Ночь, приемное отделение Александровской больницы. Скорые только и успевают подвозить людей — раненых и тяжелораненых — после столкновений на Грушевского 19 января. «В меня граната попала, — начинает рассказ мужчина с забинтованным глазом. — Только вряд ли мой глаз удастся спасти. Врачи сказали — все плохо. Хорошо, хоть вторым вижу». Нашу беседу перебивают медики скорой: «Что вы тут такое говорите. Вон посмотрите на пацана! — они кивают на парня, который неподвижно лежит на стульях. — У него глаз уже вытек». С этим парнем чуть позже удалось пообщаться — он продиктовал телефон жены, чтобы она знала, что с ним. В два часа ночи нянечка засуетилась: «У нас закончились истории болезни! Давайте искать бланки!» А люди все поступали...

Вчера утром в палату, где лежат пострадавшие с Грушевского, привезли манную кашу. «Ну что, протестующие, встаем завтракать», — шутила сестричка. Палату окрестили майдановской. С самого утра сюда подтянулись друзья пострадавших. Тут лежит и журналист «Вестей» Вячеслав Веремий — взрыв светошумовой гранаты разбил ему очки, и осколки попали в глаз.

«ОНИ В МЕНЯ ЦЕЛИЛИСЬ»

Вчера в КГГА рассказали, что за ночь к медикам обратилось 103 человека, 42 из них госпитализированы. Троим протестующим удалили глазное яблоко, одному ампутировали кисть правой руки. Кроме Александровской, пострадавших везли в БСМП и больницу 9.

Больше всего пострадавших — с травмами глаз. Кроме ампутации врачи доставали из глаз осколки и травматические пули. «Я снимал все происходящее, навел камеру на сторону милиции и тут услышал выстрел в меня — они выстрелили прямо в глаз. Теперь там внутри — металлическая пулька. Это видя, что я журналист, они именно в глаз целились», — рассказывает оператор Володя. Следователь из Печерского райотдела сидит на стуле возле одного из пострадавших. Снимает показания. У киевлянина, 38-летнего Виталия Иванова, синяки на лице, опухшая нижняя губа измазана зеленкой. «Я был на Грушевского в каске. Думаю, что благодаря ей не так сильно пострадал. Вокруг меня много взрывалось гранат. Но то, что произошло со мной, — это резиновая пуля. За рекламным щитом со стороны милиции пряталось несколько снайперов, которые периодически стреляли по людям. Выстрел пришелся по переносице и по касательной задел глаз. Врачи сказали, что мое состояние тяжелое. А как это повлияет на зрение — будет известно через 10 дней», — вздыхает Виталий.

Хроника Побоище на Грушевского. День второй

В больнице говорят, что не были готовы к такому количеству пациентов, но все проблемы решили. «Не хватало медикаментов, еды. Ведь количество больных мы оформляем за сутки. Но сейчас уже все хорошо, и пока всего хватает», — рассказали нам в больнице.

ПОСТРАДАЛ «БЕРКУТ»

В другую больницу — госпиталь МВД — свозили раненых ВВшников и беркутовцев. Всего 67 человек, но с прессой никто общаться не хочет. Разве что анонимно. «Когда в ВВшников стали кидать коктейли Молотова, то нам приказали встать впереди них. Мы выстроились, а активисты начали наступление. В меня полетел камень, прямо в голову. Я упал, и протестующие схватили меня, затянули в толпу и начали бить ногами. Сняли шлем, бронежилет. Спасли врачи скорой, которые растолкали митингующих, забрали меня и затащили в машину», — рассказывает беркутовец Олег. У него черепно-мозговая травма и колотые раны.

Второй беркутовец лежит с переломом ноги. «На ногу кто-то кинул огромный булыжник. Я почувствовал боль, но от шока даже не понял, что перелом. Когда уже идти не смог, меня ребята донесли до скорой», — вспоминает Андрей.