Второй раз за полгода Андрей Макаревич приехал в Киев с концертом, только на этот раз с программой «Идиш-джаз». Октябрьский дворец, где проходил вчерашний концерт, был практически полон, а это несколько тысяч человек. Хотя свободные места оставались, все-таки цена на билеты кусалась — от 190 до 2590 грн.

Когда Макаревич вышел из зала на улицу, его все время сопровождала охрана — два дюжих молодца. К счастью, демонстрировать свои навыки им не пришлось. Разве что во время концерта, когда он пел свой хит «Перекресток», они довольно грубо остановили девушку в белом атласном платье, попытавшуюся выйти на сцену и вручить артисту букет. Ей, как и всему залу, особо близко к сердцу пришлись слова: «Пусть загнал я судьбу свою, но в каком бы ни шел строю, все мне кажется: я опять на тебе стою». Они ассоциировались с личной позицией Макара по Украине.

Многие песни из его репертуара стали звучать по-новому из-за нынешней политической ситуации. Людей зацепили слова и из другого его хита: «Я очень ценю тепло отношений в эпоху большой нелюбви». Музыканты добавляли чувство тревоги, неожиданно вставляя в джаз-стандарты проигрыш из «17 мгновений весны». А вот хит «Он был старше ее» в новой обработке приобрел более интимный характер — саксофонист проиллюстрировал «мужские страдания» почти истерической аранжировкой.

На мирный лад Макаревич пытался настроить публику еще до концерта, когда вышел на улицу со служебного входа и сказал перед толпой зевак: «Сегодня я буду петь о любви, а не о политике. Любовь главнее!» И на концерте действительно звучали американские шлягеры о любви, с которыми он приехал к нам впервые.

Макар предупредил со сцены: «Иногда я буду перемежать старые джазовые хиты своими песнями, что объяснимо». Когда вокалистки пели на английском, у зрителей появилось ощущение, что они находятся в атмосфере американского кино 40–50-х годов прошлого века. Музыканты в черных шляпах напоминали гангстеров из комедийного боевика «В джазе только девушки». Регулярно каждый из виртуозов выдавал соло, овации вызвали трубач и контрабасист. Причем духовик так изгибался назад, что казалось, вот-вот упадет. Сам Макар исполнял гитарные соло в стиле Биби Кинга.

На сцену Октябрьского дворца Макаревич вывел трех вокалисток

Макаревич со сцены рассказал: «Мы записали музыку, которой 100 лет. Тогда еврейские эмигранты из Одессы, спасаясь от революции, уехали в США, написали песни, многие из которых стали великими джазовыми стандартами. У нас на днях вышел альбом «Идишь-джаз 2». С этой программой мы побывали в Штатах и Европе, и широкой публике эти песни понравились».

После того как группа ушла за кулисы, публика стоя устроила овации, выкрикивая: «Ты лучший! Мы тебя любим!» Макар, улыбаясь, вернулся: «Вы ж понимаете, после такого трудно уйти. Давайте сделаем в этом большом зале наглую штуку. Я всегда думал, как в 30–40-е года джазмены исполняли свои вещи без электричества, но их было слышно на огромных площадках. Сейчас мы отрубим электроэнергию и посмотрим, что получится». Получилось сильно — все три вокалистки выдали драйвово бодрый американский шлягер, им вторили трубачи и саксофонисты, а Макаревич завершил все это лихим акустическим соло. Это и стало последним аккордом. Андрей пообещал скоро выдать «Идиш 3» и возвращаться в Киев еще много раз.