67-летняя лауреат Нобелевской премии по литературе Светлана Алексиевич приехала в столицу, чтобы презентовать три своих книги, переведенных на украинский – "У войны не женское лицо", "Чернобыльская молитва" и "Время секонд-хэнд".

На встречу с белорусской писательницей, которая родилась в Украине, пришло 500 человек – так что зал, где проходила встреча (это было в стенах одного из киевский вузов) был забит под завязку. Студенты, преподаватели и даже приезжие из Беларуси и Польши в течение двух часов общались с Алексеевич на разные темы. И что интересно после тет-а-тет с писательницей желающих купить ее прозу стоимостью 100-120 грн было в разы больше, чем до начала встречи.

Алексеевич говорила о своей стране, "отставшей благодаря Лукашенко в развитии на четверть века", вспоминала, как стала писательницей: "По образованию я журналистка и семь лет проработала в одной из газет Беларуси. Но цензура и невозможность раскрыть людей глубже, чем мне бы хотелось, породили мысли о писательстве. А после того, как я прочитала книгу Алеся Адамовича, посвященную Великой отечественной войне на территории Беларуси, о том, как немцы сжигали обычных людей в избах и церквях, то окончательно убедилась, каким должен быть мой путь".

Новости по теме:

Обладательницу "Нобелевской премии" спасли франковские монахини

Надо сказать, все книги писательницы (а на сегодня их у нее 6) посвящены трагедиям – Второй мировой, взрыву чернобыльской АЭС, войне в Афганистане... Как она сама их называет, «это моя энциклопедия красной империи, в которой я исследую, что такое красный человек». А на наш вопрос, что она считает самым положительным в истории наших стран, Алексиевич ответила: «Майданы. Вы – единственная из постсоветских стран, которая хоть по-черепашьи, но ползет в Европу. Первый Майдан породил новое поколение, которое вышло на второй и потянуло за собой всех остальных украинцев».

Но писать книгу об украинцах Алексиевич сказала, что не будет: «У вас достаточно своих писателей, которые могут это сделать, например Юрий Андрухович или Оксана Забужко». Зато призналась, что ее новая книга будет посвящена старости: «Единственное, я пока не знаю, как к этой теме подступиться. Но, благодаря миллиону (столько она получила за премию Нобеля. – Авт.), у меня есть свобода, и я смогу спокойно писать ее хоть 10 лет...»