В поисках своих родных, пропавших в зоне АТО, люди обходят многочисленные инстанции и разносят кипы обращений. Но даже титанические усилия далеко не всегда приносят положительный результат. В списках пропавших в зоне АТО — сотни фамилий.

504 ПРОПАВШИХ

Жительница города Славута (Хмельницкая обл.) Людмила Терещук почти месяц ищет младшего брата. Сергей Тимощук служит во львовской бригаде аэромобильных войск. На связь перестал выходить 29 августа. В то время был в зоне луганского аэропорта. «Куда мы только не обращались: на горячую линию президента, в штаб АТО, в СБУ, в воинскую часть... Все без результата, — перечисляет Людмила. — Нам посоветовали написать в Союз матерей, обращались и туда. Вчера вот обратились к мэру нашего города». Кроме того, в поисках брата Людмила обзванивала больницы и госпитали на юго-востоке и в соседних областях. Согласно данным Центра освобождения пленных, Сергей Тимощук значится среди пропавших. Кроме него, в списке еще 503 человека (см. на полосе 9). В то же время, по данным Центра, в плену у ДНР и ЛНР более 800 людей. «Если фамилия человека есть среди пленных, увеличиваются шансы, что он жив. Но гарантии все равно нет», — говорит волонтер Ирина Панасюк. Но, по ее словам, верить спискам, которые публикуют сепаратисты, нельзя: «Может, они просто нашли военный билет этого человека где-то на поле посреди подсолнухов и выдают
его за пленного».

ИЩУТ ВОЛОНТЕРЫ И СИЛОВИКИ

Центр, в котором работает Ирина, был создан в начале сентября для поиска пропавших военных из 51-й бригады, которая понесла большие потери под Иловайском. Но о Центре уже узнали многие и обращаются со всей Украины. «Первым делом мы расспрашиваем у родственников базовую информацию: личные данные, где служил, когда перестал выходить на связь, — рассказывает Ирина. — Если человека нет в базах пленных, мы заводим на него отдельную карточку. Туда вносим особые приметы (наколки, родинки, цепочки с крестами или медальонами) и фотографию. Нашу базу видят все силовые структуры.

Именно в МВД и СБУ волонтеры советуют обращаться в первую очередь. С 5 сентября при Службе безопасности действует Межведомственный центр по поиску пропавших без вести (см. инфографику). Кроме того, родственники пропавших обращаются за помощью в МВД. Начинают поиски с того района, где жил человек. «У нас есть больше 10 обращений по поводу пропавших в зоне АТО. Это и военнослужащие, и бойцы батальонов МВД, — рассказал нам спикер милиции Киевской области Николай Жукович. — Заявления подают по месту проживания, и мы объявляем человека во всеукраинский розыск». Одного из разыскиваемых, по словам Жуковича, увидели в ролике среди пленных в Донецкой области. Волонтеры же много часов проводят именно за просмотром роликов, которые сепаратисты выкладывают в интернет, иногда так удается опознать пропавших.

ОПРАШИВАЮТ ВЕРНУВШИХСЯ ИЗ ПЛЕНА

Также волонтеры опрашивают тех, кто вернулся из плена. «С ними говорить очень сложно, они не идут на контакт. Мы им показываем фотографии, а они, если узнают, говорят, где в последний раз видели этого человека, жив ли он». «Например, один парень позвонил родственникам и успел сказать только, что бой закончился, он сидит один в каком-то коровнике с гранатой в руке. Потом связь с ним пропала. Впоследствии, общаясь с пленными, мы узнали, что он остался живым, его тогда взяли в плен», — рассказывают волонтеры.

Международный Красный Крест также занимается поиском пропавших. Как нам рассказала представительница фонда Ирина Царюк, для этого надо подать официальную заявку — во всех областных центрах есть представительства фонда. Данные о разыскиваемых передают работникам Красного Креста, которые работают в Луганской и Донецкой областях. Если человек окажется в плену или в заложниках, освободить его не смогут, но могут облегчить его положение, подлечить. «Были случаи, когда, если видели, что человека ищет Красный Крест, его переставали бить, могли перевести в лучшие условия», — говорит Царюк. Кроме того, по ее словам, через Красный Крест родственники передают письма пленным.

Некоторые родители, чтобы найти своих детей, едут сами в зону военных действий. «Нам стало известно, что трое солдат прячутся на заводе возле Старобешево (Донецкая обл.). Одна из матерей этих ребят поехала туда, ходила по району и звала его: «Вася, Вася!» Ходила, пока сын не откликнулся. Так и нашла всех троих. Местные женщины помогли организовать «зеленый коридор», так и вывезли троих наших солдат», — рассказала Ирина Панасюк.

ОБЪЯВЛЕНИЯ В ИНТЕРНЕТЕ

Многие родственники оставляют объявления о поиске в интернете. Но в них не стоит публиковать свои телефоны, лучше давать контакты волонтеров, советуют в организации «Восток-СОС». Ведь часто родственникам звонят мошенники, которые срочно требуют выкуп, угрожая, что будут пытать и убьют пленного. Запуганные люди переводят деньги на счета, которые им указывают. «В 90% случаев — это развод. Мошенники могут представляться переговорщиками, «ополченцами» или «Правым сектором». В таких случаях надо заявлять в милицию», — сказала нам активистка «Восток-СОС» Анна Мокроусова.

С начала АТО в охваченных войной регионах пропали без вести сотни людей. Люди в разных уголках Украины не теряют надежды увидеть своих родных. «Вести» разбирались, как действовать тем, кто не отчаивается и ищет своих сыновей и мужей

Волонтеры советуют говорить вежливо

«Очень важно понимать, что когда речь идет о человеческой жизни, наше отношение к похитителям не имеет значения. Главное — спасти жизни людей», — сказано в рекомендациях «Восток-СОС», которые организация разработали для людей, ищущих своих родных. Поэтому волонтеры рекомендуют, наряду с другими каналами информации пользоваться и горячими телефонными линиями ЛНР и ДНР. «Были разные периоды, но вот сейчас с ними можно относительно нормально общаться, узнавать о своих родственниках», — сказала нам Анна Мокроусова. По словам волонтеров, лучше всего, когда звонят матери похищенных, они чаще могут рассчитывать на сострадание. В «Восток-СОС» говорят: «Очень важно, чтобы у вас приняли заявку о том, что ваш родственник пропал. Надо узнать, когда можно получить ответ, есть ли пропавший в их базе «заложников». В разговоре надо пытаться выяснить, где находится ваш родственник; узнать, в чем его обвиняют; когда и на каких условиях его готовы отпустить; постараться договориться о том, чтобы его увидеть, услышать, передавать ему передачи».

По словам Мокроусовой, таким же образом можно узнавать не только о судьбе гражданских, но и пропавших солдат. Только в этом случае лучше проконсультироваться со специалистами и говорить более осторожно. «Надо стучать во все двери, люди действительно звонят и в ДНР, и в ЛНР, — подтверждает волонтер с Волыни Ирина Панасюк. — Только говорить надо вежливо, если допустить грубость, можно навредить пленным. Если не уверены в своей выдержке, лучше доверьте это другим людям».