11 января в возрасте 69 лет после 18-месячной борьбы с раком умер выдающийся музыкант Дэвид Боуи.

Журнал Esquire вспомнил правила жизни культового артиста.

ВРЯД ЛИ кто-нибудь вспомнит обо мне через тысячу лет.

ДАЖЕ НЕ МОГУ ПРЕДСТАВИТЬ, сколько тысяч раз и сколько тысяч людей подходили ко мне и говорили: "Эй, давай станцуем" (Let’s dance, "Давай станцуем", – один из самых известных синглов Боуи). Господи, я ненавижу танцевать. Это же так глупо.

ЗДЕСЬ, В НЬЮ-ЙОРКЕ, мне часто кричат: Эй, Боуи! Это нормально, меня это устраивает. Потому что в Лондоне все кричат "Дэйв", и за это мне хочется проломить их чертовы головы. Мое имя Дэвид, и я ненавижу, когда меня называют Дэйв. Думаю, кстати, что все об этом хорошо знают.

Я НЕ БЫЛ ЗНАКОМ с Чарли Чаплиным. Но когда я жил в Швейцарии, он был моим соседом – вернее, его тело. Он был похоронен во дворе англиканской церкви, вниз по улице от моего дома. А потом какие-то мудаки украли его гроб (в 1978 году гроб с телом Чаплина был выкопан и похищен) и стали требовать деньги с его семьи. Это было ужасно, тем более что я знал его родных – это были хорошие люди.

НЕТ, Я НЕ ПИСАЛ GOLDEN YEARS (песня Боуи, созданная в 1975 году) для Элвиса. Но Элвис слышал мою демозапись, потому что мы оба были на RCA, а Полковник Том Паркер (менеджер Элвиса) считал, что я должен написать для Пресли несколько песен. Шли разговоры о том, что меня нужно представить Элвису и что мы должны работать вместе, но это все так ничем и не закончилось. А ведь я был бы счастлив поработать с ним. Кстати, как-то раз он прислал мне записку: "Желаю хороших гастролей и всего наилучшего". Я до сих пор ее храню – ведь Элвис не разбрасывался записками.

ОДНАЖДЫ Я СПРОСИЛ Леннона, что он думает о том, что я делаю. Годится, сказал он, но это просто рок-н-ролл, поверх которого положили немного губной помады.

Я ТАК ЧАСТО придумывал себе новый образ, что сегодня мне кажется, будто изначально я был располневшей кореянкой.

МНЕ ЧАСТО ПРЕДЛАГАЮТ роли в плохих фильмах. И, в основном, это какие-то бесноватые пидоры, трансвеститы или марсиане.

СЛОЖНО ЖИТЬ в гармонии с хаосом.

У МЕНЯ ОТСУТСТВУЕТ чувство юмора – вот самое большое заблуждение относительно моей персоны. Наверное, когда-то я действительно выглядел серьезным. Но это только из-за того, что я тогда был очень стеснительным. Собственно, именно поэтому в свое время я так накинулся на наркотики. Когда ты под кокаином, ты болтаешь и улыбаешься за троих.

КАЖЕТСЯ, ЭТО БЫЛ Я И ДЕННИС ХОППЕР – те, кто таскал Игги Попу наркотики прямо в больницу. По-моему, его забрали в психиатрическое отделение в 1975-м, и когда мы приехали туда, всякое дерьмо буквально вываливалось у нас из карманов. Вообще-то в больницы не пускают с наркотиками, но мы были сумасшедшими, и поэтому сумели пронести все, что у нас было. Я даже не помню, чтобы мы испытывали что-то типа страха. Ведь там, в больнице, был наш друг, и мы должны были принести ему хоть что-то, потому что у него уже очень давно не было ничего.

Я ОБХОДИЛСЯ БЕЗ НАРКОТИКОВ до 1974-го. Не так уж и мало, да? И самое интересное, что все те вещи, которые я когда-либо делал или пытался делать, заинтересовали меня задолго до того, как я увлекся кокаином. Так что, возможно, наркотики никак не изменили мою жизнь. Хотя они помогли мне проникнуть в темные углы сознания.

СЕКС стал для меня чем-то очень важным еще в 14 лет. Мне было плевать, как и с кем это происходило. Для меня был важен лишь сексуальный опыт. Поэтому когда после школы я привел домой одного паренька и трахнул его на своей кровати, это просто добавило мне опыта. А потом я подумал: ну, если я когда-нибудь попаду в тюрьму, я, кажется, знаю, как там не заскучать.

ОЧЕНЬ СЛОЖНО быть разрушителем морали в мире, где морали не осталось.

Я МАЛО ЗНАЛ настоящих бунтарей, готовых умереть за свои убеждения. Даже Джеймс Дин не хотел умирать.

ТЫ ВСЕГДА ДОЛЖЕН опасаться тех, кто попал под свет софитов случайно, не имея никакого таланта. У таких людей есть наводящее на меня ужас умение общаться со звездами, заключая их в свои объятия и одаривая их поцелуями. Но эти люди способны лишь отражать свет и не способны излучать его.

ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ни выиграть, ни проиграть, до тех пор, пока ты не участвуешь в гонках.

МЕНЯ ПОРАЖАЕТ, что люди воспринимают всерьез все, что я говорю. Даже я не воспринимаю это всерьез.

Я БЫЛ ОДНИМ ИЗ ПЕРВЫХ, кто узнал о Чернобыле – за пределами России, конечно. Мы тогда записывали альбом в Швейцарии. Был приятный апрельский вечер, и все вывалили на лужайку перед студией. Перед нами были Альпы и озеро, и тут наш звукорежиссер, который остался в студии и слушал радио, закричал: "В России творится какой-то п...ц!". Выяснилось, что он поймал какую-то швейцарскую радиостанцию, а те, в свою очередь, поймали какую-то норвежскую волну. Норвежцы пытались до кого-нибудь докричаться. Они рассказывали, что со стороны России движутся огромные облака, и это не просто дождевые тучи. Собственно, это было первое известие о Чернобыле. Я позвонил знакомому журналисту в Лондон, но он не слышал ни о чем подобном – Чернобыль попал в главные новости лишь через несколько часов. Я помню, что это было очень странное чувство: осознавать, что ты один из немногих, кто знает о том, какая угроза повисла над планетой.

Я НЕ ВЕРЮ в демонов. Я не верю в зловещие потусторонние силы. Я не верю в то, что вне человека существует что-то, что способно порождать зло.

С ВОЗРАСТОМ ТЫ ПОНИМАЕШЬ, что практически все банальности, клише и расхожие мнения верны. Время действительно идет быстрее с каждым прожитым годом. Жизнь действительно очень короткая – как об этом и предупреждают с самого начала. И, кажется, в самом деле есть бог. Потому что если все остальные утверждения верны, почему я не должен верить этому?

Я НЕ СОВСЕМ АТЕИСТ, и это меня беспокоит.

ЧЕЛОВЕК XXI ВЕКА – это язычник: в нем нет внутреннего света, он много разрушает и мало создает, и, главное, он не чувствует в своей жизни присутствия бога.

ВЫ, НАВЕРНОЕ, ДУМАЕТЕ, что быть рок-идолом, женатым на супермодели (Боуи женат на Иман Мохамед Абдулмаджид, модели сомалийского происхождения) – это лучшее, что может произойти в этой жизни? В принципе, так оно и есть.