Эдуард Артемьев (для близких Алеша) — автор музыки к фильмам Андрея Тарковского, Никиты Михалкова, Андрона Кончаловского, Карена Шахназарова. Написал саундтреки к более чем 200 картинам — «Солярис», «Утомленные солнцем», «Курьер», «Водитель для Веры», «Щелкунчик», «Легенда №17»...

— Насколько я знаю, музыку для новой картины Михалкова «Солнечный удар» по Бунину тоже будете писать вы?

— Да, но музыку буду писать к ней в ноябре. «Солнечный удар» — это история о страсти, которая случилась за сутки на пароходе: роман великосветской дамы и юного офицера. 1912 год. По ощущениям эта лента напоминает состояние в фильмах Тарковского.

— Кстати, а как вы познакомились с Тарковским?

— В 1968 году, на кинотусовке. Он уже был известен. «Иваново детство» получило Золотого Льва в Венеции, а «Андрея Рублева» собирались от СССР отправлять в Канны, но завернули. Пошла скандальная слава запрещенного режиссера. Его все жалели. В тусовке киношников он был центром компании — нервный, экспрессивный молодой человек с усиками. У него был вычурный шейный платок, который мне очень не нравился. Но мы с Андреем сработались на «Солярисе».

— Вы писали музыку и для его «Сталкера». Это далеко не массовое кино часто попадает в ТОП лучших русских фильмов. Вас это не удивляет?

— Удивляет. Часть музыки, кстати, Тарковский убрал из картины. Для эпизода, когда герои идут по Трубе к Комнате, мной была написана отдельная тема. Я специально пришел на перезапись, потому что он сказал: «Все-таки здесь нужна музыкальная дорожка». А на другой день прихожу — ее нет.

— Ваша самая драматическая мелодия звучит в михалковской «Рабе любви». Говорили, вы писали ее в тяжелейший период...

– Да, когда жену с сыном сбила машина на троллейбусной остановке. Артему тогда было 7 лет. Сотрясения, переломы. Я днем бегал по больницам, а ночью писал. Но, слава Богу, и жена, и сын выжили! Но саму тему я написал чуть раньше аварии — за две недели. Меня тогда настроил Михалков, мол, героиня — с изломанным характером. И мелодия получилась такая же — изломанная. Тему написал быстро, а дальше работа над музыкой шла в этой кошмарной ситуации. Эта мелодия получилась и как протест против революционного насилия в фильме.

— Русское кино своеобразно: «Сталкер» — фантастический боевик, а «Свой среди чужих…» — вестерн. Но лирики там больше, чем жестокости.

— Русским жаль людей, жестокости мы избегали. Хотя сейчас — меньше такого. Только недавно Россия оклемалась и снова нащупывает свой путь. Возвращение происходит на мировую арену. Хотя с той же Америкой Кончаловский не терял связи.

— Кстати, как вы относитесь к его бесконечным романам, пяти бракам?

— Поддерживаю. Он приезжал из Америки всякий раз с новой дамой.

— Но вы же полвека со своей супругой Изольдой?

— Да, 29 сентября будет 50 лет, как мы вместе. Золотая свадьба. Увлечения увлечениями, но семья важнее. Изольда — музыкант. Вмешиваться в творческий процесс я ей не разрешаю, но она первая оценивает результат. И первая указывает на какие-то промашки. А хвалит редко (смеется).

— Как вы относитесь к политической деятельности Михалкова?

— Некие центробежные силы пытаются Россию раскачать, нужны Столыпины, и Михалков — один из них. Надо лет десять стабильности, иначе все рассыпят.

— Михалков говорит о вас: «Алеша — вроде не здоровяк, но пьет со мной на равных»…

— Стараюсь из последних сил. Застолье — славянская форма алкогольного братства. Непьющий человек для русского — подозрителен. После съемочного дня обязательно небольшое застолье. Наш фирменный напиток — водка Кончаловского, «кончаловка». Их предок — художник Суриков из Сибири. Это сибирский рецепт — водка, настоянная на черной смородине. Вкусная, сладкая, но крепкая. Не понимаешь, что пьешь. Можешь и с катушек свалиться с непривычки.

— Знаю, вам довелось выпивать ее даже с Джеком Николсоном. И как?

— Да, дело было на даче Михалкова. Николсон тогда приезжал на МКФ. И Путин к Михалкову приехал. Николсон дернул, но немного — пожилые уже все, здоровье не позволяет. Сильно напилась там актриса Пета Уилсон — звезда шпионского сериала «Ее звали Никита». Она подошла к Путину и спросила, мол, как ему ее боевое искусство? А Путин заметил, что в России так могут в любой начальной школе самбо. Она обиделась и стала налегать на спиртное. А когда ее муж сделал замечание, она отвела его в сторону и молниеносно дала под дых так, что он согнулся в три погибели.