Мы встретились с экс-главой КГГА Александром Поповым на его госдаче в Пуще. Три месяца назад он стал для киевлян антигероем — его обвинили в том, что он виноват в разгоне студентов на Майдане в ночь на 30 ноября. Потом его амнистировали, но сейчас дело возобновили. Что же на самом деле случилось в ту ночь, Попов рассказал «Вестям».

Александр Павлович встретил нас у калитки своего дома. Он в кроссовках, джинсах и спортивной куртке ведет нас показывать жилье. Свой деревянный одноэтажный домик он делит с народной артисткой Валерией Заклунной, но у каждой семьи свой вход. «Заходите не разуваясь, можете все посмотреть, — заводит нас в холл Попов. — Ремонт мы делали сами». Внутри — две комнаты, санузел и небольшая кухонька. Интерьер классический, почти новый, на стенах — картины, на диванах — мягкие игрушки внучки.

— А кто тут рядом с вами, кроме Заклунной, живет?

— Там дальше четырехэтажный корпус с двухкомнатными номерами, — протирая стол, выглядывает из беседки Попов. — Там народные депутаты живут. А вообще тут две территории. Одна более режимная — где дача Пшонки и еще нескольких человек, а эта не очень режимная.

— Насколько я понимаю, эту госдачу вы получили еще лет пять назад, будучи министром. Собираетесь ее возвращать государству?

— Нет, я ее получил чуть больше трех лет назад, когда стал главой КГГА. Я ее не приватизировал и сам хочу сдать. Думаю, что до конца марта это сделаю.

Экс-глава КГГА угощал австрийским вином, салатом и рыбой. Фото: Дмитрий Стойков для «Вести Репортер»

— Перейдем к более важным вещам. Вы не считаете себя виновным в событиях 30 ноября прошлого года?

— Я не считаю себя виновным. Поэтому мне, конечно, даже выгодно, чтобы этот процесс дошел до логического завершения в правовом плане.

— Расскажите, что произошло в ту ночь?

— В ту ночь я был в КГГА, а к Коряку (экс-глава киевской милиции. — Авт.) заехал максимум на полчаса, наблюдал за тем, что происходит на Майдане. На небольшом экране в его кабинете мы видели, что было противодействие заезду техники (для монтажа елки) со стороны митингующих, потом появился «Беркут». Но на этом телевизоре масштаб укрупненный, и мы не понимали, что там произошли какие-то конфликты. Как только «Беркут» всю эту площадь занял, я уехал. По дороге начала поступать информация, что люди пострадали, а когда приехал, по телевизору увидел, что именно там произошло… Чего я туда поперся, сам не понимаю.

— А кто вам позвонил и попросил приехать к Коряку?

— Я не могу этот момент вспомнить. Все-таки раннее утро было, 3:30, я не помню, как это случилось — Коряк позвонил или Сивкович…

— А почему монтировать елку необходимо было именно ночью?

— Потребность завоза техники существовала действительно, но у меня было указание из СНБО, что мне скажут, когда это можно делать. Я предполагал, что они скажут, когда эти процессы, связанные с митингом, будут остановлены. Они же знали, что все это затухает. Это контролировали спецслужбы — какая-то информация через милицию и СБУ им поступала. Поэтому, когда мне сказали, что Сивкович скажет, когда это возможно, я был уверен, что он понимает, что там происходит. Так что, когда я позвонил Кучуку (замглавы КГГА по строительству) и сказал, что можно завозить технику, я был уверен, что все спокойно.

Аккуратно уложив шесть стейков из семги в фольге на решетку, Попов выносит из дома бутылку вина и начинает рекламировать. Это белое австрийское вино с необычной стеклянной пробкой — результат его сотрудничества с бургомистром Вены, который начал поставлять нам в Киев этот продукт.

— Раз мы уже вспомнили об Австрии, хочу спросить о ваших счетах, которые там якобы заблокированы. Что за счета?

— Я уже обратился к той газете, которая опубликовала информацию о наличии у меня счетов и о том, что они заблокированы. Я присягаю, что у меня нет счетов ни на территории Австрии, ни на территории других стран мира.

— А вы не собираетесь уезжать за рубеж?

— Я вам скажу так: я не понимаю людей, которые уезжают из страны в период, когда ей тяжело. Страну ведь надо любить не только, когда все хорошо.

— Как вы оцениваете то, что сейчас творится в Киеве?

— Мне не нравится, что в центре и во всем городе ходят люди с оружием. А материальное можно восстановить, это не самое печальное во всей этой истории. Вот то, что люди погибли, это ужасно.

— Нужно ли было отключать метро под предлогом того, что его минировали, блокировать весь центр? Как, по-вашему, нужно ли было действовать власти в тот период?

— Ну, при мне тоже было отключено метро на пару часов. Но это потому, что нам поступило сообщение о минировании. Почему при Макеенко отключали метро так надолго, я не могу сказать. Не знаю, какие там были обстоятельства.

— А вы готовы взять оружие и воевать за Украину в случае войны?

— Я думаю, войны не будет. Я военнообязанный, полковник СБУ в запасе. Я — человек законопослушный, но стрелять в людей не буду. И другим этого не надо делать. Когда Советский Союз развалился, я помню, подумал: «Ладно, по-разному может сложиться, но если русский в украинца или украинец в русского будут стрелять, то те политики, которые отдали приказ, должны быть прокляты на всю жизнь». С тех пор я это помню.

— Вас президент Виктор Янукович приглашал в «Межигорье»? Как впечатления? Как вообще строились отношения с Януковичем?

— Я там не был… По телевизору кадры видел. Думаю, нужно знать меру. А познакомился с Януковичем я в 2004 году перед президентскими выборами. Он тогда приехал в Комсомольск, где я был мэром, собралось очень много людей — им просто было интересно с ним поговорить. Мне показалось, что эта встреча ему понравилась. Ну и когда жители стали ему вопросы задавать, он говорит: «Вот вы меня выберете, а я вашего мэра возьму к себе на работу — пусть он ваши вопросы решает». Тогда Комсомольск звучал, мы были на передовых позициях везде, так что уже в 2007 году Янукович меня пригласил в Министерство ЖКХ — сначала замминистра, а потом министром.

Я не понимаю людей, которые уезжают из страны в период, когда ей тяжело

— Вы не вышли из Партии регионов даже после того, как это сделали многие народные депутаты. Политическую карьеру планируете продолжать?

— Это сейчас не актуальный для меня вопрос. Я точно не буду сейчас баллотироваться в мэры Киева. Я считаю, что сегодня руководитель города должен быть представителем команды, которая руководит страной. Иначе Киеву не выжить.

— Вы в народные депутаты или в депутаты Киеврады не планируете идти?

— Я не хотел бы заниматься политикой, я все-таки хозяйственник. В Верховную Раду пока выборов нет, поэтому рано об этом говорить. В Киевраду, наверное, тоже не пойду. Пока я настроен на то, чтобы посмотреть на пройденный этап со стороны.

— Вы знакомы с нынешним главой КГГА Владимиром Бондаренко? Как оцениваете его назначение?

— Я к его назначению отношусь позитивно, в отличие от других назначений, произошедших в государственной сфере. Этот человек имеет опыт административного управления, и главное, что в Киеве.

— Мемуары писать будете?

— Не совсем мемуары, но аналитику.

— Но вы же говорите, что не имеете счетов в Австрии. За что жить будете?

— Меня это тоже беспокоит. Как минимум до мая, наверное, я выдержу. Я получил расчетные, они немаленькие. Как мне кажется, у меня зарплата приличная была. Потом буду уже думать. Я вообще-то видел себя в некоторых бизнес-вопросах. Например, занялся бы внешнеэкономической деятельностью. У меня теоретический и практический опыт в этом большой, я занимался этим в Службе безопасности.

Полную версию материала читайте в свежем журнале «Репортер», который выйдет в пятницу