Вчера Саакашвили обратился к грузинам со своей последней, прощальной речью из президентского дворца. Инаугурация сменяющего его на посту лидера страны Георгия Маргвелашвили назначена на 17 ноября. А судьба самого Михо туманна: многие грузины, недовольные его правлением, хотят видеть его в тюрьме.

«Вопросы к Саакашвили есть у огромного количества населения страны: при нем в Грузии была создана система, когда в течение многих лет у предпринимателей отнимали бизнес, страна вышла на первое место в Европе по количеству заключенных, велась незаконная слежка за журналистами, общественными деятелями. Будут ли заданы эти вопросы — вопрос к прокуратуре», — сказал «Вестям» директор Центра выборных и политических технологий Каха Кахишвили.

Соратников Саакашвили новая власть не жалеет, многие уже получили реальные тюремные сроки. Последний такой приговор суд Тбилиси озвучил вчера: три года за злоупотребление служебными полномочиями (а конкретно за приказ избивать заключенных, поднявших бунт в 2006 году) получил занимавший в то время пост главы департамента по исполнению наказаний Бачо Ахалая. Но, как сказали «Вестям» грузинские эксперты, Саакашвили может спасти от ареста желание нынешних властей Грузии без проблем подписать Соглашение об ассоциации с ЕС. «Проблемы Саакашвили могут создать, но на арест власти вряд ли решатся», — считает основатель «Института свободы» Леван Рамишвили.

«В последние месяцы от западных политиков все активнее звучат предупреждения, что если президент после ухода с должности будет арестован, то прощай Евросоюз, прощай НАТО... Поэтому власти будут крайне аккуратны, хотя население уже готово к аресту Саакашвили и ожидает этого шага. Грузинским властям предстоит сделать выбор между Европой и справедливостью. Но, думаю, по многим делам экс-президент будет допрошен как свидетель. Например, по поводу вновь ставшей актуальной теме гибели экс-премьера Зураба Жвании», — сказал нам президент Клуба независимых экспертов Грузии Сосо Цискаришвили. Он также полагает, что Саакашвили, даже под угрозой ареста, не покинет страну: «Он предпочтет роль преследуемого политика, чем изгнанника, о котором вскоре позабудут».