13 апреля скончался знаменитый писатель Гюнтер Грасс.

Немецкий писатель и художник Гюнтер Грасс родился в Вольном городе Данциге (ныне Гданьск). Родители будущего лауреата Нобелевской премии занимались торговлей.

Во время Второй мировой войны Грасс служил в танковой дивизии войск СС, в составе которой участвовал в сражении с советскими войсками в апреле 1945 года и был ранен. После войны до 1946 года пробыл в американском плену.

С 1947 по 1948 год Грасс обучался профессии каменотеса в Дюссельдорфе, позже там же изучал скульптуру и живопись. В 1950-х изучал живопись в Высшей школе изобразительных искусств в Западном Берлине.

Больше всего нас тревожит, что так много — и все больше — людей бегут в разные стороны, указуя другим путь вперед

В 1956—1957 годах Гюнтер Грасс начал выставлять свои скульптурные и графические работы и одновременно начал заниматься литературой. В то время Грасс писал рассказы, стихи и пьесы, которые сам он относил к театру абсурда.

Дебютный и самый известный роман Грасса "Жестяной барабан" был опубликованный в 1959 году.

Рассказ в романе ведется от лица Оскара Мацерата, который в возрасте трех лет пожелал больше никогда не расти. В романе реальные исторические события описаны специфическим стилем Грасса. Этот непростой язык и стал его визитной карточкой. Главный герой марширует по своей вымышленной жизни: нарочно падает в погреб, играет в карты на польской почте во время вспыхнувшей войны, выступает в театре, влюбляется в медицинских сестер, теряет родственников, слишком часто ходит на похороны. Выражение быта своего народа через повествование пером абсурда вызывал широчайший общественный интерес к новому автору.

Ах этот! Это был украинец. Они сцепились с одним типом из Гдингена. Сперва сидели за одним столом все равно как братья. А потом который из Гдингена сказал украинцу: русский. Украинец этого стерпеть не мог, его как хочешь назови, только чтоб не русский ("Жестяной барабан")

В 1979 году роман был экранизирован режиссером Фолькером Шлендорфом. Фильм "Жестяной барабан" получил главный приз Каннского кинофестиваля и премию "Оскар" как лучший иностранный фильм.

.

Новелла "Кошки-мышки" 1961-го года издания вызвала еще более буйные выплески внимания со стороны литературных критиков и простых читателей. Действие романа происходит во время Второй мировой войны в Данциге и рассказывает историю юного Иохима Малке.

Третья книга "Данцигской трилогии", "Собачьи годы" (1963), продолжает рассказывать о годах фашизма.

В 1999 году в возрасте 72 лет Гюнтер Грасс был удостоен Нобелевской премии в области литературы с формулировкой "Его игривые и мрачные притчи освещают забытый образ истории"

Подобно тому как Нобелевская премия, если отвлечься от всякой ее торжественности, покоится на открытии динамита, который, как и другие порождения человеческого мозга — будь то расщепление атома или также удостоенная премии расшифровка генов, — принес миру радости и горести, так и литература несет в себе взрывчатую силу, даже если вызванные ею взрывы становятся событием не сразу, а, так сказать, под лупой времени и изменяют мир, воспринимаясь и как благодеяние, и как повод для причитаний, — и все во имя рода человеческого", - Гюнтер Грасс, Нобелевская речь

В 2006 году писатель признался, что в молодости состоял в рядах Ваффен-СС. В то время, по словам Грасса, он воспринимал эту организацию как космополитические элитные войска. Грасс заявил, что во время службы в Ваффен-СС он не совершал военных преступлений и не сделал ни единого выстрела.

Скандальное откровение Грасса вызвало общественный резонанс и побудило его к написанию мемуаров. "Луковица памяти" увидела свет в 2006 году. Продолжением автобиографического цикла стала книга Грасса "Фотокамера. Истории из темной комнаты" (2009). В том же году вышел следующий том автобиографического цикла Грасса под названием "По пути из Германии в Германию" — это реальный дневник писателя за 1990 год.

Документ о членстве Грасса в Ваффен-СС. Фото Getty Images

В 2012 году Израиль объявил Гюнтера Грасса персоной нон грата за стихотворение "То, что должно быть сказано", в котором писатель резко критиковал Израиль за угрозу превентивной войны в отношении Ирана из-за его ядерной программы.

Так произошло со многими, чья биография была признана неправильной; люди с правильной биографией всегда знали, какую признать неправильной

Грасс пояснил, что к Израилю в целом он испытывает глубокую симпатию и его ошибка состоит в том, что он писал про Израиль в целом, а не про нынешнее израильское правительство. Он заявил, что не встал на сторону Ирана, а призывал международное сообщество контролировать обе стороны конфликта.

То, о чем должно быть сказано

Гюнтер Грасс (перевод с нем. Майнат Абдулаева)

Почему я молчу, зачем так долго замалчиваю

То, что и так очевидно и репетируется давно

в планах-играх, в конце которых

мы все, если выживем, превратимся в какие-то безмолвные скобки?

Это присвоенное самими себе право на упреждающий удар,

который может стереть с лица земли

покоренный неким хулиганом и

вынуждаемый к организованным ликованиям

иранский народ только потому, что

его власти якобы владеют атомной бомбой.

Но только почему я запрещаю себе

называть по имени ту, другую страну,

которая вот уже много лет, – хоть и тайно, -

но все-таки владеет изо дня в день нарастающим

ядерным потенциалом,

никем не контролируемым, потому что

никакого контроля она не допускает?

Всеобщее умалчивание фактов,

которому и мое молчание покорилось,

я воспринимаю, как тяжеловесную ложь

и ограничения, угрожающие наказанием,

как только это молчание будет нарушено,

потому что вердикт „антисемитизм“ наготове.

Но теперь, когда из моей страны,

которую день изо дня настигают ее собственные преступления,

которые невозможно ни с чем сравнить,

и из-за которых ей все время приходится отвечать,

под натянутой на проворные губы

маской „искупления вины“,

но на деле исключительно из-за выгоды,

поставляется в Израиль очередная подводная лодка,

чья задача состоит в том, чтобы умело направить

всеуничтожащие боеголовки туда,

где даже существование одной-единственной

атомной бомбы не доказано,

я говорю то, что должно быть сказано.

Но почему я молчал до сих пор?

Потому что считал, что мое происхождение,

скованное никогда не исправимым недостатком,

запрещает мне поставить страну Израиль,

с которой я связан и хочу быть связанным,

перед этим фактом.

Почему же тогда я сейчас говорю,

состарившийся, последними чернилами:

„Атомное государство Израиль подвергает

И без того хрупкий мир угрозе“?

Потому что следует сказать то,

что возможно уже завтра окажется слишком поздно;

еще и потому, что мы, – как немцы обремененные и без того достаточно, -

можем оказаться поставщиками преступления,

которые легко можно предвидеть,

из-за чего наше соучастие

никакими оправданиями невозможно будет искупить.

И еще признаюсь: я больше не молчу,

так как я устал от лицемерия Запада,

и потому еще, что остается еще надежда

на то, что, может быть, и многие другие захотят

освободиться от молчания

и тех, кто является причиной очевидной опасности,

призовут к отказу от насилия и

смогут настоять на том, чтобы

независимый и постоянный контроль

международных инстанций

над израильским атомным потенциалом

и над иранскими атомными станциями

правительствами обеих стран будет допущен.

Только так можно помочь всем,

Израильтянам и палестинцам,

более того, всем людям, которые в этом регионе,

оккупированном безумием,

живут в тесноте и ненависти,

и в конце концов всем нам тоже

только так можно помочь

Через 2 месяца Грасс опубликовал другое стихотворение актуальной политической тематики «Стыд Европы», обвиняя на этот раз Европу и международных ростовщиков в нападках на Грецию.