Сейчас у послушников и монахов Киево-Печерской лавры горячая пора. В воскресенье — Пасха. И спрос на изделия, которые изготавливают в монастырских мастерских, вырастет в разы. Это просфорки, свечи, керамические изделия... На вопрос о доходах мастерских настоятель Лавры Павел (который 20 лет восстанавливает не только храмы, но и возобновил работу мастерских монастыря) отвечает так: «Я никогда не ставлю целью деньги. Цены на продукцию, которая изготавливается в Лавре, умеренные. Все, что имеем от продаж, идет на оплату коммунальных услуг, на ремонты дорог, еще и добавлять приходится. Ведь, помимо затрат на хозяйственные нужды, мы помогаем детским домам, приютам, больницам. Каждый день к нам приходят люди с просьбой помочь - кому на операцию, кому на уколы, и мы помогаем. Также каждый день мы кормим до тысячи человек».

«Вести» заглянули в мастерские Лавры и увидели, как делается церковная утварь.

ПРОСФОРЫ ПЕКУТ БЫВШИЕ ШАХТЕР И БИЗНЕСМЕН

В небольшой комнате вокруг большого стола расположились человек восемь монахов. В белых фартуках и колпаках, не обращая внимания на посторонних, они ритмично стучат по столу формочками, вырезая аккуратные круги из теста. Это основа для просфорки. Затем для нее вырежут из теста шапочку и все детали поставят в печь для расстаивания при температуре 40 градусов и абсолютной влажности 100%. После основу и шапочку соединят двойным шилом и отправят в печь.

Главный в просфорне отец Тит. Крупный мужчина с бородой и с большими круглыми часами на груди. Он иногда на них посматривает с нескрываемой гордостью. Этим часам уже много лет — они у о. Тита с шахтерских времен.

Отец Тит появляется в пекарне в три часа утра. Фото: А. Бойко, "Вести"

— Я с восемнадцати лет на шахте «Западный Донбасс» проработал, — усмехается монах.

— А в монастырь-то как попали?

— В монастырь никто по своей воле не попадет, на все воля Божья, — загадочно говорит о. Тит. — Я тут уже тринадцать лет, раньше в Голосееве был. Тит — мое имя в честь преподобного Тита-воина, он у нас в Пещерах лежит. А в миру я Леонид.

У отца Тита есть семья, которая живет в Кривом Роге — два сына, внук и внучка. Иногда они навещают его тут, в Лавре, и, конечно, он угощает их своими знаменитыми просфорками. «Таких, как у нас, ни у кого нет, — хитро щурится монах. — Приезжали люди, рассказывали, что объехали чуть не все монастыри в стране, а все равно за просфорками вернулись к нам».

Готовые просфоры укладывают на противни и ставят в печь. Фото: А. Бойко, "Вести"

Еще два просфорника — Сергей и Павел. Сергей учился в семинарии и говорит, что путь монаха выбрал себе давно. А Павел был военным в России, потом даже работал на государственных должностях, в 90-х имел свой бизнес. А потом ушел в монастырь в Волгограде, потом был в Архангельском монастыре. «Господь в монастырь позвал. У каждого свои причины… Проблемы в бизнесе были неразрешимыми», — еле слышно говорит Павел.

Специальная «печать», которой на крышечке просфоры ставят знак. Фото: А. Бойко, "Вести"

Кстати, среди послушников есть и бывший директор школы. Ему 82 года. «У каждого дорога к Церкви своя», — говорят они. 

РЕЦЕПТ ПРОСФОР ВЫСЧИТАН ГОДАМИ

Работа в просфорне начинается часов в 7 утра. Правда, о. Тит появляется уже в три часа утра, смотрит, как подходит тесто. «Когда сплю? Да я уже привык», — отмахивается монах.

Прежде чем приступить к работе и во время работы монахи читают четыре молитвы, в том числе и покровителям просфорни преподобным Спиридону и Никодиму. Затем раскатывают тесто, складывают его пополам, снова раскатывают. И так несколько раз подряд. В тесте не должно быть ни пузырька воздуха, иначе просфорка может завалиться.

О. Тит говорит, что рецепт просфорок высчитан годами. Учиться их изготавливать он ездил даже в Троицко-Сергиевскую лавру. «Только вода, мука, дрожжи и соль. Соль разводим в воде, процеживаем, чтобы ни соринки не попало. Противни смазываем только натуральным воском». Тесто должно быть очень крутым, в отличие от теста для хлеба. Просфора состоит из двух частей, как Христос имеет два естества — божественную и человеческую природу.

Оборудование в пекарне французское, о. Тит лично ездил по миру и выбирал его. Остановился именно на этом. Познакомился с директором завода, и все семь лет только этот завод оборудование и обслуживает. Пока разговариваем, в духовых шкафах уже подошла первая партия просфор. Их достают остыть.

К праздникам пекут и большие просфоры. Фото: А. Бойко, "Вести"

Всего в день в этой маленькой пекарне выпекают по восемь тысяч просфор. Затем их складывают в мешки по 500 штук и передают в пять-восемь храмов.

ПОД МАРКОЙ «ЛАВРА»

Еще одна мастерская — керамическая — находится в одноэтажном домике на краю монастырского сада. Попадаем сюда как раз тогда, когда мастерицы собираются на ежедневную молитву. В крохотной комнатке несколько женщин молятся и поют псалмы. Тихонько ждем.

Всю керамику в Лавре делают вручную. Фото: А. Бойко, "Вести"

В мастерской вдоль стен — стеллажи с образцами работ. Чашки, колокольчики, подсвечники, лампадки, пасхальные яйца, наборы посуды, сувенирные тарелки. Привлекает внимание одна чашка — очень красивой формы, больше похожа на итальянскую. «Это придумал и нарисовал эскиз покойный монах отец Лонгин, — руководитель мастерской смахивает слезу. — Он много сделал для мастерской, его интересовало буквально все».

На монастырской керамике обязательно пишут «Лавра». Фото: А. Бойко, "Вести"

Нам проводят небольшой мастер-класс. Женщина-мастер берет небольшое ведерко с растопленной глиной и заливает ее в специальную форму. Через некоторое время оттуда достает готовую чашку и ловко приделывает к ней ручку. Затем заготовки несут в печь, где они простоят несколько часов. Просушенные изделия опускают в цветную глазурь. И дальше начинается ручная роспись. В лавках Лавры невозможно найти абсолютно идентичные рисунки — каждый листочек, завиток на изделии художницы старательно выводят. Каждое изделие освящено, и на каждом обязательно написано «Лавра». Кружки продают в киосках на территории монастыря, но покупают их реже, нежели подобные китайские, которые дешевле. Мастерицы сетуют: «Мы же вкладываем всю душу, а они там все под копирку лепят».

СВЕЧНОЙ ЗАВОДИК В СТЕНЕ МОНАСТЫРЯ

В старинной монастырской стене находится свечной заводик. Трудно даже догадаться, что в толще кирпича может кипеть самое настоящее старинное производство.

Между двумя огромными катушками натянуты нити, на которые наращивают воск. Так делают свечи. Фото: А. Бойко, "Вести"

Внутри небольшая тесная комната, в которой стоит очень вкусный запах меда. Свечи-то делают тут из натурального воска! Воск покупают по всей Украине, но чаще предпочитают воск каштана и акации, он особенно благоухает. Чтобы свечи получились желтыми, воск нужно брать в тех областях, где выращивают подсолнух. А вот в Винницкой области и на границе с Молдовой воск более красного цвета, такие свечи делают к Пасхе. Один из священников показывает нам восковой слиток — внешне напоминает головку сыра.

Свечи упаковывают сразу по 200-300 штук. Фото: А. Бойко, "Вести"

Две огромные деревянные катушки постоянно крутятся. Между ними протянуты нити — это фитиль. Нити по пути от одной катушки к другой опускаются в жидкость в огромном чане — это растопленный воск. И с каждым разом нити обрастают этим самым воском, постепенно превращаясь в длинные-длинные свечи. Когда их толщина достигает нужных размеров, их начинают резать на обычные свечи. Затем упаковывают по 200–300 штук.

МАСТЕРСКАЯ ОДЕЖДЫ

В коридоре возле входа в швейную мастерскую почтенный батюшка рассматривает себя в зеркало — он заказал новую рясу и внимательно ее изучает. Закройщица аккуратно поправляет складочки. Рядом на одном из манекенов висит красивая, расшитая серебром и золотом ряса. В швейной мастерской работает около двадцати мастериц. Все они — прихожанки Лавры. Особых требований к внешнему виду женщин тут не предъявляют, хоть сам монастырь и мужской. Но мастерицы и так знают, что в короткой юбке или узких брюках на территорию ходить нельзя.

В мастерской шьют праздничную и обычную одежду для братии — рясы, подрясники, облачения, головные уборы. Каждому монаху нужно несколько повседневных и богослужебных мантий, ряс, клобуков (головные уборы). А вот на осенне-зимний период — суконная ряса с утеплением.

Тут шьют обычные рясы и подрясники для братии. Фото: А. Бойко, "Вести"

Одна из мастериц, Елена, рассказывает, что раньше работала с модельером, шила наряды для подиума. А теперь трудится тут, и ей нравится. Хотя для каждой монашеской одежды существуют свои строгие правила, отступать от которых нельзя. Если сказано, что тут должен быть рисунок, значит — так и должно быть. Для каждого церковного праздника существует свой цвет одежды. На Рождество и Крещение священник должен быть в белом одеянии, на праздники Богородицы — в голубом, на апостольские — в желтом, на Пасху — в красном, на Троицу — в зеленом. Для постов нужны темные ризы.

В мастерской праздничные одеяния красиво вышивают. Фото: А. Бойко, "Вести"

А вот для светских людей тут ничего шить не будут — не положено. Все новые одежды освящают и только после этого отдают заказчикам.