—Михаил Андреевич, вы уже полгода возглавляете Дворец «Украина». Что нового привнесли?

— Придя во Дворец, я обратил внимание, что здесь выступало мало украинских артистов. По разным причинам, например, из-за дороговизны аренды. Для западных и российских артистов этот вопрос не является камнем преткновения, а для наших — цена велика, хотя и продиктована экономическими реалиями. Поэтому поставил себе задачу — вернуть их в «Украину». Я встретился со многими нашими артистами и договорился, что они проведут у нас свои концерты на паритетных с Дворцом основаниях. То есть мы выступаем соорганизатором, что сразу уменьшает их затраты. Мы уже переговорили с Виктором Павликом, Иво Бобулом, дуэтом «Свитязь» и Гариком Кричевским. А еще я ввел единый билет дворца «Украина», который будет распространяться через кассы и интернет. Это то, что должно было уже давно произойти, потому что торговля билетами старого образца приводит к тому, что на одно место продается несколько штук.

— Что зрителю даст единый билет?

— Зритель сможет, придя в кассу Дворца, как в кинотеатре, посмотреть план всего зала и выбрать себе подходящее место. Не будет и билетов-двойников, потому что ни по каким билетам, кроме наших, мы в зал пускать не будем.

— Я помню, Николай Мозговой ввел квоту для наших артистов, которая позволяла им выступать в «Украине» на более льготных условиях...

— Это немного не так. Есть расценки для бюджетных организаций — они более низкие, а есть для всех остальных прокатчиков. Мы договорились с нашими артистами так: мы с них не берем арендную плату, а идем с ними вместе в этот проект и потом за счет прибыли покрываем и наши затраты, и отдаем артистам то, что они заработали. Это западная система, когда певцы работают не на фиксированный гонорар, а на кассу. Второе, что я привнес — это проводить фестивали в малом зале на 250 мест, который используется как театральная площадка. Там уже был Роман Виктюк. Он обещал осенью приехать, чтобы набрать себе класс, а потом обучать его в Москве. Хотим провести несколько фестивалей, один из них — «Театральный фестиваль современных форм», второй — музыкальный по типу «Песенного вернисажа», в котором будут участвовать артисты из регионов. Кто бы что не говорил, но на нем открыли ту же Верку Сердючку. Будут и другие мероприятия, потому что у нас уже есть указ президента о праздновании 200-летия Тараса Шевченко. А еще планируем в следующем году привезти Адриано Челентано (актера называют «невыездным», потому что у него фобия — он боится летать, а потому отказывается от подобных мероприятий за пределами Италии. — Авт.). Но это будет не концерт, а творческий вечер. Осталось только дату оговорить.

Осенью Роман Виктюк приедет к нам, чтобы набрать свой класс, а потом учить в Москве

— В России сейчас идет борьба с «фанерщиками», а вас не смущает, что многие наши звезды не поют «живьем»?

— Конечно, я прекрасно знаю, кто позволяет себе петь под фонограмму. И против этого. Исключение, когда артисту нужно передохнуть или переодеться. Либо идет телесъемка. Но радует, что хоть молодежь сейчас старается петь вживую.

— В каком сейчас состоянии законопроект о налогообложении концертных прокатчиков, по которому они должны платить налог?

— Это было при мне. В старом налоговом кодексе у нас был трехпроцентный налог на гастролеров — и это нормально. Это один из самых низких налогов в Европе. Мы хотели сделать гибкую систему. Три процента оставить для иностранных гастролеров и один — для украинских. Но мы делали гораздо шире возможности. Деньги эти должны были распределять не чиновники, а экспертная комиссия, которую сами «митцi» организовывали. Если бы артист обратился за помощью, что ему нужны деньги для того, чтобы выступить перед, скажем, диаспорой, которая может только частично оплатить его приезд, то по решению этой комиссии он мог бы как раз получить недостающую сумму. А этот гвалт подняли те организаторы, которые не хотели показывать реальную стоимость билетов на их концерты. Приведу абстрактный пример, как на самом деле это должно было бы работать. Возьмем концерт Виктора Павлика в Миргороде, в зале на тысячу мест, с билетом по 100 грн. В сумме это 100 тыс. грн. И с этого вала мы предлагали отчислять один процент в этот фонд. Сумма получается вполне приемлемая — 1000 грн. Закон этот пока что затормозился, а страдают от отсутствия этого фонда в первую очередь театры, которые перестали уже ездить даже по Украине. На такие гастроли им нужно 50–60 тыс. гривен.

— Недавно со скандалом из оперного театра уволили худрука Дениса Матвиенко, которого вы открыто поддерживали...

— Денис Матвиенко, безусловно, — очень талантливый человек. И его отъезд из страны был потерей как для украинской культуры, так и для национального балета в частности. Поэтому, будучи министром культуры, я действительно содействовал тому, чтобы он вернулся работать в Украину. Что же касается ситуации, которая сложилась сейчас вокруг Матвиенко, то это уже на совести нынешнего руководства Министерства культуры Украины и дирекции Национальной оперы.

— Вдова Мозгового до вашего назначения долгое время была и. о. директора Дворца «Украина». Где она сейчас работает?

— Она — мой заместитель и работает по художественной части, а ее дочь Алена проводит у нас концерты памяти отца. Я никого не собираюсь менять и увольнять. У нас нормальные деловые и человеческие отношения.