— Джулианна, киноманы любят находить какие-то сюжетные параллели между новой картиной и каким-то кинохитом. Вы бы с какой картиной сравнили «Воздушного маршала»?

— Скорее не с фильмом, а с книгой. «Маршал» чем-то напоминает сюжет романа Агаты Кристи «10 маленьких индейцев» («10 маленьких негритят»). Все события в фильме разворачиваются в одном месте, на борту самолета, а у Агаты Кристи — в доме, отрезанном от внешнего мира. И к тому же, в обоих случаях трудно сразу разобраться: кто хороший, кто плохой. По сюжета фильма, где я сыграла одну из пассажирок самолета, воздушный маршал во время полета начинает получать СМС-ки от маньяка-террориста с угрозами, что тот каждые 20 минут будет убивать одного пассажира, если ему не переведут определенную сумму денег. Любой из тех, кто находится на борту, может быть ответственным за происходящее, включая мою героиню. Я не говорю, конечно, что это она во всем виновата! Вопрос в том, что кроме младенцев, детей и самого главного героя, это может быть кто угодно на борту.

— Насколько трудно было работать, когда все съемки проходят в одном месте?

— Мне понравилось, особенно если учитывать, что все происходило в Нью-Йорке, где, собственно, я и живу. У фильма есть довольно хороший драматический потенциал. Мы летаем в самолете со множеством незнакомых людей. Всегда ожидаем, что все пройдет мирно и хорошо. Но, в принципе, мы никогда не знаем, кто летит с нами на борту. Просто невероятно, насколько мы доверчивы в этом вопросе.

— После работы в таком фильме вы не начали бояться полетов?

— Я, вообще-то, спокойный пассажир, особенно, если вся семья летит вместе: если уж падать, то всем (Джулианна замужем за режиссером Бартом Фрейндлихом, у них двое детей: сын Калеб (16 лет) и дочь Лив Хелен (11 лет). — Авт.). Мне не нравится, когда мы порознь, тогда я переживаю.

— Создатели многое сделали, чтобы самолет казался настоящим. Так ли казалось вам, когда вы находились на борту?

— Самолет прекрасен. Они сделали все, как в реальности: кабину, салон, кресла. Только сделали чуть шире и выше, чем настоящий самолет. Например, посреди съемок мне пришлось лететь в Париж, и вы знаете, было заметно, что настоящий самолет намного теснее.

— Весь сюжет фильма разыгрывается на борту корабля. Зрителю не будет скучно?

— Вам может показаться, что фильм должен вызвать клаустрофобию, когда 200 человек замкнуты в маленьком пространстве, но сама картинка не выглядит скучной или одномерной. Зритель все время перемещается: то он в первом отсеке, то в хвостовом, то в кабине пилота.