расширения экспорта украинских товаров в ЕС весьма сомнительны. Российский же рынок мы при этом теряем.

Во-вторых, правительство начало зондировать на Западе вопрос о компенсации потерь от грядущего закрытия рынка РФ. Но ничего определенного нам так и не пообещали. Более того, оказалось, что кредиты международных финансовых организаций, в получении которых Запад был готов нам посодействовать, будут выдаваться под очень жесткие условия: повышение тарифов на «коммуналку», сокращение или заморозка зарплат и пенсий, отпускание в вольное плавание курса гривны (в общем, все то, что мы наблюдаем сейчас). При таких условиях о победе на выборах Януковичу можно было забыть.

Наконец, в-третьих, несмотря на собственные устные обещания, Запад продолжал давить на Киев в вопросе освобождения Тимошенко. Это для Януковича было уже слишком. Он почувствовал себя обманутым и крепко задумался…

МИНСКИЕ ТАЙНЫ

Точка в евроинтеграции была поставлена не 21 ноября и не Азаровым. В тот день решение стало видимым. Переломный же момент наступил месяцем раньше, 24–25 октября, когда украинский президент отправился на встречу глав государств СНГ в Минск.

Внешне перемены в те дни еще не были заметны, хотя накануне уже гуляли слухи о некоем грандиозном предложении, которое Кремль якобы готов сделать Банковой. Путин и Янукович говорили весь вечер 24-го и утро 25-го, из-за чего оба опоздали на церемонию открытия саммита, но на ней оба выглядели недовольными, как бы опровергая все слухи. А спустя три дня Янукович неожиданно для всех улетел в Сочи на новую встречу.

Этот спонтанный для внешних наблюдателей визит дал понять: в Минске все-таки что-то произошло. Люди, сказавшие друг другу твердое «нет», спустя три дня не встречаются.

Дальше события приняли интересный оборот. Вскоре после встречи в Сочи Азаров неожиданно поставил ребром вопрос о том, что Евросоюз должен компенсировать Украине и потерю российского рынка, и переход на европейские стандарты. Сумма компенсаций была названа немалая — 160 млрд евро, из них 20 млрд — сразу.

Затем промышленники и видные «регионалы», ранее пропагандировавшие соглашение с ЕС, вдруг «прозрели» и стали один за другим сообщать о неготовности Украины к ассоциации.

В середине ноября появились первые «сливы» о том, что Путин и Янукович все-таки договорились. Будет дешевый газ и крупный кредит в $15 млрд. А вступления в Таможенный союз не будет.

Со стороны Януковича это казалось невероятным успехом. «Дяде Феде» удался феерический кульбит. Он получил все, что хотел, и даже больше. Теперь у него есть деньги. Много денег, с помощью которых он разогреет экономику, закроет дыры в бюджете и раздаст всей стране золотые батоны в виде повышенных зарплат и пенсий при нетронутых тарифах на «коммуналку». Все, выборы, считай, выиграны.

Для завершения фантастической геополитической спецоперации нужны были лишь некоторые пустые формальности.

Например, постановление правительства о приостановке переговоров о подписании Соглашения об ассоциации с ЕС…

  • Продолжение:

Сцена 2. Первая кровь

Сцена 3. Декабрь ожидания

Сцена 4. Янукович теряет контроль

Сцена 5. Бойня