Сегодня крымчане отмечают для кого-то все еще непривычный, но между тем прочно вошедший в календари, День Автономной Республики Крым. С одной стороны, дата официальная, с другой — судьбоносная во всех смыслах. 

23 года назад жители полуострова на референдуме подавляющим большинством (93,26 %) проголосовали за воссоздание крымской автономии, а Верховный Совет УССР, возглавляемый Леонидом Кравчуком, 12 февраля 1991 года принял Закон о восстановлении автономии. 

ДИТЯ РЕВОЛЮЦИИ

Но автономный статус был провозглашен впервые вовсе не зимой 1991-го, а на почти что на семьдесят лет раньше — в октябре 1921 года. Тогда постановлением ВЦИК и СНК РСФСР была создана Крымская Автономная Социалистическая Советская Республика (КрАССР) в составе федеративной советской России. Подписи под документом поставили первые лица советского государства — Владимир Ленин и Михаил Калинин. 

Смысл данного шага большевиков был прагматичен и символичен одновременно: после окончания Гражданской войны было необходимо продемонстрировать крымчанам лояльность и отсутствие предубежденности к последнему оплоту «белогвардейцев». К тому же  Крым был очень показательной площадкой для демонстрации тезиса о праве наций на самоопределение. Уже 10 ноября 1921 года была принята первая Конституция КрАССР, по которой высшим органом власти являлся Всекрымский съезд Советов, законодательным — Центральный исполнительный комитет республики, а исполнительным — Совет народных комиссаров автономии. Собственно, эта схема полностью копировала систему высших органов власти в большевистской стране. Поэтому смысл автономии Крыма носил такой же административно-территориальный (а не национальный) характер.

ВО ВЛАСТИ БЫЛ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТАНДЕМ

При этом национальный состав населения Крыма как раз и был одним из самых важных факторов существования автономии в 20–30-х годах прошлого века. Однако распределение кадрового «расклада» власти практически поровну было осуществлено представителями русской и крымскотатарской общин. Конституции КрАССР закрепляли два государственных языка — русский и крымскотатарский, при гарантиях развития всех языков других народов региона.

Связано это было как с общей политикой привлечения нацкадров во все сферы жизни общества, так и пониманием, что реальное сопротивление большевикам в ходе Гражданской войны оказывали лишь представители крымскотатарских сил. А значит, с их мнением необходимо было считаться, чтобы вдруг опять не полилась кровь. О реальности особой нацполитики в автономии говорит тот факт, что на практике высшие должности в КрАССР (глав Совнаркома и ЦИК автономии) представлял тандем русского и крымского татарина, но были примеры и 100%-ного татарского руководства автономии, гуманитарная политика почти все первые 20 лет советской власти в Крыму была в руках крымскотатарских чиновников. 

Ликвидирована же первая автономия была в 1945 году, после депортации крымских татар, что, очевидно, и стало поводом к снижению значения Крыма до рядовой области: сохранение статуса было бы немым символом особой национальной политики и укором за ее преступное изменение.

Кликните по изображению для увеличения

ЛУЧШЕ МЕНЯТЬ ФОРМУ

Конечно, сегодня статус Крыма другой. И хотя смысл автономии носит все такой же административно-территориальный характер, но содержание поменялось. За почти 60 лет с момента ликвидации автономии изменились и этнический, и социальный, и культурный состав населения региона. Идея восстановления автономии в конце 80-ых также имела две мотивации: с одной стороны, руководство СССР понимало, что события на полуострове могут пойти по явно негативному «приднестровскому» или «закавказскому» сценарию. А значит, чем воевать, лучше изменить форму. К тому же такой компромисс был приемлем тогда и в Москве, и в Киеве.

 В 1998-м был найден еще один компромисс: между Киевом и Симферополем. В результате чего появилась Конституция АРК. Как любой компромисс он не был лишен уступок. Поправка нардепа Зайца заблокировала возможность использования Крымом собственных конституционных полномочий. Тем не менее принятая ВР Украины Конституция АРК сохранила межнациональный мир на полуострове. 

Андрей Клименко, в 1991 году заведующий идеологическим отделом Крымского обкома КПУ, считает, что современная крымская автономия уже никому не нужна: «У Крыма никогда не было, нет и не будет мощных экономических полномочий. В Киеве не заинтересованы в превращении Крыма в один большой офшор. Свою историческую миссию автономия выполнила, когда в начале 90-х годов удалось избежать кровопролитий на национальной почве». 

А вот один из главных аргументов крымской власти в защиту нынешнего статуса Крыма сводится к тому, что в автономии можно создавать предприятия и учреждения республиканского подчинения в самых разных сферах, а они в свою очередь позволяют не зависеть от решений Киева. А это и производство, и сфера образования, и медицина. 

Одним из последних прорывов на «автономном» фронте крымские власти также считают принятие осенью прошлого года Закона «Об особенностях осуществления инвестиционной деятельности на территории АРК», который призван увеличить приток инвестиций в Крым.

ДАЛИ МИРНО ВЕРНУТЬСЯ КРЫМСКИМ ТАТАРАМ

Такое мнение высказал «Вестям» крымский политолог Александр Форманчук. В 1991 году он был секретарем Крымского обкома КПУ. По его словам, благодаря восстановлению автономии в Крыму удалось избежать кровопролитий на национальной почве, и обеспечить мирный процесс возвращения и обустройства крымских татар. «Ну а сейчас крымские власти находят механизмы расширения наших полномочий. Как пример, приняли закон об особенностях инвестиционной политики в Крыму», — сказал эксперт.

Александр Форманчук уверен, что можно добиться увеличения полномочий автономии в результате конституционной и административно-территориальной реформы в Украине.

АВТОНОМИЯ КРЫМЧАНАМ НИЧЕГО НЕ ДАЕТ

Как заявил «Вестям» депутат Верховного Совета Крыма (в 1991 году был журналистом) Леонид Пилунский, Крымская автономия себя не оправдала. «У нас есть правительство, премьер-министр и куча его заместителей, свой парламент со спикером во главе и атрибуты квазигосударственности, но в реальности крымчанам это ничего не дает. Только лишние расходы», — уверен политик. По его словам, в Запорожской области, например, в облгосадминистрации регистрацией религиозных организаций занимается один человек, в Крыму — целый отдел в Минкультуры. «Я не говорю, что автономию нужно ликвидировать. Были объективные основания для ее восстановления. Местная элита должна наполнить автономию реальным содержанием», — уверен Пилунский.