Крым стал полноценной заграницей. По крайней мере, для того, чтобы попасть в него, необходимо пройти два погранконтроля: украинский и крымский. Паспорта проверяют, а вещи - пока нет. «Вести» пересекли новоиспеченный кордон и проехались на поезде из Симферополя в Мелитополь и обратно.

РОССИЯН БЕЗ МИГРАЦИОНКИ НЕ ПУСКАЮТ В УКРАИНУ

В Симферополе полночь. Такси везет на вокзал.

- Куда едете? – интересуется водитель.

- До Мелитополя, по делам, – отвечаю.

- Вы аккуратнее там…

- А что не так на материке? – удивляюсь.

- В армию могут забрать, – говорит таксист. - Мобилизация ведь. У меня кум специально поехал не на прямом поезде в Питер, а через Краснодар, хотя мог на «восьмом» (поезд №8 Севастополь- Санкт-Петербург – Авт.) - без всяких пересадок туда добраться.

- Так я как раз на «восьмом» и еду!

- Вот и задумайтесь, - говорит он и останавливает машину возле ж/д вокзала.

В здании вокзала людно, не смотря на позднее время. Но у единственной работающей кассы пусто. На окошке - объявление, гласящее, что всем гражданам РФ, попавшим на полуостров самолетом или через Керченскую переправу, необходимо иметь при себе миграционную карту.

- А если не имеешь, - спрашиваю кассира?

- Могут в Мелитополе с поезда ссадить, - устало отвечает кассир. – Уже несколько случаев было.

Слова кассира подтверждает и проводник питерского поезда, в котором еду до Мелитополя, по фамилии Мятеж.

- Недавно ехал россиянин без миграционки, так его по Мелитополю попытались ссадить, - говорит проводник. – А он уперся – «не выйду из вагона и все тут, - говорит. – Хоть выносите». Ну погранцы с ним помучались минут пятнадцать, а тут как раз поезд тронулся. Ну им на ходу выпрыгивать и пришлось. Один вроде нормально приземлился, а вот второму не повезло. Как бы себе ни чего не сломал.

- А в армию на материке не забирают? – интересуюсь.

- Я своих пассажиров так просто не отдам, - говорит Мятеж смеясь. – Ну, россияне точно ни кого не трогают, уже третий рейс подряд в Джанкое не проверяют поезд.

В купе оказался со строителем Ваней. Он крымчанин, а работает в Питере. На столе в купе начатая бутылка водки.

- В последний раз «прикольно» покатался, выпив, говорит Ваня. – Уезжал из Украины в Россию, а вышло так, что первого апреля в Россию и вернулся. Так еще так «весело» ехали. В Мелитополе пограничники чего-то в поезде замешкались, досматривали кого-то вроде. Поезд пошел, а они стопкран дернули, чтобы выйти. Скандал был…

Подъезжаем к Джанкою и ждем российских пограничников. Но после остановки поезда, убеждаюсь в правоте слов нашего проводника. Действительно, ни одного российского пограничника и представителя местной самообороны в вагоне. Через пару минут поезд уже двинулся к границе Крыма. Дальше – Новоалексеевка. Это уже территориальная Украина. На станции хочу выйти на перрон, но проводники не выпускают: «Стоянка две минуты, все равно, ни чего не успеете, сидите». На перроне под фонарем троица вооруженных людей в военной форме. Явно не «вежливые и зеленые»: на рукавах украинский флаг…

КОГДА ПЕРЕВОРОТ ЗАСТАЕТ В ОТКРЫТОМ МОРЕ

…А поезд не тронулся еще целый час. Как объяснили в итоге проводники: из-за разницы во времени с Киевом: «Стоим чтобы под украинское время график движения подстроить, дурдом вот такой. Мы получается, сюда на час раньше приехали», - говорит Мятеж.

За этот час на огонек к нам в купе пришел Федор Михайлович, бывший моряк рыболовецкого траулера – невысокого роста, седой, гладко выбритый, в растянутых трениках, футболке и резиновых тапках. Услышав наш предыдущий разговор о злоключениях Вани и голотнув чая из своей кружки, которую постоянно возит с собой, рассказал свою историю.

- Я во время развала СССР под Антарктидой был, мы там криль ловили, - говорит Федор Михайлович. – И вот приходит нам телефонограмма, мол меняйте символику – в другую страну возвращаетесь. Пришлось прямо в открытом море сбивать серп и молот, сбрасывать в воду. Фальш-мачты в черный перекрасили: так и пошли к ближайшему порту. Сейчас не вспомню к какому, но нас туда не пустили, мол, страны такой «Украина» не знаем, в порт зайти не дадим. Вот так и тыкались по всем ближним портам и только в Лас-Пальмос нам дали воды бесплатно и еды на неделю и мы пошли в Севастополь. А дома нас еще три часа на рейде держали, пока пограничники не подошли. Сказали, что сначала вообще подумали, что мы пираты.

ПОГРАНИЧНЫЙ МЕЛИТОПОЛЬ

…Прибыли в Мелитополь. Михалыч уже ушел спать на свою койку, прощаюсь с Ваней и как только выхожу к дверям вагона навстречу украинский пограничник.

- На выход?

- Ага, а что?

- Показывай паспорт и выходи.

Бегло пролистав мой документ при свете тусклого фонаря в тамбуре, прощается: «Хорошего дня». На перроне вижу еще нескольких явно заспанных пограничников.

- А где можно штампик поставить миграционный?

- Псих что ли? – удивляется лейтенант. – Не вздумай, это же все незаконно, потом проблем не оберешься. Ты откуда?

- Из Симферополя…

- Так тем более, на фиг тебе этот штампик? Не ставь! И паспорт украинский не отдавай. Годика через-три четыре вернем Крым, вот только экономику приведем в порядок.

- А сам откуда, в лоб спрашиваю, рассчитывая разговорить лейтенанта.

- Местный, а служил в Феодосии, а потом сюда перебрался, - рассказывает лейтенант закуривая. – Я не россиян боялся, а самообороновцев, вот уж кто действительно никакому контролю не поддается.

Пограничники в Мелитополе заходят в каждый проходящий поезд, не зависимо украинский он или российский. Проверяют только документы, вещи не трогают. В паузах между поездами они спят в зале ожидания повешенной комфортности.

- Специального погранпоста на вокзале не оборудовано пока, вот здесь пока и отдыхаем, - говорит лейтенант.

Зал ожидания больше напоминает военную казарму: самые везучие погранцы, сопят по одиночке на диване, менее прыткие - спят по двое. Несколько человек вообще примостились на стульях, уткнувшись головой в руки. Кроме пограничников в зале несколько гражданских. Большинство сонными глазами смотрит в плазменный телевизор, по которому показывают «Парфюмера». Около шести утра мой знакомый лейтенант просыпается от телефонного звонка: «Ага, понял…». Встает со стула, хлопает в ладоши: «парни, давайте, поезд сейчас придет». Все неохотно встают и берут под мышки ноутбуки: туда, как выяснилось, они записывают имена некоторых пассажиров. Зачем и по каким признакам ведется запись – лейтенант не говорит, ссылаясь на служебную тайну.

Вслед за российским поездом из Екатеринбурга, из-за которого повставали пограничники прибывает фирменный киевский. Зеленая форма мелькает по всему перрону: часть проверяет поезда РЖД, другие – Киев-Симферополь. Возле здания вокзала собирается внушительная толпа. Сейчас придет поезд Львов-Симферополь, на котором мне предстоит ехать обратно в Крым.

«ТАК МИ ЖЕ ТУТ СВОЇ»

Во львовском располагаюсь на своей полке, вагон полупустой, полки скрипят, да еще и отопление по-полной работает. «Я нэ куды не встану! Отчипитесь!» - кричит в конце вагона женщина. Пассажиры зашевелились, все с интересом смотрят на крупную цыганку, которая скандалит с девушкой и проводником. «Но это не ваше место!» - говорит проводник. «Плэвать я хотэла! Вещи уже тут сложила, видышь!?». Поняв, что толку не будет, проводник отводит стоявшую в сторонке девушку в другую часть вагона. Цыганка еще что-то причитает и с видом победителя курсирует по вагону, цепляя ноги пытающихся спать пассажиров. Заходят пограничники и она тут же семенит на отвоеванную нижнюю полку возле туалета.

- Откуда едете? – интересуется пограничник, заглядывая в мой паспорт.

- Отсюда, - отвечаю.

- А с какой целью приезжали?

- С личной, у друга гостил, - говорю.

- Ясно, счастливого пути, - говорит он, возвращая документ. Наш вагон проверили минут за десять, но после этого стоим еще минут 30. Проводница на вопрос, почему так долго, просто пожимает плечами: «Граница! Пограничников мало здесь, а поездов утром много, вот и долго видать».

После пограничного контроля пассажиры успокаиваются, напротив, к окошку садится бабушка и замирает. Пролетаем мимо какой-то станции, на грузовых вагонах стоят БРДМ без башен, недавно покрашенные в ярко-зеленый цвет.

- А чому нас не записували у ноутбук? – спрашивает одна пассажирка другую.

- Так ми же тут – свої, - отвечает. – Ось до кримської границі доїдемо там нас по повній обшукувати будуть.

ВМЕСТО СОБАКИ – МОЛОДОЙ ПОГРАНИЧНИК

По вагону курсирует старый анекдот: «наркотики, оружие везете?» - спрашивает пограничник, «не знаю, - отвечает пассажир, - меня мама собирала».

Перед Джанкоем начинается суета: девушка в парандже усаживает напротив мальчика лет семи. «Вот посиди здесь с дядей». По вагону идет слух, что проверять будут с собакой, а мальчик собак боится и, чтобы его отвлечь его пересадили к окну. В «нагрузку» неравнодушный пассажир подсаживается к нему и дает свой мобильный, на котором включена игра. Но малец не долго играл. Он уставился в окно, удивленно глазея на периодические проезжающие военные «КАМАЗы» и окопы россиян, накрытые маскировочной сеткой…

В Джанкое вместо ожидаемой бригады погранцов с собакой заходит всего один молодой пограничник с шевронами «Погранслужба Крыма». Он проверяет паспорта, смотрит прописку, а потом желает удачного пути, ни у кого в вагоне не спрашивая даже цели поездки. В Джанкое стоянка оказалась короче – не больше 20 минут.

До Симферополя доезжаем без приключений хоть и с опозданием более чем на час. Почему опоздали, ясно всем – «Граница»! Проводница на прощание говорит: «Час это еще мало, бывает и на полтора-два опаздываем!».