Врачи всего мира продолжают бороться с Эболой. Эпидемия, вспыхнувшая в Африке, уже унесла жизни более 5,5 тысячи человек. Профессор-инфекционист Виктор Малеев, который побывал в Гвинее, рассказал, насколько смертельный вирус угрожает другим странам

Что вы увидели, оказавшись на месте?

Правительство этой страны не считает, что гибель людей от Эболы — трагедия. Чтобы попасть на прием к премьер-министру, мне пришлось подключить все свои связи. Я нашел местного знакомого врача, с которым мы учились в одном институте. Он устроил прием, но никакой реакции не последовало: оказалось, что мой знакомый и премьер из разных племен. Дело сдвинулось только с третьей попытки — мы нашли кардиохирурга, который был соплеменником премьера. В ответ на мою просьбу врач попросил взять его ученика на обучение, так как он единственный в стране кардиохирург и работать в одиночку ему тяжело. Я договорился об этом, и наша встреча состоялась. Бумагу, в которой было написано, что Гвинее нужна помощь, премьер подписал.

В Африке сейчас не хватает самых простых вещей. В центре Конакри есть госпиталь со стационарным отделением, рядом с ним стоят палатки (легкие сборные конструкции, которые потом подлежат сожжению), в них люди. В палатки носят капельницы. Когда я там был, капельниц катастрофически не хватало. Отсутствуют средства реанимации, аппарат искусственной вентиляции легких, нет даже антибиотиков, защитных костюмов у врачей. Нет самого элементарного, понимаете?

Какая помощь сейчас оказывается?

В Гвинею отправлен полевой гос­питаль — на днях в Конакри приземлились несколько огромных самолетов. Весь город собрался, чтобы встретить их. Они доставили 150 тонн медицинского оборудования для огромного полевого комплекса. Там будет несколько инфекционных отделений, реанимация, машины для транспортировки больных и дезинфекционный комплекс. Думаю, с поставкой оборудования смертность начнет снижаться и ситуация постепенно стабилизируется. Конкретно специалисты нашей эпидемиологической лаборатории лечением больных заниматься, наверное, не будут, для этого есть местные доктора и «Врачи без границ».

Есть такое обывательское мнение, что страсти вокруг Эболы искусственно подогреваются фармкомпаниями. А еще говорят, будто такие вирусы создаются в секретных лабораториях.

Создать такой вирус невозможно. Это природа может изобрести такое, что человеку даже не снилось, а нам тягаться с ней смысла нет. Эбола существует очень давно: человека еще не было, а вирус уже появился. Локальные случаи этого заболевания отмечались в 1976 году.

А с чем вы связываете его нынешнее масштабное распространение?

Одна из главных причин — страшная бедность африканских стран, из-за которой людям приходится употреблять в пищу диких животных. Они едят обезьян, которые являются переносчиками вируса. Вторая причина в том, что африканцы начали активно вторгаться в джунгли. Они вырубают леса и разводят фрукты. А фрукты привлекают летучих мышей — основных переносчиков заболевания.

Профессор-инфекционист Виктор Малеев

Сам вирус изменился с момента появления?

По сравнению с предыдущими штаммами мы нашли некоторые изменения, но как их трактовать, пока неясно. Должен собраться научный консилиум, мы будем это обсуждать с коллегами и только потом делать какие-то выводы.

Насколько Эбола угрожает миру?

Развитым странам вирус, в принципе, не угрожает. Если в Америку доставили двух заболевших врачей, это не значит, что они зара­зят всю страну. Им окажут необходимую помощь, и, думаю, этого будет достаточно. Для стран с умеренным климатом вирус тоже особой опасности не представляет. Ведь это природная инфекция, а там нет ни тропических лесов, ни обезьян, ни дикобразов, ни летучих мышей.

Египет, Тунис — популярные туристические направления. Это тоже Африка.

Ни в Египте, ни в Тунисе ни одного случая заболевания нет. Как и природных факторов, влияющих на его распространение. Нет джунглей, в ресторанах не подают жареных обезьян. Опаснее ехать в Европу: там есть завозные случаи. К тому же, хотя от самого вируса лекарств сейчас нет (как и от многих других болезней), это не означает, что его нельзя лечить. Симптоматическая поддерживающая терапия помогает организму бороться — так намного легче справиться с инфекцией.

Эпидемии посылаются в наказание человечеству или при­рода просто регулирует нашу численность?

Возникновение инфекций свя­зано с природными факторами и объясняется иными причинами, нежели месть или возмездие. В природе есть все — и хорошее, и плохое. Новые болезни появ­ляются каждый год. У каждой из них свои особенности. Как правило, они бывают острыми, а потом исчезают. Природа сама регулирует этот процесс. Если человек будет продолжать загрязнять природу, то, вполне возможно, появится инфекция, которая его уничтожит. Новые технологии добычи нефти и газа, слив отработанных продуктов в океан — все эти факторы могут привести к появлению нового микроба, который, распространившись, станет угрозой для человечества в целом.

Как вы готовитесь к поездкам в зону эпидемии? Есть ли опасность заразиться?

Мой отец пошел на фронт в первых рядах и никогда ничего не боялся. Он погиб, когда мне было три года. Я оказался в эва­куации в Средней Азии — это был дикий край со множеством инфекций. Попал в детский дом, перенес корь, малярию, менингит, из-за болезней был дистрофиком с маленьким весом. Когда нам давали еду, сильные наваливались на нее, оттесняя слабых, и тогда я очень быстро понял, что, для того чтобы выжить, нужно биться.

Но когда ты работаешь с эпидемией, тут уже не до себя. Ты идешь спасать людей и не можешь сказать им: «Извините, мне пора — надо кушать». Я очень много работал на холере — в Кении, Сомали, Бангладеш, Йемене. Когда появлялась новая инфекция, я брал билет и летел туда, иногда за свои деньги, а как по-другому? Если я не видел болезнь, я не смогу ее лечить. Когда есть опыт, ты знаешь, как правильно построить работу в зоне эпидемии.