25 лет назад, в конце 1988 года, состоялась премьера телефильма «Собачье сердце» Владимира Бортко по одноименной повести Михаила Булгакова. С тех пор популярность этого двухсерийного шедевра только росла, он неизменно входит в топы советских/российских фильмов.

Выражения профессора Преображенского вошли в обиход: «Разруха не в клозетах, а в головах», «Дайте мне такую бумажку, чтобы это была броня», «Не читайте утром советских газет!» Здравый смысл ученого противопоставлялся революционному абсурду, который воплощали на экране Швондер и Шариков, чьи фразы тоже стали крылатыми: «Абырвалг», «Это какой-то позор, профессор», «Котов душили, душили», «Все отнять и поделить», «В очередь, сукины дети, в очередь».

«Вести» решили разобраться в научной, революционной, художественной и даже музыкальной составляющей бессмертного произведения.

НЕМЕЦКИЙ БОБИКОВ И ЧИЧЧОЛИНА

Повесть была написана Михаилом Булгаковым в 1925 году. Ее должны были напечатать в альманахе «Недра», но соратник Ленина, член Политбюро Лев Каменев ее запретил, начертав отрицательную резолюцию: «Это острый памфлет на современность. Печатать ни в коем случае нельзя». И впервые повесть была опубликована в 1968 году за границей — в ФРГ и Англии.

Первая экранизация тоже была за рубежом: режиссер Альберто Латтуада поставил итальяно-немецкую картину «Собачье сердце» (итал. «Cuore di cane», нем. «Warum bellt Herr Bobikow?» — «Почему лает господин Бобиков?») в 1976 году. Фильм отразил разочарование в цветочных революциях хиппи конца 60-х: швондеры и шариковы воплощали разрушителей революционных иллюзий студенчества.

В роли Преображенского снялся известный шведский актер, дважды номинант на «Оскар» Макс фон Сюдов, а одну из эпизодических ролей исполнила будущая порнозвезда Чиччолина.

Публикация в СССР «Собачьего сердца» случилась в журнале «Знамя» только в 1987-м, через 62 года после написания. Владимиру Бортко дал почитать этот журнал на «Ленфильме» режиссер Сергей Микаэлян. «Я знал другие известные произведения Булгакова, того же «Мастера и Маргариту», но «Собачьего сердца» не читал», — рассказал нам Владимир Владимирович. Монолог профессора мгновенно захватил Бортко, он решил снимать. Цензурных проблем с этой картиной, несмотря на ее остроту, не возникло — на дворе гремела перестройка. В отличие от картины Бортко «Блондинка за углом» с Андреем Мироновым, которая пролежала на полке два года — до 1984-го. Кстати, эта картина и принесла режиссеру первую известность.

ФИЛЬМ СНЯТ НЕ ТОЛЬКО ПО ПОВЕСТИ

Зрители после премьеры «Собачьего сердца» бросались читать повесть, но многих шуток и сцен не находили. Дело в том, что сценарий Владимир Бортко вместе с супругой Натальей написали не только по повести — они сделали выжимки из рассказов и фельетонов писателя.

Сошедший с ума дворник, которому библиотекарь, чтобы отделаться, посоветовала читать тома энциклопедии — из фельетона «Самоцветный быт», пророчица в цирке — из рассказа «Мадмазель Жанна» («Дура, делай умное лицо!»), вызов духов — из «Спиритического сеанса», а «звездины» Клары и Розы, которые проводил Швондер, — из фельетона «Золотые корреспонденции Ферапонта Ферапонтовича Капорцева». Эти сценки и остроты не только придали блеск картине.

«Используя булгаковские рассказы, — поделился с нами режиссер секретом, — мы раздвинули рамки квартиры, где происходит действие повести. Теперь там была улица, цирк». Кстати, московские улицы «сыграл» Питер, поскольку съемки проходили на «Ленфильме».

ПРОФЕССОРЫ ПРЕОБРАЖЕНСКИЕ И БОРМЕНТАЛЬ

На роль Преображенского пробовались звезды первой величины: Леонид Броневой, Михаил Ульянов, Юрий Яковлев и Владислав Стржельчик. Выиграл «тендер» Евгений Евстигнеев, и эта роль пришлась ему очень кстати. После раздела МХАТа между Татьяной Дорониной и Олегом Ефремовым, Евстигнеев остался с последним. Но попросил главрежа, поскольку недавно перенес инфаркт, не давать ему новых ролей, а только доигрывать старые. Ефремов воспринял это как предательство и сгоряча рубанул: «Так иди на пенсию...» У Евстигнеева был шок. Именно в таком состоянии он и явился на кинопробы. Так что сам он в тот период испытывал чувствительные удары судьбы, которые выпали и на долю Преображенского. «Все актеры на пробах замечательно играли, но Евстигнеев был точнее», — вспоминает Бортко. Сын артиста, Денис Евстигнеев, заметил: «Фильм буквально спас отца. Он постоянно говорил о своей роли, что-то наигрывал, показывал сцены. Картина стала для него опорой в тот тяжелый период». Многие отмечали проникновенность манеры Евстигнеева в этой роли, которую он сам называл потом любимой. Что касается доктора Борменталя, его режиссер сразу увидел в Борисе Плотникове, тогда актере Московского театра сатиры. «Плотникова я моментально утвердил, — говорит нам Бортко. — И был им очень доволен». Плотников побаивался играть с именитым артистом, но Евстигнеев сказал: «Мы с вами равны, коллега» — и робость прошла.

ШАРИКОВЫ И ШАРИКИ

На роль Полиграфа Полиграфовича Шарикова пробовалось более десятка претендентов. Ярким среди них был Николай Караченцов, органично озвучивший пса-гасконца в мультфильме «Пес в сапогах», снятом по мотивам «Трех мушкетеров» (1981). «Караченцов талантливо изображал пса, но его актерское амплуа — герой-любовник, а мне нужен был в одном образе пес и алкоголик», — говорит Бортко. Владимира Толоконникова отобрали по актерской фотобазе, которая была на всех крупных студиях, — он служил в Алматинском русском театре им. Лермонтова (как мы узнали, он там работает и сейчас, а после «Собачьего сердца» одна из его самых ярких ролей была в фильме «Хоттабыч» в 2006-м, где он сыграл старика-джинна). Толоконников на кинопробах так колоритно произнес тост: «Желаю, чтобы все!», что у режиссера отпали сомнения. «Володя убил меня в тот же миг, как сделал глоток, — говорит режиссер. — Разумеется, это была не водка, а вода. Но выпил он очень убедительно». Роль Шарика исполнила дворняга по кличке Карай. Он был выбран из нескольких претендентов — членов собачьего клуба «Дружок». «Это был умнейший пес, — говорит режиссер. — Он разве что по-французски не говорил. Все делал с первого дубля». Карай впоследствии стал «кинозвездой», снявшись в картинах «Свадебный марш», «Переэкзаменовка», «Рок-н-ролл для принцессы» и «Навеки 19-летний».

ПИВА НЕ ПРЕДЛАГАТЬ. ТОЛЬКО КОНЬЯК!

Известно, что Евгений Евстигнеев «для куража» любил выпивать 50 грамм коньяка перед выходом на сцену или перед съемками. Толоконников рассказывал, что из-за театральных передряг Евгений Александрович стал все больше приносить на съемки спиртного. И делился с Толоконниковым. Фраза из фильма «Пива Шарикову не предлагать!» обернулась в закадровую: «А не налить ли Шарикову?» Владимир Бортко рассказал нам о конфликте с Евстигнеевым на этой почве: «Евгений Александрович решил, что съемок уже не будет сегодня. И очень хорошо выпил. Произошел тяжелый разговор. Но после этого подобных конфликтов с ним уже не было. Спиртное на площадке больше Евстигнеев не употреблял».

РЕВОЛЮЦИЯ И ПАРАЗИТЫ

«Собачье сердце» — фильм-предупреждение о том, что социальные и научные революции несут побочные эффекты. Преображенский в финале говорит с разочарованием: «Вот что получается, когда исследователь вместо того, чтобы идти ощупью и параллельно с природой, форсирует вопрос и приподнимает завесу: на, получай Шарикова и ешь его с кашей!»

Что касается сатирического изображения социальных реформ, режиссер Бортко замечает: «Поймите, я не против революции. Я против идеологических паразитов, которых она часто порождает. Включите телевизор — Швондеры и Шариковы вещают оттуда. Картина вырабатывает иммунитет к ним, что, наверное, и объясняет долгожительство фильма. Его, кстати, часто показывают перед выборами».

НА ЧАСТУШКИ ВДОХНОВИЛ ЕСЕНИН

Запоминаются в фильме и песни «Суровые годы уходят», «Частушки Шарикова» барда Юлия Кима («Бумбараш») на музыку Владимира Дашкевича («Шерлок Холмс и доктор Ватсон»).

«В книге Булгакова написано: «Поют», — рассказывает Бортко. — Но что? Я заказал песни Дашкевичу и Киму. Они замечательно написали. Но потом я понял, что, когда Шариков танцует, ему частушки нужны. Как у Есенина в поэме были, вроде таких: «Пароход плывет мимо пристани — будем рыбу кормить коммунистами». И опять позвонил Киму, а через день он мне по телефону продиктовал: «Эх, яблочко, ты мое спелое, а вот барышня идет, кожа белая, Кожа белая, шуба ценная, Если дашь чего, будешь целая» и т. д.

ЭКСПЕРИМЕНТЫ С ЛЮДЬМИ И ЖИВОТНЫМИ

Нам стало любопытно узнать, насколько реалистичны были опыты Преображенского по омоложению.

«В 20–30-е годы пересаживанием яичек от обезьяны пожилым мужчинам делал русский эмигрант во Франции — доктор Серж Воронов, — рассказал нам заместитель директора Института геронтологии, профессор Валерий Шатило. — Но это давало временный эффект, на несколько месяцев. К тому же существовала реальная опасность занести вирус».

Преображенского из наших современников по смелости и уникальности экспериментов напоминает директор Института генетической и регенеративной медицины, академик Геннадий Бутенко: «Мы решили сшить двух мышей. Молодое и старое животное. И, к своему удивлению, увидели, что старое не помолодело, а молодое, наоборот, стало старым. Механизм старения доминирует».

Тот же эффект наблюдался и при пересаживании стволовых клеток. По поводу пересадки органов от собаки к человеку Бутенко сказал нам: «Это опасно. Срабатывает видовой барьер — когда органы отторгаются иммунной системой».

Из последних омолаживающих веществ академик назвал рапамицин — антибиотик, замедляющий развертывание программ старения. И резерватрол — вещество из красного вина. «Однако, чтобы получить омолаживающий эффект от этого вещества, в день нужно выпивать не менее пяти литров красного вина. Быстрее станешь алкоголиком», — смеется академик.

По его мнению, науке будущего нужно копаться в геноме: «В прошлом году конгресс США выделил для изучения генома человека $9 млрд. Преображенский теперь должен быть генетиком. Но не нужно надеяться на рывок в этой области. И вариации на тему «Собачьего сердца» — на сегодня лишь фантастика. Ко мне приходят писатели, чтобы я им подсказал реальный сюжет для книги, но революционных переворотов в этой сфере не предвидится».